Наверх
18 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Банковские семейные ценности"

Словосочетание «семейные ценности» благодаря энергичным действиям финансистов теперь приобретает новый смысл — сугубо материальный. Это раньше у нас была одна семья с большой буквы, а сейчас таких Семей все больше, хотя и не столь публичных. Активы отдельно взятой ячейки общества становятся объектом пристального внимания работников так называемых семейных офисов, представителей которых можно обнаружить и в нашей стране.   Когда один из самых богатых людей России, Михаил Ходорковский, отправился в колонию, расположенную на окраине небольшого сибирского городка Краснокаменска, финансовый мир всколыхнулся. Мысль о главном правиле для всех банкиров — «надо быть ближе к клиенту» — взбудоражила сознание финансистов. Ведь этот клиент — необычный и очень состоятельный. Заключались пари, станет ли Краснокаменск столицей частного банкинга… И хотя все эти разговоры не более чем шутка, в таком предположении нет ничего удивительного: сотрудники компаний, занимающихся управлением частным капиталом в «особо крупных размерах», действительно готовы ради комфорта своих клиентов на многое.

На пике моды
   Преумножение капитала — задача сложная, решать ее можно самостоятельно, рискуя потерять драгоценное время и душевный покой, а можно с помощью специальных организаций. Когда объем сбережений гражданина переходит определенную отметку, такой клиент начинает интересовать уже специальную категорию организаций — family office («семейные офисы»), или multi-family office. Так именуют компании, предлагающие эксклюзивные услуги по управлению крупным частным капиталом. Их клиенты — не отдельные граждане, а целые семьи, династии. «В России уже сформировался класс людей, имеющих в личной собственности довольно значительные средства», — уверен консультант компании Roche & Duffay Сергей Будылин.

   Нынешнее поколение миллионеров — люди в основном от тридцати до пятидесяти лет. Через 10—15 лет им пора думать о передаче состояния или семейного бизнеса наследникам. Как осуществить процесс переоформления состояния на следующее поколение максимально безболезненно?

От частного к семейному
   «Офисные» специалисты не только оказывают специфические «фамильные» услуги вроде сохранения активов в случае смерти, развода или банкротства, а также обеспечения беспрепятственной передачи средств по наследству, но и занимаются организацией налогового планирования и инвестиционного менеджмента. По сути, речь идет об управлении собственностью (wealth management) частных клиентов, размещении средств в надежных, с точки зрения ее менеджеров, кредитных организациях. Поскольку крупные состояния не могут размещаться в одном финансовом институте — слишком высоки риски, — клиентам обычно предлагаются инвестиционные инструменты нескольких компаний, а также вложения в недвижимость, в фонды фондов (их активы размещаются в других инвестиционных фондах) и т.д.

   Российские банки еще несколько лет назад стали приучать своих разбогатевших частных клиентов к «хорошей жизни», начав предлагать персональный сервис — так называемый private banking. Сегодня департаменты частного банкинга и «семейные офисы» объединяет принцип предоставления индивидуального набора инвестиционных и связанных с ними услуг. Разница между независимым «семейным офисом» и банковским подразделением ощутима. «Преимущество family office перед департаментами private banking заключается в том, что они являются независимыми организациями, это существенно развязывает руки при выборе, позволяя ориентироваться на действительно оптимальные предложения на рынке, — объясняет управляющий директор компании K&S Capital Management Олег Капитонов. — Если такие услуги попробует предлагать банк, неизбежно возникнет конфликт с их корпоративными интересами, даже в случае провозглашения принципа «открытой архитектуры».

   По мнению отдельных специалистов, деление на family office и private banking определяется «весовыми категориями» клиентов — если обслуживание класса «приват» начинается с $500 тыс., то пользоваться услугами «семейного банка» можно, имея в кармане $1— 5 млн. Хотя есть мнение, что «входной билет» должен быть значительно дороже. «Даже содержание нескольких высококлассных адвокатов обходится в несколько сотен тысяч долларов в год, поэтому человек должен обладать состоянием не менее $10 млн.», — считает Сергей Будылин.

Маленькие тайны
   У богатых свои причуды. Потому представитель «семейного офиса» имеет в своем арсенале список из нескольких сотен или даже тысяч экспертов — от специалистов по дизайну интерьера самолетов до знатоков арабских скакунов. Личный менеджер воплотит в жизнь любой каприз своего элитарного клиента — приобретет яхту, произведение искусства или антиквариат, подберет колледж для обучения детей, составит коллекцию отборных вин или же проведет благотворительную акцию.

   На Западе стандартная сумма вознаграждения за подобные услуги колеблется от 0,25% до 1,5%. Правда, большинство отечественных специалистов склоняются к тому, что так называемый tailor made banking (банкинг по индивидуальному заказу) не вписывается в рамки стандартного прайс-листа. «Базовая ставка, которая исчисляется долями процента в год от капитала, отданного в управление, предполагает определенный набор услуг, и, если клиенту предоставляются дополнительные услуги, они влекут за собой дополнительное вознаграждение», — утверждает председатель совета директоров Юниаструм Банка Георгий Писков.

   Семейный банкир не помешает и в том случае, если уважаемый глава семейства вдруг решит купить своей секретарше дорогой автомобиль или даже замок в Шотландии. Жена и дети могут продолжать спать спокойно. «Российские реалии таковы, что обычно обслуживается глава семейства, являющийся «основным источником доходов», — добавляет Писков. — Естественно, информация о нем доступна для остальных членов семьи лишь в тех долях, в которых он пожелает». А вот другие члены семьи в подобной ситуации оказываются под колпаком главы «клана».

   Правда, по словам специалистов, в благородных семействах, решивших воспользоваться услугой family office, не всегда находится место тайнам. «Конечно, в жизни возникают сложные ситуации, решать которые зачастую приходится творчески, — говорит генеральный секретарь Швейцарско-русской бизнес-ассоциации, предлагающей услуги family office на территории Швейцарии, Максим Артамонов. — «Семейный офис» — не полиция нравов. Но, по опыту, обычно к его услугам прибегают люди с сильными семейными ценностями. Иначе какой в этом будет смысл?».

Климат-контроль
   «На сегодня средства состоятельных клиентов в крупнейших российских банках составляют около $5 млрд., — считает Георгий Писков. — В ближайшие годы увеличение емкости рынка прогнозируется до $10—15 млрд.». По оценке британской компании Scorpio Partnership, проведенной в 2005 году, ликвидные активы россиян составляют $300 млрд. Данные Юниаструм Банка гораздо консервативнее — $50 млрд., по его же подсчетам, приблизительно 3—5 тыс. российских семей обладают капиталом свыше $10 млн., представляя собой «готовых» клиентов для новоиспеченных структур.

   Происхождение видов

   По данным информагентства Bloomberg, на планете насчитывается около 1,4 млн. семей с состоянием более $10 млн., общая сумма активов которых перевалила за $100 трлн. Обычно классические «семейные офисы» создаются богатой семьей для обслуживания собственных интересов и состоят поначалу лишь из консультанта, бухгалтера и юриста. Успешность таких предприятий через какое-то время может подтолкнуть их владельцев к тому, чтобы открыть двери другим состоятельным семьям, — в обзоре агентства Bloomberg отмечается, что около 25% американских multi-family office таким образом эволюционировали из single-family office (SFO). Кроме того, успешные «семейные банки» становятся объектами интереса крупных финансовых институтов — для расширения своей деятельности. К примеру, в 2004 году Дойче Банк, которому так не хватало подразделения по «штучному обслуживанию», купил мюнхенский Wilhelm von Finck. По экспертным данным, сегодня около 5 тыс. «семейных офисов» по всему миру предлагают свои услуги. Все они бьются за кусок огромного пирога под названием «состояния сверхбогатых людей», который оценивается в $385 млрд. (процентная ставка от более чем $100 трлн.). Только в США в настоящее время около ста компаний оказывают «фамильные» услуги, среди которых и бывший «семейный офис» семейства Рокфеллер — Rockefeller & Co, в управлении которого находится более $15 млрд. По прогнозам аналитиков, во всем мире количество семей, обладающих состоянием свыше $10 млн., к 2008 году увеличится на 73% и достигнет 1,9 млн., а стоимость контролируемых ими активов составит $152 трлн.!

   В России пока действует не более пяти «мультисемейных офисов» (если не брать в счет «фамильные организации» крупнейших отечественных олигархов), о деятельности которых широкой публике мало что известно. Это и понятно: такие организации не слишком нуждаются в рекламе, а их клиенты не любят огласки.

   В числе российских игроков рынка значится открывшееся в этом году специальное подразделение Юниаструм Банка, а также детище бывшего председателя правления Абсолют Банка Олега Капитонова — компания K&S Capital Management. По мнению Максима Артамонова, количество отечественных офисов может увеличиться «после принятия закона об амнистии капитала и выборов 2008 года». Поэтому неудивительно, что на российский рынок стали с интересом поглядывать иностранные компании, в том числе и представители классических швейцарских «фамильных банков».

   «У этих услуг сегодня есть потребитель, но востребованность на российском рынке будет зависеть от соответствия перечня и качества услуг заявленному уровню, а также от репутации фирмы и ее маркетинговой политики», — считает зампред Абсолют Банка Дмитрий Ивлюшин. Хотя в российских реалиях нередко куда более важную роль играет политический климат. «Если вдруг у кого-то возникнет желание посмотреть, как 10—15 лет назад заработали деньги нынешние состоятельные люди, это, безусловно, может существенным образом повлиять и на перспективы существования «семейных офисов», — предупреждает исполнительный директор Центра развития Дмитрий Лепетиков.

   Стали бы вы хранить деньги всей семьи в одном банке?

   Александра Тягачева, вице-президент Горнолыжного клуба Леонида Тягачева: «Мы с мужем пользуемся услугами одного банка. И счет у нас общий. Пока никакой острой необходимости в семейном банке мы не испытываем. Такие услуги, я полагаю, актуальны для крупного династийного капитала. У нас нет клановой финансовой истории. Я, например, совершенно не знаю, услугами какого банка пользуется мой отец».

   Степан Михалков, ресторатор: «Про российские семейные банки я ничего внятного не знаю. Это радостная новость! В принципе, семья у меня большая, если говорить обо всех родственниках. Теоретически возможно сконцентрировать капитал в одном банке. Но для этого надо уговорить всех Михалковых-Кончаловских отнести туда свои деньги. Но я не уверен, что это кому-нибудь нужно. У нас же нет семейного бизнеса, каждый занимается своим делом».

   Юрий Грымов, режиссер: «Мы с женой пользуемся разными банками, но могли бы пользоваться и одним банком, и одним счетом. Я не скрываю от жены своих доходов. Вообще, к банкам я отношусь осторожно, неоднократно случались катаклизмы. В банке должны работать люди, которым я доверяю. Я доверяю не вывеске, а конкретным людям, которых знаю».

   Максим Дунаевский, композитор: «Я даже в Америке никогда не слышал про «семейные банки», мне таких услуг не предлагали. Не понимаю, в чем существенная разница: если в обычном банке меня хорошо и быстро обслуживают, то мне этого вполне достаточно. Жена пользуется моим счетом и тоже, по-моему, проблем не испытывает, а дочке пока рано отдельный счет с личным менеджером заводить».

   Анна Горбашова

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK