Наверх
12 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Без подписи"

Изменение позиции России по Киотскому протоколу связано с ее надеждами встать когда-нибудь в ряд с мировыми экономическими лидерами. Ведь если это случится, лишние ограничители нам будут ни к чему.В 90-х годах Россия действительно и совершенно искренне стремилась присоединиться к Киотскому протоколу. На мой взгляд, это во многом связано с одной из господствовавших тогда новых «традиций» российской внешней политики, которые возникли уже после распада СССР. А именно — стремлением визировать как можно большее количество международных договоров, причем исключительно из желания подчеркнуть свою продвинутость, свое соответствие стандартам демократической политики.
Примеры можно приводить из самых разных сфер. Особенно много таких документов было подписано по линии взаимодействия с Евросоюзом. Всем памятно соглашение о присоединении России к европейской конвенции об ограничении авиационных шумов. Правда, спустя десятилетие оно вызвало конфликтную ситуацию, поскольку за это время наша страна ровным счетом ничего не сделала для того, чтобы приблизиться к этим самым европейским стандартам. Однако в момент подписания о возможных последствиях и способах реализации того или иного договора, похоже, задумывались далеко не все. А реального понимания, что все эти протоколы, соглашения и меморандумы не просто политические декларации, но обязательные для исполнения документы, имеющие юридическую силу, и вовсе не было. Примерно такая же история вышла и с Киотским протоколом — подписывать такие документы помимо прочего было просто модно. Считалось, что решать экологические проблемы за счет сокращения вредных выбросов — хорошо само по себе. Вот, собственно, и весь резон.
Сейчас позиция России по данному протоколу существенно изменилась. Возможно, это связано с представлениями о том, что в связи с последними изменениями в мировой политике у России появился реальный шанс превратиться в мировую энергетическую супердержаву.
Раньше о таких способах «российского реванша» — за счет энергоресурсов — и не задумывались: все говорили о том, что лишь развитие высоких технологий вернет нашу страну в число мировых лидеров. Но сегодня никто не знает, как в ближайшие годы будут развиваться события в зоне Персидского залива, насколько устойчивы существующие там режимы, а, значит, в каких объемах станут осуществляться поставки нефти из этого региона в Европу и Северную Америку. Поэтому — во многом именно из-за нестабильности в зоне Персидского залива — многие в России и даже за ее пределами заговорили о шансах нашей страны вновь стать супердержавой. На этот раз — энергетической. И понятно, что на фоне таких перспектив мнение даже самых маститых и влиятельных экологов по поводу значимости Киотского протокола не может являться решающим аргументом.
Подписание Киотского протокола и неизбежные в связи с этим самоограничения если и не ставят под сомнение, то, по крайней мере, подвергают рискам такие перспективы России. Судя по всему, российское руководство не хочет рисковать, накладывая на себя какие-либо обязательства, которые в дальнейшем могут хоть в чем-то ей помешать.
И тот факт, что против этого документа выступают США, — лишний повод для России не торопиться.
Как известно, недавнее заявление Путина о том, что РФ будет принимать решение о ратификации протокола, исходя из своих национальных интересов, было сделано сразу после возвращения российского президента из Кэмп-Дэвида. Трудно судить, насколько связаны эти события между собой. Понятно, что центральными на саммите были иные темы — проект резолюции СБ ООН по послевоенному урегулированию в Ираке, позиция по Ирану, борьба с международным терроризмом, ситуация в Центральной Азии. И неизвестно, затрагивалась ли вообще на саммите тема Киотского протокола.
Однако стоит иметь в виду, что в последнее время позиции самого Буша внутри страны, равно как и позиции США на международной арене, подвергаются серьезным испытаниям. Главное из которых — кризис доверия — как со стороны избирателей (в отношении Буша), так и со стороны мирового сообщества (в отношении действий США). И поэтому любая поддержка для Штатов и Буша со стороны России и ее лидера становится весьма важной. Это ведь не Маршалловы острова, а крупная и влиятельная в мире держава. Судя по всему, Путин это понимает и по возможности стремится такую поддержку Бушу оказывать. Тем более что со своей стороны Буш многое сделал для поддержки лично Путина в ходе их последней встречи. Одной только фразой — I like him — он отбил мощную антипутинскую волну, которая шла со стороны различных влиятельных кругов США, недовольных нынешней политикой американского президента, в том числе слишком лояльным, по их мнению, отношением к Путину.
Так что, возможно, заявление Путина на конференции по вопросам изменения климата, помимо прочего — «ответная учтивость», проявление моральной поддережки американской позиции. Некий жест доброй воли, который всегда особенно ценен для тех, кто попадает в сложные ситуации.

АНДРЕЙ РЯБОВ, ЧЛЕН НАУЧНОГО СОВЕТА МОСКОВСКОГО ЦЕНТРА КАРНЕГИ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK