Наверх
12 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Батька махнул"

Александр Лукашенко второго «президентского издания» сделался еще более неуправляемым для Москвы. России же в кресле белорусского президента нужен человек, полностью соответствующий надобностям Кремля.«Белорусский Жириновский»

Состоявшиеся на прошлой неделе выборы белорусского президента, которые принесли Александру Лукашенко уже в первом туре более трех четвертей голосов избирателей (75,6%), были названы вновь избранным главой Белоруссии «изящной победой». Насколько это заявление справедливо, учитывая, что, например, Запад не признал эти выборы честными и демократичными (см. рубрику «Политинформация»), для белорусского «батьки» не столь важно — его легитимность и так давно уже оспаривается странами демократии. В свою очередь, Лукашенко не стесняется в средствах для ответа: например, изгнал из дипломатического поселка «Дрозды» весь западный дипкорпус по причине якобы опасности затопления дипломатических представительств канализацией. Западные послы, как ни протестовали против принудительного отселения с насиженного места, вскоре вынуждены были согласиться на отведенную им Лукашенко территорию проживания на белорусской земле.
И вообще жил и правил Александр Григорьевич вверенной ему страной по личному разумению, заявляя, что он свое государство «за цивилизованным миром не поведет», и никто ему в этом особо не препятствовал. Что же до недовольства диктаторскими замашками белорусского президента со стороны того же Запада, то хотя и неприятен он атлантистскому менталитету, но дело с ним иметь все равно приходится. Хотя бы учитывая крайне важное геополитическое положение Белоруссии, с которым вынуждены считаться как недовольный Запад, так и всепрощающая Россия. Сам Лукашенко достаточно умело разыгрывает эту карту, заявляя, с одной стороны, Западу, что он прикрывает его от наплыва голодранцев из России, а с другой — разъезжая вдоль белорусской границы на танке, уверяет в своей полезности Москву: мол, кто еще послужит буфером между Россией и расползающимся Североатлантическим альянсом. А раз так, то, по мысли Лукашенко, не Белоруссия должна Москве за газ, а Москва обязана приплачивать ухватистому белорусскому президенту за свою безопасность.
Справедливости ради стоит заметить, что откровенная демагогия всегда помогала Александру Лукашенко. Так, в 1994 году он буквально дуриком в первый раз получил президентское кресло. Тогда Москва, играя против прозападного председателя белорусского парламента Станислава Шушкевича, всячески продвигала в президенты промосковского премьера Вячеслава Кебича. Никому не известный за пределами республики председатель парламентской комиссии по борьбе с коррупцией Лукашенко в расчет, естественно, не брался, тем более что пользовался устойчивой репутацией «белорусского Жириновского». Не послужило Кремлю уроком даже то, что буквально за полгода до белорусских выборов в российскую Думу легко и массово прошла партия российского Жириновского — ЛДПР, получив 25% голосов избирателей.
Так или иначе, но Лукашенко как бы шел в фарватере Жириновского, обещая народу то же самое: нещадную борьбу с коррупцией, гарантированную еду и выпивку (если точно — «чарку и шкварку»). Белорусам хватило, тем более что Лукашенко разъезжал на депутатской «Волге» по всем белорусским городам и весям и был таким доступным и родным, что не проголосовать за него было бы просто грех. Разрекламированное же покушение на него и вовсе разогрело массы, хотя, похоже, никто тогда крови Александра Григорьевича не жаждал.
Кремлевский же ставленник Кебич действовал по накатанной схеме: всячески разыгрывал дружбу с Москвой, трогательно утирал перед телекамерами вспотевшую лысину московского кормильца Виктора Черномырдина. Все это объяснялось белорусским избирателям исключительно с позиций слезливого прагматизма: мол, благодаря исключительной заботе Виктора Степановича Белоруссия, которая не платит за газ, не остается без топлива. В свою очередь, упомянутое послабление возможно, дескать, исключительно благодаря личной дружбе Черномырдина с Кебичем. Вывод ясен: голосуйте за Кебича.
В ответ на эти немудреные хитрости находчивый Лукашенко во время теледебатов заявил, что при таком раскладе выборы Вячеславу Францевичу надо бы проводить зимой. Тогда, отключив белорусам газ и пообещав включить снова, если будут правильно голосовать, население, возможно, и удалось бы уговорить отдать голоса Кебичу. Но сейчас на дворе лето, напомнил Лукашенко, и электорат озабочен не столько отоплением, сколько огородами. Так и вышло: Кебич ошибся в расчетах, а Лукашенко оказался прав. Во втором туре Лукашенко получил 47% голосов, в то время как его оппонент лишь около 20% — даже меньше, чем набрал в первом туре.
Кот в мешке

В последние белорусские выборы Кремль особо не лез, хотя президенту Путину явно хочется иметь в Минске более адекватного по отношению к нынешнему мировому порядку союзника. И если поначалу из Москвы пытались раскрутить дочку некогда очень популярного в народе первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии Наталью Машерову, то позже, убедившись, что на нынешнем этапе выиграть у Лукашенко никто не сможет, Кремль пустил дело на самотек. Если и не помогал белорусскому «батьке» избраться, то уж, во всяком случае, и не мешал, что, кстати, само по себе не так уж и мало.
Что же касается последствий белорусских выборов для Москвы, то на этот счет преобладают два мнения.
Лидер думской фракции «Отечество — Вся Россия» Вячеслав Володин полагает, что выигрыш Лукашенко для нас, скорее, выгоден: «Александр Лукашенко занимает пророссийскую позицию, нас многое связывает; образовано союзное государство, есть договоренность о формировании союзных органов, есть проекты по выборам парламента России — Белоруссии. То есть идет объективное сближение позиций, и это делается в то время, когда президентом работает Лукашенко. К тому же есть проект строительства нефтепровода через территорию Белоруссии. Это займет год-полтора, и когда по нему пойдет на Запад наша нефть, у нас будет возможность выбора между транспортировкой нефти через Белоруссию и Украину — мы будем дружить с тем, кто нам предложит более выгодные условия».
Президент фонда «Политика» Вячеслав Никонов не склонен считать уже имеющиеся договоренности гарантией абсолютной лояльности белорусского президента: «Беда России в этой избирательной компании в том, что у нее не было никакой позиции, а это всегда очень плохая политика. Мы пытались поставить перед Лукашенко какие-то условия его поддержки: чтобы масштабно пустил к себе наш бизнес и открыл белорусскую экономику, чтобы выборы прошли более демократично и Запад не имел бы претензий, поскольку нелюбовь Запада к белорусскому режиму отражается и на России. Похоже, что на эти условия Лукашенко не согласился. После чего мы самоустранились. В результате, с одной стороны, остались нереализованными наши условия, а с другой стороны, налицо отсутствие какой-либо благодарности со стороны Лукашенко. Так что белорусская избирательная кампания в России не дала ничего, а скорее, сыграла Москве в минус».
Независимый депутат Госдумы Сергей Юшенков согласен с Никоновым: «Для Кремля Лукашенко — головная боль. Он теперь очень усилился по сравнению с предыдущими годами, он никому, кроме себя самого, не обязан своей победой на выборах, поэтому Кремлю разговаривать с ним будет очень трудно».
Если так, то Лукашенко сегодня стал для нас еще большим котом в мешке, что России крайне невыгодно, учитывая важность для Москвы создания с Белоруссией по-настоящему (а не на бумаге) союзного государства, для чего, в свою очередь, в Минске необходим лидер, не играющий в свою игру, а послушно сверяющий все свои действия с надобностями Кремля.
Попытка с негодными средствами

Говоря об участии в белорусском раскладе Запада, можно предположить, что там были намерения прокрутить в Белоруссии югославский сценарий: обвинить действующего президента в подтасовке, провозгласить победу кандидата от оппозиции (как вариант, настаивать на проведении второго тура), вывести на улицы оппозиционный народ и волной народного гнева смести неугодного лидера, одновременно вознеся наверх угодного. Но обстоятельства этому никак не благоприятствовали. Во-первых, если на раскрутку югослава Коштуницы и вообще югославской оппозиции Запад потратил, по неофициальным оценкам, больше миллиарда долларов, то в Белоруссию вбросили на порядок меньшую сумму. Во-вторых, Лукашенко оторвался от оппозиционного кандидата Гончарика не на 1—2%, а на целых 60%. В-третьих, полиция и армия Белоруссии не деморализованы и, если что, не самоустранились бы, как это случилось в Белграде. В-четвертых, за Лукашенко худо-бедно стоит Россия и вообще Белоруссия — это неоспоримая зона влияния Москвы. Наконец, в-четвертых, с Лукашенко просто нельзя было поступить так, как с Милошевичем, потому что, по замечанию Вячеслава Никонова, Лукашенко не является признанным военным преступником.
Все это было понятно еще до начала голосования, и потому заявление Гончарика о том, что выборы сфальсифицированы и за Лукашенко проголосовали лишь 46%, в то время как за него — 40% (то есть даешь второй тур!), просто не были услышаны. И то, зачем предпринимать попытку с изначально негодными средствами?
Оценивая победу белорусского лидера, политолог Сергей Кургинян так определяет исходные позиции его популярности: «Это преимущества советско-консервативного существования — политическая риторика и признание человеческого статуса за большинством. При этом, изымая путем налоговой политики у успешной части населения излишки, он дает, в свою очередь, определенные гарантии и правила игры бизнесменам. Что же до его отношений с Западом, то Александр Григорьевич понимает, что сильная, но не людоедская власть в небольшом государстве заставит с собой считаться иностранные государства. Пример тому — Иран».
Минское «динамо»

Что касается дальнейшей белорусской политики Москвы, то, пока Кремль не вырастит и не раскрутит на замену Лукашенко более вменяемого пророссийского лидера, нынешний белорусский президент останется на своем месте. По свидетельству собеседника «Профиля» на Старой площади, план максимально спокойной замены Лукашенко на следующих президентских выборах в общих чертах уже существует, однако лучше было бы договориться с Лукашенко, чтобы, отсидев второй срок, он ушел сам, оставив после себя нужного Москве преемника. Одновременно следует учитывать «западную опасность»: вполне возможно, что там, получше подготовившись, все же решат попробовать привести к власти в Минске своего человека.
И все это на фоне высокой степени популярности Лукашенко внутри республики и его контроля за всем и вся. Действительно, президент в Белоруссии полностью контролирует госаппарат; он же главный идеолог славянского братства и борец с американским империализмом; он решает, о чем писать в газетах, что показывать по ТВ и какие песни крутить по радио; только он знает, как поступать с политическими противниками; наконец, все деньги в Белоруссии — под его личным контролем.
Кстати, о деньгах. Похоже, что торговаться с Лукашенко, например, касательно масштабного проникновения к нему российского бизнеса будет теперь действительно труднее. К тому же и белорусская элита, контролирующая практически всю экономику страны в огосударствленном ее виде, не будет в восторге от нашего там многолюдного появления. Кстати, сам Александр Лукашенко обладает конкретным опытом в деле «допуска» российских бизнесменов в Белоруссию.
Рассказывают, что в 1997 году, заехав в Москву, белорусский президент пообещал Борису Немцову (в то время первому вице-премьеру правительства РФ), что будет развивать у себя малый и средний бизнес, поддержит предпринимательство, примет либеральное налоговое законодательство и сделает единой таможню. В качестве символа достигнутых договоренностей Немцов предложил Лукашенко открыть в центре Минска три частных магазина с российским капиталом — «Москва», «Петербург» и «Нижний Новгород». От Лукашенко требовалась либо продажа торговых площадей по сходной цене, либо передача в собственность отведенных им под магазины зданий. Белорусский президент согласился. Из Москвы в Минск отправилась бригада из двадцати человек — в основном люди из Госкомимущества и Минфина. Все было очень серьезно. Но через две недели бригада вернулась ни с чем, сообщив, что Лукашенко предложил им полуразрушенные сараи на окраине Минска, запросив за них чуть ли не миллион долларов.
Многие политики, опрошенные «Профилем», считают, что одним из немногих рычагов воздействия на хитрого и своенравного белорусского президента остается российский газ. Во всяком случае, по словам собеседника «Профиля» в правительстве РФ, когда Лукашенко посадил в тюрьму журналиста ОРТ Павла Шеремета, то выпустил он его только после того, как тот же Борис Немцов дал указание отключить Белоруссию от голубого топлива.
То, что Лукашенко фигура малопредсказуемая и неординарная, — факт. Самое интересное, что он мало похож на природно спокойного и простоватого с виду белоруса. Это правда — таких порывистых белорусов найти трудно. Злые языки утверждают даже, что Александр Григорьевич наполовину цыган — со стороны отца, о котором в официальных источниках нет никаких сведений. Доподлинно это неизвестно, что, впрочем, не мешает Лукашенко обращаться с подвластным ему народом вполне по-цыгански. Есть такой анекдот. Цыган лошадь шесть дней не кормил, а на седьмой она сдохла. Стал он тогда сокрушаться: «Еще бы день продержалась, можно было бы целую неделю не кормить!»
Но это о лошади. Что же до ее хозяина, то факт налицо: после президентских выборов белорусский Будулай начал новое кочевье по политическому миру.

ИНЕССА СЛАВУТИНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK