Наверх
14 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "А все-таки она вертится"

В нынешнем году Госдума примет закон об особенностях оборота сельхозземель. Существовавший со времен знаменитого ленинского Декрета запрет частной собственности на землю канет в Лету, и последний бастион социализма в нашей стране падет. Предполагается, что политические баталии перерастут в «споры хозяйствующих субъектов», а те, в конечном счете, приведут к выстраиванию нормальных рыночных отношений на селе. Понятно, что на все эти преобразования уйдут годы. Вопрос лишь в том, удастся ли в итоге превратить полунищего колхозного крестьянина в процветающего капиталистического агрария.Кочевавшее по страницам советских учебников утверждение о том, что земельный вопрос в нашей стране всегда самый острый, в современной России выглядит лукавством. Действительно, «самым острым» аграрный вопрос может являться только в аграрной стране, каковой сегодняшняя Российская Федерация уж точно не является. В эпоху отмены крепостного права или в период трех русских революций и последовавшей за ними Гражданской войны проблемы, связанные землей, действительно способны были всколыхнуть сотни тысяч людей. Нынешняя же ситуация принципиально иная. И дело здесь не только в преобладании индустриального производства над аграрным. Гораздо более серьезная причина кроется в изменившейся за годы Советской власти психологии крестьянина.
И в самом деле, происшедшая после коллективизации индустриализация (то есть неизбежная урбанизация), а также последующие «решения ЦК по аграрным вопросам» серьезно сократили численность сельского населения. Произошел массовый отток (сначала — в лагеря, потом — в города) из колхозно-совхозной деревни наиболее активных и предприимчивых работников.
В этом смысле экономические эксперименты последних десятилетий лишь довершили процесс деградации села, успевшего изрядно состариться и спиться как раз к началу нового витка аграрных преобразований. В результате создалась парадоксальная ситуация, когда вопрос купли-продажи «земли-матушки» едва ли не в большей степени затрагивает интересы городских обывателей — чиновников, политиков, предпринимателей, нежели сельских жителей, испокон веку на этой земле живущих.
«Левая» земля

Ни для кого не секрет, что в постсоветской России вопрос о рыночном обороте земли активно использовался «левыми» для демонстрации оппозиционности своих взглядов. При этом коммунисты и колхозно-совхозные аграрии манипулировали сложившимися стереотипами общественного сознания, для которого земля — нечто святое и неприкасаемое, не подлежащее измерению в рублях, долларах и других рыночных эквивалентах. Понятно, что за всей этой словесной оберткой всегда скрывались и до сих пор скрываются совершенно определенные экономические интересы той группы «сельских начальников», которые в условиях общей неразберихи умело использовали ситуацию в корыстных целях. Такое положение дел всех устраивало. С одной стороны, «агробароны» имели возможность втихую приторговывать «ничейной землицей», с другой стороны, прикрывающие их «левые» получали необходимые для избирательных кампаний пиар и «процентные отчисления» в парткассы.
Идиллия закончилась с принятием в прошлом году Земельного кодекса. Ранее власть уже позаимствовала у «системных оппозиционеров» тезисы о необходимости укрепления обороноспособности страны, о социальной поддержке граждан, об усилении борьбы с преступностью и коррупцией, о «наведении порядка в стране», о «сильном государстве» и т.д. и т.п. Вступление в силу Земельного кодекса, который легализовал куплю-продажу земельных угодий, означало, что у «левых» был выбит последний программный лозунг — «Не дадим торговать землей!». При этом Кремль сделал сильный тактический ход. Пообещав депутатам вывести за рамки документа вопрос о сельхозземлях и сдержав слово, президент, по сути, вынудил «левых» «выпустить пар» еще на стадии обсуждения кодекса. Теперь повторить шоу с захватом думской трибуны, истерикой и мордобоем в зале, толпами возмущенных трудящихся под стенами Госдумы коммунистам будет гораздо сложнее.
«Никуда ты, милок, не денешься!»

Очевидно, что принятие закона об обороте сельхозземель поставит точку в многолетних политических дебатах вокруг вопроса о целесообразности купли-продажи земли. Конечно, «непримиримая» оппозиция еще пошумит и даже успеет воспользоваться неизбежными промахами аграрных реформаторов на ближайших парламентских выборах.
Однако ясно, что в самом обозримом будущем «левым» предстоит существенно откорректировать свои программные установки по всем аграрным проблемам. Ведь главный вопрос — можно ли торговать «землей-кормилицей» — в ближайшее время получит окончательный и бесповоротный положительный ответ. И более актуальным, в том числе и для «левых», станет вопрос, сколько и за сколько землю покупать и как ею распорядиться. Впрочем, к «колебаниям генеральной линии» подопечным Геннадия Зюганова не привыкать. Достаточно вспомнить, как эволюционировало отношение коммунистов к частной собственности. Если на заре российских реформ «левые» напрочь отказывались признавать саму возможность появления ее в России, то за последние несколько лет даже в святая святых — в ЦК КПРФ, не говоря уж о партийной фракции в Госдуме, появились коммунисты-бизнесмены. В ту же сторону изменились подходы коммунистов к вопросу о приватизации: категорическое антирыночное «нет разгосударствлению» сменилось на вялое «даешь госрегулирование рынка».
To buy or not to buy? Вот в чем вопрос

Произведя законодательное оформление давно и успешно реализуемой идеи о том, что в России земля — такой же товар, как и все остальное, власть решит проблему политическую. Однако тут же столкнется с большим количеством проблем конкретно-экономических.
И самая главная будет заключаться в том, как убедить нынешних арендаторов сельхозземель (а именно арендная форма землепользования является преобладающей в стране) выкупить их в собственность. При нынешней — запутанной до предела — системе земельных отношений такая процедура станет действительно серьезной проблемой. Потенциального собственника ожидают как волокита и коррупция со стороны аграрных чиновников, так и длительные судебные тяжбы с «обиженными» реформой «агробаронами». И уж конечно, конфликты с сельским населением, традиционно недоброжелательно настроенным по отношению к «частникам-капиталистам». И хотя все эти проблемы актуальны и для нынешних арендаторов, при решении вопроса «купить или не купить» именно они могут оказаться решающими.
Кроме того, будущим собственникам придется платить единый сельхозналог, а значит, отказ от аренды подарит им не только приятные права собственника, но еще и малоприятные обязанности налогоплательщика. В этом плане, возможно, правы те, кто считает, что введение сельхозугодий в рыночный оборот даст больше пользы государству, нежели самим будущим владельцам земельной собственности. По крайней мере, на первых порах.
Передай дальше

Вырабатывая подходы к решению проблем, связанных с оборотом земель сельхозназначения, Кремль сделал, на первый взгляд, нестандартный для себя ход. Еще в прошлом году президент четко обозначил подход к проблеме собственности на сельхозугодья. По его мнению, поддержанному, кстати, Госсоветом РФ, практическая реализация норм будущего закона должна быть передана на места — на региональный и муниципальный уровни. Именно там целесообразно устанавливать максимально и минимально допустимые размеры частных земельных владений, решать вопросы предоставления конкретных участков земли в собственность и т.п. Тем самым Центр по сути отступил от уже оформившейся линии на переориентацию финансовых потоков не в пользу регионов и курса на «выстраивание» губернаторов.
Причина, похоже, сугубо прагматическая. Ведь результат земельной реформы отнюдь не очевиден. Сейчас гораздо проще сказать, чего точно не случится в итоге реформ, чем угадать, каким будет их результат. Понятно, что никакой «гражданской войны в деревне», вопреки прогнозам «левых», не произойдет. И люди не те, и время не то. Понятно, что в перспективе субъектами производственных отношений на селе вместо привычных «председателя-барина» и «полукрепостного-колхозника», в соответствии с классической моделью капитализма, станут «собственник—работодатель» и «наемный работник». Иного не дано. Понятно, что иностранцы, коль получат в собственность землю, не начнут, вопреки существующему «совковому» мифу, вывозить ее вагонами в Германию, Америку или Эстонию. Земля — не алюминий и даже не древесина. Наконец, понятно, что столь вожделенные инвестиции не устремятся в деревню сразу и широким потоком. Сельское хозяйство — не рекламный бизнес и не нефтедобыча.
В условиях непрогнозируемости результатов реформирования федеральному Центру гораздо выгоднее переложить «бремя принятия окончательных решений» на местные власти. Во-первых, если все пойдет «а-ля ваучерная приватизация по Чубайсу», самоустраненность Центра даст ему возможность сохранить политическую целомудренность. Во-вторых, в случае, если «дело выгорит» и сельское производство станет рентабельным, а значит, денежным, власть всегда успеет прибрать к рукам лакомый кусок. И наконец, в-третьих, сам по себе эксперимент по делегированию полномочий позволит Центру несколько реабилитироваться в глазах многочисленных сторонников «подлинного федерализма», чувствующих себя ущемленными последними инициативами Кремля по выстраиванию властной вертикали.
Таким образом, само по себе принятие закона «Об обороте земель сельхозназначения», в какой бы из редакций он ни вышел из стен Госдумы, отнюдь не будет означать, что реформа уже сдвинулась с мертвой точки. Ведь создание даже самого либерального земельного законодательства вовсе не является самоцелью преобразований. Привнесение рыночных механизмов в аграрные отношения призвано лишь создать условия для появления рентабельного сельского хозяйства. В идеале должен быть создан механизм, при котором агропредприятия не висели бы на шее государства, миллионы сельских жителей не влачили бы жалкое существование и при этом обеспечивалась бы вожделенная «продовольственная безопасность России». А для создания такого механизма нужно, чтобы вслед за принятием либеральных законов в деревню потекли инвестиции, началось обновление фондов и появилась заинтересованность крестьян в результатах собственного труда. Только в этих условиях миллионная армия деревенских обломовых начнет превращаться в новых русских штольцев.

ВЛАДИМИР РУДАКОВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK