Наверх
18 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 1999 года: "Банд of New-York"

Скандал с русскими деньгами в Bank of New York уже нанес России серьезный ущерб. О том, как теперь западные деловые круги относятся к российскому бизнесу, намерены ли они продолжать сотрудничество с Россией, а также о причинах, повлекших за собой этот скандал, «Профилю» рассказал советник на общественных началах председателя совета директоров American International Group и президент Центра Никсона Дмитрий САЙМС.Сейчас стало очень популярным говорить, будто вся эта история — вымысел, направленный на дискредитацию действующих властей в США и России. Но я абсолютно исключаю вероятность того, что скандал, связанный с российскими счетами в Bank of New York,— это чисто политическое дело. Ведь он начался не в конгрессе. Он начался с совершенно других вещей. Английские разведывательные органы обратили внимание на то, что маленькая компания (Benex, принадлежит Петру Берлину.— «Профиль») из чьей-то квартиры в Лондоне переправляла через свои счета миллиарды долларов. Британским спецслужбам это показалось странным. А поскольку компания отправляла деньги в США, то английская разведка обратились с этой информацией в ФБР, которое и начало свое расследование.
Тем временем нью-йоркский Republic Bank также обнаружил странную активность на своих счетах, связанных с Россией. А когда очень крупные суммы приходят и тут же уходят со счетов в течение весьма короткого времени и при этом направляются не куда-нибудь, а в офф-шоры, серьезный банк должен довести это до сведения соответствующих структур, регулирующих банковский сектор. Что и сделал Republic Bank. При этом его сотрудники заявили, что, по их сведениям, компании, которые проводили операции через их банк, имели счета и в Bank of New York.
Поэтому истоки скандала — это реальные финансовые операции, которые вызвали сомнения у английской разведки и у американских регуляторов рынка. А учитывая, что впереди выборы, на ситуацию отреагировали не только банковские круги, но и политики. Согласитесь, появление такого рода сведений не могло не вызвать политический скандал, поскольку администрация Клинтона на протяжении многих лет говорила о фантастическом успехе ее внешней политики — построении в России рыночной экономики. При этом важно отметить, что на Западе данный скандал рассматривается в большей степени через призму участия в нем американского банка, через счета которого проходили все эти деньги. Западное деловое сообщество в первую очередь интересует, как и почему руководство банка, вероятно, имея представления об этих операциях, ничего не предпринимало. Хотя, с другой стороны, нельзя сбрасывать со счетов и то, что в скандале, возможно, замешаны лица, близкие к президенту России и занимавшие высшие посты в государстве.
Однако, перефразируя известное высказывание, можно сказать: даже если бы скандала не случилось, его бы следовало придумать. Потому что на протяжении последних лет на Западе росло разочарование российскими реформами вообще и российскими реформаторами в частности. Ведь «олигархов» часто представляли в США как строителей рыночной экономики. А многие американцы думали: «Пусть они все приватизировали для себя, но все равно, как замечательно, что они положили конец социалистическому эксперименту и превращаются в российских морганов, карнеги и рокфеллеров». Однако со временем в Америке появились опасения, что не все так просто и хорошо.
Процесс разочарования в российских реформах был постепенным. Некоторые из нас говорили, что эти реформы с самого начала проводились неразумными методами. (Я, кстати, думаю именно так.) То, что сделали радикальные реформаторы, по существу, было не реформой, а демонтажом существовавшего здания при полном отсутствии реалистичных идей, как нужно строить новое. Приведу в пример конвертируемость рубля. Это была в принципе правильная идея, но ее осуществили преждевременно. При отсутствии хоть сколько-нибудь серьезной экономической базы не нужно быть финансовым гением, чтобы понять: в таких условиях конвертируемость рубля немедленно создаст предпосылки для утечки капитала. Что в итоге привело к плачевным последствиям для России в целом и к скандалу с Bank of New York в частности.
Правда, на заре реформ голоса такого рода были практически не слышны. С одной стороны, Белый дом Клинтона практически усыновил российских реформаторов и не хотел даже слышать о том, что в их действиях могут быть какие-то ошибки. Да и многим финансовым кругам в Америке был выгоден российский эксперимент, а многим просто нравилось, что Россия реформируется такими быстрыми темпами. Однако иллюзии потихоньку таяли. Сначала были залоговые аукционы, затем заем МВФ 1996 года, когда всем было ясно, что он дан для переизбрания президента Ельцина. Окончательную точку поставил дефолт 1998 года.
Так что скандал попал на благодатную почву.
И еще один важный момент. Ведь до августа 1998 года некоторые финансовые круги Америки крупно нажились на российских ценных бумагах. В результате существовала небольшая, но достаточно влиятельная прослойка финансистов, которая в случае подобного скандала имела личную заинтересованность в защите России. Но после августовского кризиса эта прослойка практически исчезла.
И все же нельзя говорить о том, что на Западе не верят в возможность построения в России демократического государства с реальной рыночной экономикой. Действительно, иностранные компании несколько снизили свои операции, некоторые из них ушли, но основная масса, безусловно, осталась. Разумеется, мы не воспринимаем всех россиян как гангстеров. И прекрасно понимаем уникальность российских условий. На Западе сознают, что нельзя все мерить американскими мерками хотя бы потому, что есть вещи, которые в США строго запрещены, а в России, наоборот, разрешены. Да, в Америке уклонение от налогов считается серьезным преступлением. Но в России, где налоги драконовские, а возможности сбора их весьма призрачные, трудно сурово судить тех, кто в полной мере не готов их платить. В России другие условия, иная среда, иные традиции. Поэтому на Западе с некоторым пониманием отнеслись к тому, что российские бизнесмены уходят от несовершенного налогового законодательства, открывая счета в западных банках. Налоги должны быть разумными. Если ваших бизнесменов ставят в такие условия, что, честно платя налоги, у них не остается средств продолжать свое дело, то неизбежно российские деловые люди будут искать лазейки.
Но, с другой стороны, на Западе вызывает раздражение, что Россия постоянно просит крупные кредиты, объясняя это невозможностью сбалансировать бюджет. И это в то время, когда средства, превышающие займы МВФ, утекают в западные банки. Поэтому скандал вокруг Bank of New York отнюдь не является внутрироссийским делом. Западный налогоплательщик имеет право знать, как расходуются его деньги.
Вообще, вся эта история похожа на действие маятника: то в ту, то в другую крайность. Действия Bank of New York не до конца понятны, и я думаю, что им еще многое придется объяснить. Я знаю Наташу Кагаловскую-Гурфинкель. Она является вполне серьезным, ответственным человеком. Я знаю также, что она до сих пор не уволена из банка. И это говорит о том, что руководство банка знало, кто является ее мужем. (Константин Кагаловский — заместитель председателя совета директоров банка МЕНАТЕП.— «Профиль»). Они также знали, что МЕНАТЕП был одним из клиентов банка и что за операции по его счету и отвечала Наташа. Давайте называть вещи своими именами. Когда один из супругов отвечает в банке за счет другого супруга, то это называется «конфликт интересов». Ведь Наташа должна была следить за чистотой банковских проводок клиента и одновременно (поскольку клиент — это муж) помогать ему осуществлять трансакции. И я не понимаю, почему Bank of New York это разрешал. Так что дискредитирован в данном случае не российский бизнес — дискредитирован Bank of New York. И в Америке подозревают, что до поры до времени руководство банка считало удобным закрывать глаза на действия менеджеров, отвечавших за бизнес с Россией. Ведь это приносило банку существенные прибыли.
Однако это не означает, что не существует угрозы массового отказа западных банков от сотрудничества с российскими бизнесменами. Может быть, это разоблачение с Bank of New York окажется не последним, и не только российские банки, но и российские компании, например страховые, могут быть вовлечены в подобные скандалы. Пресса писала о нескольких случаях, когда уже после скандала с Bank of New York западные банки отказывались от деловых контактов с российскими коллегами. Однако в конечном счете решение этого вопроса зависит от двух факторов. Во-первых, от того, что именно мы узнаем в результате расследования. Мы должны иметь не слухи, которыми располагаем сейчас, а достоверную информацию. Во-вторых, нужно посмотреть, как этот скандал будет расследоваться в России. Одно дело, если создастся ощущение, что российские правоохранительные органы действительно готовы этим заниматься. И совсем другое, если нам будут говорить: «Как вы смеете бросать тень на российское государство, мы этого не позволим!»
В конгрессе США скоро будет рассматриваться законопроект об офф-шорных счетах. В случае его принятия происхождение денег с таких счетов будет тщательнейшим образом проверяться. Случай с Bank of New York подтвердил необходимость принятие этого законопроекта.
Хотя я не думаю, что нужно наказывать российские компании только за то, что они российские. Естественно, если выясняется, что кто-то вывозил деньги из России, укрывая их от российских налоговых ведомств, это российская проблема (пусть Россия и вносит коррективы в отношения с западными кредитными организациями, прежде всего с МВФ). И решать ее должны ваши власти. Но если будет доказано, что какие-то преступные деньги попали в США, допустим, от продажи наркотиков, такие вещи, конечно, касаются и американского правительства, которое будет обязано пресечь подобные действия.
Не судя конкретных людей слишком строго за уклонение от несправедливых налогов, нужно быть реалистами и понимать, что в России нет сейчас политической стабильности, нет нормального законодательства, зато есть власть, которая, с одной стороны, теоретически всесильна, но с другой стороны, часто не располагает реальными рычагами влияния. В России есть Дума, возможности которой минимальны, что, как мне кажется, породило у законодателей чувство безответственности. И пока такая ситуация не прекратится, пока в стране не будет действительно демократической власти, способной принимать законы, пока не будет стабильности, будет трудно убедить крупных иностранных инвесторов делать стратегические вложения в российскую экономику.
А сильная реальная власть может появиться очень скоро. Для этого не требуется столетий. Появись в России власть, опирающаяся на большинство в парламенте, способная на основе нормального федерализма найти общий язык с губернаторами, у России, как мы считаем, есть реальная возможность быстрого, стремительного подъема. Россия — страна с огромными природными ресурсами, с талантливыми, динамичными людьми. Но за последние годы здесь было сделано так много ненужного, возмутительного.

НAТАЛЬЯ РОМАНОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK