Наверх
12 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "АРМИЯ НАВЫНОС"

Минобороны передает некоторые свои функции частным компаниям. И хотя речь идет лишь о вспомогательных сервисах — питании, транспорте, бытовом обслуживании, — скандалов уже хватает. Что дальше?    Передача непрофи-льных функций по обслуживанию ар-мии негосударст-венным предприятиям — важная часть сердюковской военной реформы. По мнению члена комитета Госдумы по обороне Михаила Бабича, планомерная передача все боль-шего и большего числа функций на сторону напрямую связана с главными компонентами преобразований: «Реформа требует более интенсивной боевой подготовки солдат за меньший срок, соответственно была принята концепция передачи непрофильных функций из военной организации в руки гражданских структур, которые могут делать это на нормальной рыночной основе».

ВОЕННЫЙ АУТСОРСИНГ
    Изначально предполагалось, что на аутсорсинг будут переведены сфера питания военнослужащих, жилищно-коммунальное обслуживание, организация гарнизонной и караульной службы (там, где это возможно по закону). Но теперь на проблему начинают смотреть шире. «Сама идея разумна, справедлива и совершенно необходима: когда полбатальона заступают в наряд по столовой, а вторые полбатальона готовятся на следующий день заступить им на смену, то о какой боевой подготовке мы сегодня можем говорить?» — разводит руками Михаил Бабич.
   На флоте процесс передачи вспомогательных функций на сторону идет уже давно. «Та же доставка грузов для флота, транспортировка вооружений и техники, обеспечение безопасности, охраны предприятий, проведение взрывотехнических работ на полигонах — все это осуществляется с помощью работающих с флотом компаний», — говорит депутат Госдумы Михаил Ненашев.
   Сейчас аутсорсинг практикуют в 20% частей постоянной готовности. Где-то на откуп отдано питание, где-то уборка, где-то ЖКУ или охрана, но передачи функций по всем четырем направлениям пока нет нигде. «Мы предполагали сделать это во всех частях постоянной боевой готовности, но недостаток средств не позволяет, — говорит Михаил Бабич. — Поэтому получились «ножницы»: срок службы по призыву сократили, а солдаты по-прежнему значительную часть времени посвящают выполнению несвойственных задач».
   В 2009 году к списку передаваемых функций добавился ремонт боевой техники. Со времен СССР большинство ремонтов выполняется солдатами в ремротах. Если гусеница танка в полевых условиях сейчас натягивается силами экипажа, то вскоре машину будут отправлять на ремонтное предприятие. В этих целях, поясняет военный эксперт полковник Виктор Литовкин, создан «Оборонсервис», а также запланирована организация при серийных заводах специальных цехов для ремонта и гарантийного обслуживания техники. Например, такой цех сейчас открывает «Уралвагонзавод», единственный в России производитель танков Т-90. По некоторым данным, готовится к тому же и «КАМАЗ». Плюс такой системы налицо: крупные производители продукции обеспечивают технике сервисное сопровождение.
   Но есть оборотная сторона медали — потеря навыков военнослужащих в ремонте техники. «Ничего не поделаешь, так развивается весь мир: пусть ремонтируют те, кто умеет это делать», — говорит Михаил Бабич. «Представьте, сколько у нас сегодня техники в небоеготовом состоянии только потому, что эта функция возложена на сами ВС, у которых сейчас нет ни соответствующего оборудования, ни специалистов, ни денег», — сетует депутат.

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
    В теории система военного аутсорсинга выглядит просто: командир части (полка, бригады, дивизии, морской базы) проводит конкурс; победитель заключает контракт с частью, которая и оплачивает получаемые услуги со своего счета. Никаких дополнительных «надстроечных» структур быть не должно.
   Но на практике часто бывает иначе. «Взяли военную структуру, отделили ее и обозвали частной, — рассказывает Михаил Ненашев. — А на деле это та же бывшая вспомогательная служба флота, которую вывели и сделали частным предприятием, чтобы она получала за свою работу бюджетные средства». Как поясняет Виктор Литовкин, конкурсы часто выигрывают компании-однодневки, которые занижают стоимость товаров и услуг, а потом закупают все на тех же оборонных предприятиях, потому что своих мощностей не имеют.
   Флот столкнулся с другой проблемой. «Допустим, передали компании ремонт причалов, а у нее нет ни кадров, ни технологий, ни мощностей. Она этот подряд передает другой фирме, у которой все это есть, зарабатывает посреднический процент, перекладывает ответственность, — говорит Михаил Ненашев, в прошлом капитан ВМФ. — А когда те не успевают сделать в срок, начинаются суды, и таких примеров немало».
   Несмотря на то, что в общем и целом аутсорсинг — дело полезное и весьма передовое, многие эксперты сходятся во мнении: наша армия получила головную боль, доверившись частникам. Только в начале осени было три громких скандала, так или иначе связанных с процессом передачи части армейских функций в частные или почти частные руки.

ПРАВДА ЖИЗНИ
    Глава Счетной палаты Сергей Степашин уже заявил публично, что новая схема закупки продовольствия для армии себя не оправдывает и что бюджетные средства расходуются неэффективно (речь шла о сумме порядка 20 млрд рублей). Степашин пообещал в октябре, когда соберет данные, доложить президенту об использовании военными и аффилированными с ними компаниями бюджетных средств.
   Второй скандал разразился чуть позже и касался другого аспекта военной реформы. Речь шла о возврате Алжиром полученной в 2006 году партии модернизированных МиГ-29СМТ. Здесь тоже не обошлось без «аутсорсинга». Для выполнения контракта корпорация «МиГ» заключила договор с ООО «АТК «Авиаремснаб» на поставку запчастей к самолетам на общую сумму более $14 млн 315 тыс. Согласно выводам СКП, частная фирма поставила в РСК «МиГ» контрафактные блоки и агрегаты для истребителей. После того как алжирская сторона из-за претензий к качеству истребителей со скандалом расторгла контракт, машины были приобретены Минобороны РФ и переданы ВВС. Однако и там скандал продолжился: спецкомиссия службы вооружений ВВС забраковала детали — они оказались либо восстановленными, либо поддельными. Против руководства частной компании «Авиаремснаб» было возбуждено уголовное дело по факту мошенничества в особо крупном размере.
   Наконец, буквально на днях в суде был оправдан генерал, заказавший для армии 14 тыс. бронежилетов, которые, по данным экспертизы, пробивались пистолетной пулей. При этом если даже самые лучшие отечественные бронежилеты 1-го уровня другие силовые ведомства в других фирмах покупали по 10 тыс. рублей, то в данном случае щедрый генерал за один жилет отваливал 25-30 тыс. рублей. Таким образом, по версии следствия, бюджет недосчитался 93 млн рублей, а по версии Минобороны — в два раза больше, 203 млн рублей. Но Московский окружной военный суд на основании решения коллегии присяжных оправдал генерала Валерия Знахурко и замгендиректора ЗАО «Артесс» Татьяну Романову. Причем по всем обвинениям, включая недостачу тех самых 93 млн рублей. Теперь военная прокуратура собирается подавать протест в вышестоящую инстанцию.
   «То, что везде, где есть деньги, — очередь мошенников, это правда», — признает Михаил Бабич. И если военное ведомство не справится с этой проблемой, идея аутсорсинга будет полностью дискредитирована.
   Между тем, как полагает завотделом Института политического и военного анализа Александр Храмчихин, настоящие проблемы создаваемой в России системы военного аутсорсинга еще не проявились в полной мере. «Судя по тенденциям, мы вполне можем зайти и дальше США — сделать частной всю армию, — усмехается он. — Хотя в норме это должно касаться только вопросов, не связанных с боевой службой». Впрочем, и без этого уже сейчас безопасность страны поставлена в зависимость от того, насколько долго коррупция и банальное казнокрадство будут непременными участниками военной реформы.

   СЛОВАРЬ
   АУТСОРСИНГ (от англ. outsourcing — «внешний источник») — передача организацией определенных бизнес-процессов или производственных функций на обслуживание другой компании, специализирующейся в соответствующей области.

   АМЕРИКАНСКАЯ ОККУПАЦИЯ
 Ирака была бы невозможна без активного участия частных компаний и гражданских работников. Они водят бензовозы, занимаются поставками горячей пищи, создают компьютерные сети, обслуживают сложные системы оружия. Компания KBR (подразделение Halliburton) настолько интегрирована в управление логистическими потоками армии США, что уже воспринимается как часть армии. По данным Brookings Institution, в Ираке только на KBR работают более 38 тыс. человек. Еще примерно 20 тыс. человек работают в сфере частных охранных услуг. В Афганистане частная фирма обеспечивала личную охрану президента Карзая. Другим направлением развития частного военного бизнеса становится защита объектов нефтяной инфраструктуры в опасных странах, например, в Нигерии. Есть удачные примеры делегирования армейских функций и в Белоруссии. Там гражданским организациям передано все армейское питание, банно-прачечные комбинаты и пошив обмундирования.
   На Западе частный военный бизнес начал создавать крупные ассоциации, которые лоббируют его интересы. Первой стала вашингтонская Глобальная ассоциация операций по поддержанию мира, второй — Британская ассоциация частных компаний в сфере безопасности. Впрочем, даже в самом Пентагоне далеко не все рады усилению позиций частных военных фирм. Да и в армии настороженно относятся к таким структурам. Во многом потому, что фирмы переманивают толковых и опытных солдат.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK