Наверх
16 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2007 года: "Американчики"

Нормальное у меня было детство. Или, там, подростковая юность. Брюки, как у всех ребят нашего двора, из плотной ткани в елочку. Рубашки мы носили приталенные, с вытачками. Мамы вытачивали.Шиком считались широкие ремни, солдатская бляха со звездой. Что еще? Да вроде бы все. Гитары ленинградского производства. Сигареты отечественные, без фильтра. Родное же, иногда даже плодово-ягодное, вино. Но это редко.

А рядом был другой, иноземный мир. Джинсы. Пахнущая мятой жевательная резинка, смешно превращающаяся в плотный пузырь, громко бабахающий при помощи искусного движения губ. Высокие замшевые ботинки со шнуровкой. «Мальборо». Виски. «Маде ин Америка», — уважительно говорили ребята постарше.

Живых американцев в провинциальной столице было мало. Зато были американчики. Это были ребята, по паре на каждый двор, выторговывавшие у интуристов пластиковые очки в пол-лица, выманивавшие жвачку, выпрашивавшие пачки с несколькими оставшимися сигаретами. Или им папы привозили из зарубежных командировок джинсы и махровые носки ярко-красного цвета. Был даже целый двор за кованой решеткой, набитый легковушками и мальчиками в красных носках. Мы их не то чтобы презирали или, там, им завидовали. Чего завидовать? У них во дворе даже три на три в футбол не сыграешь, мяч в машину попадет. Так что не завидовали. Ну, иногда били.

А как не бить? Вот идет такой мимо беседки, жопа в дениме, крикнешь ему: «Игорь, ты это… «Плейбой» дочитал? Дашь глянуть?»

Он подойдет, поморщится, глядя на предлагаемую сигарету из мятой пачки, затянется, а потом сплюнет оставшиеся на языке табачные крошки и лениво протянет: «Ну и говно вы курите…» Как не бить?

В других городах их называли штатниками или вот еще — пиндосами. Мы вот — американчиками.

Постепенно «Милтонс» польского производства и в нашем дворе сменились на американские «Ранглер», жвачки стало навалом, вместо вьетнамских кед появились кроссовки. И показалось, что штатники ничем, кроме шмоток да недопитых иностранцами напитков, от нас не отличались. Мы вдруг поняли: штаны — это просто штаны, жвачка — всего лишь жвачка, глянцевые девушки в «Плейбое» — они и есть глянцевые. Подумаешь, виски. А парни такие же.

Но потом оказалось: американчики — это судьба. Не каждый выкарабкается. Дело не в том, что дрались мы лучше. И что гитары наши выводили во время исполнения песни «Черемшина» рулады с такой энергетикой, что их попытки забить нас Джими Хендриксом казались вялыми и скучными. Или что «Ява», пусть даже «явская», были настоящими пацанскими сигаретами. Кури — не хочу, налетай — угощайся, а не жмотничай перед друзьями, аккуратно, только для себя, вынимая из пачки пряную «мальборину». Не в этом дело.

Когда на радиостанцию «Русская служба новостей» звонят слушатели и высказываются по поводу своего ощущения происходящих событий — от нанотехнологий до футбольного матча Россия—Англия, от «плана Путина» до уровня пенсий, — я почему-то безошибочно вычисляю своих. Подросших, возмужавших, а иногда даже и постаревших пацанов из нашего общего детства. Из нашего двора.

И не то чтобы они что-то другое говорят про те же пенсии и тот же футбол. Про Путина или модное нано. Просто они по-другому реагируют.

Я вот никогда не скажу, что «Жигули» — говно, если сравнивать с «тойотой» или даже «хюндаем». Сразу лезу в атаку, вспоминая про проходимость «нивы», и аргументирую «УАЗ-Патриотом». У меня не получается цокать языком при слове «боинг» и сплевывать по поводу «тушки». И я никогда не болею за Англию, когда играет Россия, пусть даже мне нравятся Руни и Тери.

Мне долго казалось, что поляки, грузины, латыши, венгры — ребята из нашего двора. Пусть и в других штанах. Детство же было похожим. С трудностями, глупостями, нелюбовью к детской комнате милиции, комсомолу или что там у них это заменяло. И вот это детство мы не променяем ни на что, ни на какую жвачку.

А оказалось, они — американчики.

Мне нравятся американцы. Они много чего придумали и изобрели полезного. Они и сейчас отхватывают большинство Нобелевских премий. У них сила, уверенность, мощь, деньги.

Мне нравятся грузины. Своим акцентом, умением красиво говорить, пить, петь, философствовать. Интересно с венграми, вспоминающими Атиллу, борьбу с турками или древние малахаи с куньими хвостами. Уважаю гордящихся нелегкой историей поляков, пусть даже той, когда они нас били, хотя чаще мы их. Я и украинцев уважаю с их разговорами про «незалежность и самостийность».

Мне не нравятся американчики. Для которых свое — фуфло и отстой, а «маде ин…» — прогрессивность и демократия. Когда грузин восхищается НАТО, забывая, как вместе с нами бил добрую треть этих ныне лощеных натовцев в давней войне. Когда украинский министр щеголяет в западных столицах английским, а в Москву едет с переводчиком. Когда венгр с поляком выдувают пузырь из жвачки, думая, что это и есть «цивилизованность», когда мне в эфире слушатель тоном американчика Игоря объясняет, что правда только на Си-эн-эн и Би-би-си, а нашей прессе верить нельзя.

Что, я не понимал, что «стейтовский» батник круче моей белой рубашки с кривыми вытачками? Но ведь мама вытачивала. И я лез в драку.

Теперь вежливо полемизирую. Все-таки возраст.

Но именно в эти минуты полемики я вспоминаю свое драчливое детство. Правильное оно было.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK