Наверх
16 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2004 года: "База сданных"

Парламентарии готовятся накрыть информационным колпаком всех любителей жить взаймы. При этом никто не грарантирует, что доступ к секретным файлам не получит любой желающий.После семилетних дебатов о необходимости закона о бюро кредитных историй (БКИ) документу наконец суждено появиться на свет. За два летних месяца законопроект скоропостижно прошел два чтения, а финал думского обсуждения намечен на ближайшие дни.

Свою руку к проталкиванию закона приложила Ассоциация российских банков (АРБ), идеи которой и лежат в основе не единожды переписанного документа. При этом общественная организация отнюдь не намерена стоять в стороне от зарождающегося бизнеса, готовясь к раскрутке своего первого коммерческого проекта, обладающего реальным экономическим потенциалом. Правда, все плоды будут пожинать вовремя присоединившиеся к бюро АРБ банки, так как ассоциация, сыграв свою роль, не собирается закреплять за собой юридическое право на распоряжение кредитными историями.

Операция «Ассоциация»

Кредитные истории, коллекционированием которых займется БКИ, представляют собой сводную информацию о займах клиента и аккуратности их погашения. По сути, это некое досье, которое мечтает иметь любой кредитор, чтобы прогнозировать риск невозврата кредитных средств.

Несмотря на отсутствие закона, бюро, призванные собирать и хранить в электронном виде кредитные истории граждан и предприятий, начали появляться давно. Самое крупное из них — Национальное бюро кредитных историй (НБКИ), созданное при АРБ и объединяющее 44 банка. Недавно к нему присоединились структуры, работавшие при Ассоциации региональных банков «Россия» и Ассоциации банков Северо-Запада. Некие прообразы бюро существуют при региональных банковских объединениях в Перми, Саратове и Нижнем Новгороде.

Однако все эти предвестники цивилизации пребывают в зачаточном состоянии. Для полноценной работы им необходим закон, освобождающий информацию о заемщиках от бремени банковской тайны. Ведь только в этом случае банки могли бы безбоязненно сдавать с потрохами своих клиентов.

Но пока отечественные структуры томились в ожидании лучших времен, выяснилось, что на российский рынок спешат и зарубежные игроки — свой интерес проявили международные агентства Trans Union (США) и Schufa (Германия). А крупнейшее в мире бюро кредитных историй Experian (Великобритания) уже объявило о желании создать российскую «дочку» на паритетных началах с информационной группой «Интерфакс».

И тут всех ожидал сюрприз: выяснилось, что депутаты вместе с общими положениями «заглотили» пункт о 10-процентном ограничении доли одного участника в капитале кредитных бюро. Этот пункт незаметно появился в документе накануне второго чтения — по словам некоторых депутатов, рабочая группа это условие не обсуждала и кто его внес, неизвестно.

Причина, на которую опираются идеологи квоты, — не дать шанса крупным банкам создавать подконтрольные бюро и диктовать условия другим участникам рынка. Однако, как считают эксперты, истинная причина появления планки заключается в том, чтобы перекрыть доступ на рынок крупным игрокам в лице «западников».

Как считает член правления Райффайзенбанка Александр Колошенко, требование об ограничении участия каждого игрока в капитале бюро — мера надуманная, которая будет мешать развитию кредитного рынка. Тем более что отечественные предприниматели давно обкатали схемы обхода подобных ограничений через аффилированные структуры. А вот иностранцам, предпочитающим прозрачность в бизнесе и контроль над ним, придется, скорее всего, умерить свои амбиции.

По мнению экспертов, такая ситуация на руку АРБ — она хочет застолбить за собой монопольное положение на рынке и не допустить на него крупных международных игроков. Косвенно это подтверждается позицией Ассоциации российских банков, которая тем не менее отказывается от авторских прав на неожиданные поправки.

Как считает директор по развитию НБКИ Алексей Волков, если 10-процентных ограничений не будет, банки и другие структуры станут создавать «карманные» бюро, на рынке долгое время будет разброд и шатание. В Европе оптимальным считается наличие одного-двух таких институтов в стране. «Чем больше кредитных бюро в стране, тем меньше эффективность работы каждого из них в отдельности, — говорит Волков. — Кроме того, если кредитные истории заемщиков раздробят по разным БКИ, это увеличит время на рассмотрение заявок и, соответственно, издержки банков на поиск нужных документов».

Глухо, как в банке

Осенью, накануне преодоления законом о БКИ последнего рубежа, за отмену ограничений по доле учредителей в капитале бюро выступили несколько депутатов. Народные избранники, впрочем, сами сомневаются, что их протест будет воспринят серьезно и законопроект вернется на второе чтение. Как отмечают аналитики, здесь, скорее всего, имеют место встречные попытки лоббирования своих интересов, например компанией Experian. Этот игрок оценивает объем российского рынка примерно в 5 млн. заявок на кредитные истории в год и рассчитывает окупить свой проект чуть больше чем за два года.

Однако сегодня все сходятся во мнении, что лучше воспользоваться ситуацией и протолкнуть закон в любом виде (он идет в пакете приоритетных для парламентариев ипотечных законопроектов, связанных с президентской программой «Доступное жилье»), чем откладывать старт проектов, весьма актуальных сегодня на фоне бума потребительского кредитования.

Неизвестно, простимулирует ли скорейшее принятие закона процесс создания кредитных бюро или, напротив, затормозит их появление. Ведь банки, лишившись возможности создавать подконтрольные БКИ, могут и вовсе отказаться от этой затеи и не передавать информацию о своей клиентуре куда-либо. Тем более что крупные структуры, в руках которых сконцентрирована информация о большей части пользующихся кредитами граждан, и без того не заинтересованы в распространении сведений — добросовестных заемщиков соперники могут запросто увести. Тот же «Русский стандарт» (2-е место после Сбербанка по объему кредитов, выданных физлицам) не раз заявлял о том, что не намерен демонстрировать щедрость. «В банке сформирована обширная база по клиентам, но это наша ценность, и мы бы не хотели ею делиться», — сообщил источник в «Русском стандарте».

Кроме того, финансовые институты уже научились «заимствовать» базы друг у друга, не прибегая к помощи БКИ. По словам представителя крупной кредитной организации, как бы ни старались банковские службы безопасности, кража нужного архива у конкурентов не является непосильной задачей.

Существуют и официальные каналы связи, правда, в этом случае передаче подлежат лишь сведения о мошенниках и авантюристах. «Банки сейчас обмениваются негативной информацией о своих заемщиках, — сообщила «Профилю» зампред МДМ-Банка Ирина Бушева. — Даже создан банковский пул для предупреждения коллег по цеху о случаях мошенничеств». Однако, по словам начинающих игроков, обмен информацией происходит лишь между крупными банками, которым есть что предложить друг другу взамен.

Стимулов для того, чтобы банки засвечивали своих добропорядочных клиентов, не так много. По мнению зампреда банковского комитета Госдумы Анатолия Аксакова, самим фактом принятия закона о бюро государство подтолкнет госбанки («Внешторг» и «Сбер») к раскрытию информации о клиентах (см. интервью).

БКИ хотят заманивать крупных игроков прибылью от продажи информации об их заемщиках. «Например, из $1,5-2,5, вырученных от продажи конкретного кредитного отчета (мы планируем установить такие тарифы на одно досье), 50 центов можно было бы отдавать банку, предоставившему данные о клиенте», — говорит гендиректор НБКИ Александр Викулин.

Прочие меры стимуляции основываются на методах кнута. В соответствии с законопроектом власти собираются обязать банки предоставлять информацию в БКИ в том случае, если клиент дал на то свое согласие. Но, во-первых, как известно, строгость законов у нас компенсируется необязательностью их исполнения, а во-вторых, много ли найдется граждан, настаивающих на разглашении сведений о себе?

Несекретные материалы

Борьба интересов может негативно сказаться на простых гражданах, чьи коммерческие биографии могут попасть в руки мошенников. Конфиденциальность информации может быть гарантирована только в том случае, если бюро оснастят современным техническим оборудованием и программным обеспечением с высоким уровнем защиты. А носителям прогрессивных технологий — международным игрокам — в случае утверждения квот на участие в капитале путь на российский рынок будет ограничен.

«Боюсь, люди, которые настаивают на квоте, слабо представляют себе все тонкости и нюансы технической стороны этого бизнеса, требующего больших инвестиций», — говорит руководитель банковского направления Moody’s Interfax Михаил Матовников. К тому же, как считает начальник управления розничного бизнеса Международного промышленного банка Игорь Лысенко, введение квоты на участие учредителей увеличивает риск утечки информации либо несанкционированного ее использования. «При большом числе учредителей многократно возрастают риски банка как поставщика конфиденциальной информации о клиенте», — рассуждает банкир.

Ничто не мешает отечественным представителям информационного бизнеса самим приобретать нужный софт у западных разработчиков и поставщиков, однако продукция эта весьма дорогостоящая. Многие отечественные игроки могут предпочесть более дешевые и менее защищенные технологии.

По словам Алексея Волкова из НБКИ, российские кредитные бюро будут соответствовать международным стандартам информационной безопасности, отстраивая свои технические решения на платформе западных разработчиков. Сейчас НБКИ рассматривает возможность сотрудничества с иностранным техническим партнером, в роли которого могут выступить Trans Union и Schufa. В свое время велись переговоры о сотрудничестве с Experian, специализирующейся в области глобальных решений информатизации, однако они ничем не закончились, поскольку британская компания настаивала на контроле над БКИ на правах собственника.

В какую сумму потенциальные технические партнеры оценивают свои IT-разработки, Алексей Волков не сообщил, заметив, что называемые публично примерные ориентиры — «цифры с шестью нулями» — соответствуют действительности. По словам коммерческого директора Experian Джона Хэдлоу, обычно на запуск БКИ требуется не менее $1 млн. «Траты на дорогостоящее IT-оборудование и программы примерно соответствуют тем расходам, что несут банки при приобретении других IT-решений для своего бизнеса, — говорит Алексей Волков. — А если учесть, что у проектов предполагается несколько инвесторов, на чем настаивает закон, то средства на покупку технологий безусловно будут найдены при небольшой нагрузке на сами банки».

Под угрозу информационную безопасность хранилища кредитных историй могут поставить и другие слабые места наспех скроенного законопроекта. Зампред комитета по кредитным организациям и финансовым рынкам Госдумы Павел Медведев считает, что главный пробел — отсутствие в документе необходимых требований к защите информации. «Я настаивал на том, чтобы в законе была прописана обязанность шифровать досье с использованием современных средств криптографии, — говорит депутат. — Однако в результате защищены оказались только каналы передачи данных, кодировать же сами документы никто не обязан».

Еще одна уязвимость закона, по словам Медведева, состоит в том, что заглядывать в кредитные истории смогут рядовые сотрудники бюро. От максимального ограничения в доступе к телу досье решено было отказаться для того, чтобы работники могли составлять аналитическую информацию и кредитные рейтинги.

Впрочем, Александр Викулин из НБКИ утверждает: вопрос с секретностью данных легко решаем — например, организацией может быть предусмотрен особый регламент работы с секретными данными. «Существует ряд мер для предотвращения сговора, — поясняет Викулин. — У нас доступ к досье будут иметь только 5-7 человек из всего коллектива, причем их состав мы станем постоянно менять, и контроль за сотрудниками будет строжайший».

Финансовый рентген

Граждане сами могут попытаться оградиться от разглашения сведений о себе — согласно последней версии законопроекта в БКИ информация о заемщиках будет поступать только с их письменного согласия. Однако на практике это означает, что клиент, отказавшийся давать добро на передачу сведений в бюро, денег в банке просто не получит.

Кроме того, при ликвидации торговца кредитными досье принадлежащая ему база может запросто уйти с молотка, и на это разрешения клиентов не потребуется. Купить ее, правда, смогут только другие кредитные бюро, но сам факт возможности продажи секретных данных не может не удивлять. «В российской правовой практике не было подобных прецедентов, когда информация, по сути относящаяся к банковской и коммерческой тайне, могла уходить с торгов», — удивляется управляющий партнер юридической компании «Энергия Права» Дмитрий Дякин.

Ответственность за разглашение и незаконное использование информации предусмотрена только для руководства бюро и самих структур — до 5 тыс. рублей и до 500 тыс. рублей соответственно (согласно предлагаемому списку поправок в Кодекс об административных правонарушениях). С истинных же виновников тиражирования финансового компромата взять будет нечего.

При этом, согласно законопроекту, источником информации о платежеспособности граждан могут быть не только банки, но и любые компании, выдающие кредиты и займы или предоставляющие услуги без предоплаты. К таким источникам пополнения базы кредитных историй могут быть причислены операторы сотовой связи, телекоммуникационные компании, магазины, продающие товары и услуги с отсрочкой платежа, а также жилищно-коммунальные предприятия. Для них предоставление сведений о своих клиентах в БКИ могло бы стать не только источником дохода, но и способом укрепления клиентской дисциплины.

«Для нашей компании, которая предоставляет телекоммуникационные услуги в кредит, появляется возможность снизить уровень безнадежной дебиторской задолженности», — сообщил источник в пресс-службе «ВымпелКома» (торговая марка «Би Лайн»). Свою готовность к сотрудничеству с БКИ в отдаленной перспективе выразили и «Российские коммунальные системы».

Правда, для передачи сведений в БКИ или на получение досье компании, как и банки, тоже должны получить разрешение клиента. Но сами структуры это требование не отпугивает. Чтобы граждане активнее соглашались, компании планируют ввести бонусы и различные приманки. В «ВымпелКоме» клиенты смогут получать дополнительные льготы, к примеру снижение гарантийного взноса при подключении к роумингу.

Насыщенные информацией обо всей подноготной граждан досье только увеличивают свою ценность в глазах мошенников, которые будут стремиться заполучить доступ к архиву любым способом. Государство, аккумулируя все больше финансовой информации как о населении — через Федеральную службу по финансовому мониторингу, — так и о предпринимателях, пока намного меньше внимания уделяет охране всего этого информационного сокровища от несанкционированного доступа.

Примером же заботы частных структур о конфиденциальности отношений с клиентами могут служить многочисленные скандалы вокруг появления баз данных абонентов операторов сотовой связи в свободной продаже. Так что, возможно, появление дисков с нашими кредитными историями на городских рынках — вопрос времени.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK