Наверх
12 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Бои гладиаторов"

Закончился 63-й Венецианский кинофестиваль. Он нервничал: ему впервые приходилось доказывать свое право на существование. Всего через месяц после его завершения, 13 октября, в Риме начнется новорожденный международный кинофестиваль, уже перетянувший к себе и львиную долю госфинансирования, и звезд, и внимание прессы. Идет бой гладиаторов.Принципы отбора
   Конечно, за Венецией — авторитет и традиции. Директор Мостры Марко Мюллер в интервью автору этих строк так и сказал:

   «В мире три главных фестиваля: Канн, Венеция, Берлин. И точка. Готовясь к 63-му фестивалю, мы отсмотрели почти полторы тысячи картин, и я еще не встретил продюсера, который отказал бы нам потому, что хочет дать свой фильм Риму. Уверяю вас, в ближайшее время в этом балансе ничего не изменится».

   Тем не менее нервозность чувствовалась уже в отборе конкурсной программы. Венеция, которая славилась пристрастием к арт-хаусу, вдруг заполнила конкурс картинами, большинство из которых станут хитами. Много голливудских фильмов, связанных с громкими убийствами и трагедиями прошлых лет, необычна для высоколобой Венеции доза фантастики. Похоже, фестиваль потерял уверенность и стал лихорадочно искать способ привлечь массового зрителя. Но такой зритель в городе-музее отсутствует как класс: тут жители заняты обслуживанием туристов, студентов почти нет, и в этом смысле у Рима явные преимущества. Судя по всему, подкошены и надежды Мостры на модернизацию своей инфраструктуры: кинозалы муссолиниевских времен требуют переоснащения, и еще недавно Венеция гордо демонстрировала шикарные проекты нового фестивального центра — теперь о них никто не вспоминает.

   В последние годы фестиваль лихорадочно менял директоров. Последний из них, Марко Мюллер, имеет богатый опыт руководства киносмотрами Европы и слывет одним из крупнейших специалистов по кинематографиям Востока. Его пристрастия к кино Японии и Китая дают плоды. В Венеции есть традиция «фильмов-сюрпризов»: в какой-то момент, как черт из табакерки, выскакивает никому не ведомая кинопленка и крутится на экстренном сеансе без предварительной информации. Год назад так возник фильм Ким Ки Дука «Пустой дом», тут же получивший приз за режиссуру, теперь — «Натюрморт» китайского режиссера Цзя Чжан-Ке. Эта социальная драма о крестьянах, в буквальном смысле затопленных надвигающейся индустриализацией (там после строительства плотины на Янцзы утонула деревня Фынцзе), и получила «Золотого льва». Китайцы победили и во втором конкурсе, «Горизонты», где главный приз взяла «Фемида в седле» Лиу Цзе — о «передвижном суде», кочующем по китайским провинциям.

Кино России
   Кино России было на Мостре представлено щедро. С успехом прошли 18 картин ретроспективы советского мюзикла: важнейшие фильмы Григория Александрова и Ивана Пырьева, «Музыкальная история» Александра Ивановского, «Спасите утопающего» Павла Арсенова, «Романс о влюбленных» Андрея Кончаловского и др. Каждому фильму отдано по три-четыре сеанса, зрителей и аплодисментов было много. Правда, директор Мостры и комментировавший программу киновед Александр Шпагин почему-то упирали на то, что и «Веселые ребята», и «Волга-Волга», и «Цирк», и «Кубанские казаки», во-первых, выражают мрачное прошлое, а во-вторых, из-за цензурных рогаток почти не шли в СССР. Программа так и называлась: «Тайная история российского кино». Официально представлял ретроспективу Никита Михалков, как известно, ни одного мюзикла не снявший. На пресс-конференции корреспондент «Профиля» спросил, почему среди участников ретроспективы нет никого из тех, кто реально делал эти фильмы: конечно, уже нельзя пригласить в Венецию Александрова или Пырьева, но живет и снимает кино, к примеру, Эльдар Рязанов — ученик Пырьева, президент Киноакадемии, автор «Карнавальной ночи», которая с таким успехом шла на фестивале. Внятного ответа я не дождался.

   Почетная миссия закрыть фестиваль была отдана фильму Павла Лунгина «Остров», встретившему неоднозначный прием: Россия, на старте XXI века вдруг вернувшаяся в глушь времен, бьющая поклоны и предавшаяся истовой молитве, стала неожиданностью. Напомню, в Италии традиционно сильны прокоммунистические настроения, многие итальянские киноклассики являлись членами компартии, и Россия для них была подобием маяка. Теперь история словно пошла вспять, и западная публика наблюдала этот очередной виток «загадочного русского сознания» с любопытством, еще не подозревая, какие грозные перспективы могут скрываться за этим мазохистским благолепием.

   В главном конкурсе за «Золотого льва» боролась «Эйфория», поставленная известным театральным режиссером Иваном Вырыпаевым. В кино это его первая работа, поэтому, как и Андрей Звягинцев три года назад, он мог рассчитывать также на премию за дебют. Как призналась на финальной церемонии президент этого жюри актриса Паула Вагнер, «Эйфория» была в числе главных претендентов на «золото», но в последний момент уступила «Хадаку», снятому в монгольских степях Питером Бросенсом и Джессикой Вудворт. Как стало известно, наиболее активным противником нашего фильма оказался иранский режиссер Мохсен Махмальбаф.

   Но без наград картина не осталась: Иван Вырыпаев увез домой «Золотого львенка», и это, по-моему, дорогого стоит: судьбу приза определяют 26 студентов итальянских киновузов — те, кто представляет будущее кинематографа. Их оценка свободна от политики, профессиональной ревности и конъюнктурных соображений, вечно раздирающих официальные жюри, она более искренна и касается только художественных качеств фильмов.

Ревнивое жюри
   Судя по всему, мира в команде рефери главного конкурса тоже не было. Возглавлявшая жюри Катрин Денев на публике появлялась особняком, с коллегами не общалась, в прессе писали о конфликтах, которые разгорались между нею и Микеле Плачидо. В кулуарах ходили упорные слухи, что ревнивая французская дива ни за что не допустит, чтобы приз за лучшее исполнение женской роли достался английской актрисе Хелен Миррен, гениально сыгравшей Елизавету II в фильме Стивена Фрирза «Королева» и прочно закрепившей за собой лидерство. К счастью, прогноз не подтвердился. О том, кому присудят Кубок Вольпи за лучшую мужскую роль, даже не спорили: заметных актерских работ в этой номинации не было. И то, что премию взял Бен Эффлек, сыгравший убитого в 1959 году «супермена» Джорджа Ривза в байопике «Голливудленд», можно считать, скорее, признанием отваги артиста, специально для съемок раздобревшего на 20 кг.

   По общему мнению как прессы, так и публики, по всем фестивальным рейтингам бесспорными лидерами гонки до последнего момента оставались «Королева» Стивена Фрирза и «Бобби» Эмилио Эстевеса. Все также понимали, что вряд ли уедут без наград «хозяева поля», тем более что местная пресса усердно пиарила драму из начала ХХ века — «Новый свет» Эмануэле Криалезе. Но в результате «Королева» получила только приз за лучшую женскую роль и премию «Озелла» сценаристу Питеру Моргану, а «Бобби» вообще остался без наград. «Новый свет» же действительно получил «Серебряного льва» с уточнением — «За художественное открытие». Уточнение в данном случае условно: открытий не было даже в замысле этой стильной, но традиционной картины. Второй «Серебряный лев», за режиссуру, достался 84-летнему классику Алену Рене, показавшему в Венеции драму одиночества «Частные страхи в публичных местах».

   10 самых громких фильмов Венеции-2006

   «Бобби», реж. Эмилио Эстевес, США.

   Картина возвращает к трагедии 1968 года, когда в лос-анджелесском отеле «Амбассадор» был убит сенатор Роберт Кеннеди, совершавший предвыборную поездку по США. Идея фильма пришла Эстевесу, когда спустя почти сорок лет он остановился в том же отеле. Попытался вообразить, как все было, — и подумал о людях, оказавшихся свидетелями или случайными жертвами преступления. Результатом стал фильм, сплетенный из микроновелл с участием служащих отеля, его гостей и участников торжественной встречи возможного президента: здесь официальные лица и секьюрити, влюбленные и наркоманы, хиппи и яппи, мотивы расовой неприязни и социальной вражды, ревности и сексуальной несостоятельности. В ролях масса звезд: Лоуренс Фишберн, Энтони Хопкинс, Хелен Хант, Деми Мур, Шэрон Стоун, Элайджа Вуд…

   «Королева», реж. Стивен Фрирз, Великобритания.

   Шедевр — по стильности, виртуозности выполнения сложнейшей художественной и этической задачи, безупречному актерскому ансамблю и совершенству исполнения заглавной роли шекспировской актрисой Хелен Миррен. По-моему, впервые в кино отважились воссоздать быт ныне живущих крупнейших политических фигур: королевской семьи Британии и премьер-министра Тони Блэра, их поведение в критический момент национальной истории, когда погибла в автокатастрофе принцесса Диана. Молодой амбициозный премьер только что избран на пост, и трагедия становится для него первым испытанием: о «народной принцессе» скорбит вся Англия, но Двор считает похороны делом семейным, и Блэру предстоит выдержать поединок с королевой, чтобы ее же уберечь от народного недовольства. Несмотря на трагизм ситуации, фильм смешной, он заставляет вспомнить о природе английского юмора и уникальности этой актерской школы. В роли Тони Блэра хорош Майкл Шин.

   «Черная книга», реж. Пол Верховен, Нидерланды—Германия—Бельгия—Великобритания.

   Голландец по происхождению, автор «Звездного патруля» перенес свои навыки мастера зрелищной авантюры и стиль голливудского блокбастера на родную почву, сняв эту ленту на материале голландского Сопротивления с голландскими звездами и на голландском языке. В центре сюжета — красивая еврейка, певица из кабаре, которая прячется от фашистов, но, когда ее убежище погибает под бомбами, включается в борьбу с оккупационным режимом, внедрившись в штаб-квартиру СС и став агентом «в тылу врага». По ходу извилистого сюжета, полного нежданных мимикрий, она превращается из героини в предательницу и обратно, много раз едва не погибает, блистает в эротических сценах и на эстраде, из легкомысленной становится идейно упертой и заканчивает фильм учительницей в израильском кибуце, нимало не постарев при этом. Смотреть интересно, снято красиво, и как зрелище фильм хорош, но начинаешь раздумывать об увиденном — все рассыпается трескучим горохом.

   «Фонтан», реж. Даррен Аранофски, США.

   Режиссер знаменит своей антинаркотической драмой 2000 года «Реквием для мечты». С той поры он молчал, и его следующей работы ждали с нетерпением. Интригу разогревали сообщения, что реалист Аранофски снимает то ли фантастику, то ли мистику. Поэтому премьера «Фонтана» считалась одним из главных событий Венецианского фестиваля. Она стала его главным разочарованием. Это был единственный случай, когда в пресс-зале не аплодировали, а гудели «бу-у!». Идея картины столь утоплена в древних мифах, от Библии до легенд майя, что даже пересказ сюжета кажется пародийным. Герой живет в трех эпохах: конкистадор Томас пребывает в поисках древа жизни, современный ученый Томми пытается спасти жену от рака, и путешественник в астрале где-то в XXVI веке постигает тайну вечной жизни. Сделано аляповато: герой кувыркается среди звезд, приникает к древу, растопырив пятки на манер Блудного сына, и его все время мучает жена — является всегда неожиданно и неизвестно чего требует. От этих ролей отбрыкались Брэд Питт и Кэйт Уинслет, и сыграли их — очень скверно — Хью Джекмен и Рэйчел Уайз.

   «Дьявол носит Прада», реж. Дэвид Фрэнкел, США.

   Фильм шел вне конкурса, и правильно: эта нарядная комедия о нравах мира высокой моды ничем не примечательна, кроме отточенной, как всегда, игры Мерил Стрип. Она здесь в роли хозяйки влиятельного модного журнала Runway, где стиль — это абсолютная и окончательная ценность, а все остальное не имеет права существовать. И вдруг в помощницы ей нанимается вульгарнейшая девица в жутких башмаках и растянутой кофте (ее играет Энн Хэтэуэй из «Горбатой горы»). А потом, как и следовало ожидать, в один прекрасный день она станет самой стильной девушкой в заведении. Сюжет банален, режиссура заурядна, но Мерил Стрип доставляет наслаждение: даже ее молчание — это исполненное смысла зрелище. Феерические костюмы для фильма построил кутюрье Валентино, он же выступил в одной из побочных ролей.

   «Волшебная флейта», реж. Кеннет Брана, США.

   Эту мистическую оперу Моцарта уже экранизировал в 1974 году Ингмар Бергман — изобретательно, но на шведском языке и со шведскими певцами. Теперь попытку повторил актер-режиссер Кеннет Брана, много раз имевший дело с театральным материалом (он трижды экранизировал Шекспира). Современная звуковая кинотехника позволила донести все богатство оркестровых и вокальных красок, к тому же в фильме сняты замечательные молодые певцы из многих оперных театров мира: дирижер Джеймс Конлон прослушал более 60 восходящих звезд, отобранных почти из 800 претендентов. В фильме поют и играют Любовь Петрова из «Метрополитен-опера», Рене Пэйп из берлинской «Дойче Опер», бродвейский комический певец Бен Дэвис, Эмми Гарсон из Англии… Действие оперы перенесено в начало ХХ века, поют по-английски. Фильм стал в Венеции шумным событием: попасть на сеансы, проходившие в здании отстроенного после пожара театра «Ла Фениче», было невозможно.

   «Дитя человеческое», реж. Альфонсо Куарон, США.

   «Тот, кто умрет последним, пусть не забудет выключить свет», — гласит слоган этой антиутопии, снятой по фантастическому роману П.Д. Джеймса. Куарон приблизил действие к нашим дням: теперь оно происходит в 2027 году. Согласно картине, уже в 2008-м человечество перестанет рожать детей. Зато достигнет апогея очевидная и сегодня тенденция: города Европы и Америки переполнены нелегальными беженцами, что привело к распаду Нью-Йорка, Москвы и Парижа. Лондон держится за счет тоталитарных методов: эмигрантов ссылают в лагеря, город на военном положении, каждый в каждом видит террориста. И вот каким-то чудом на свет рождается младенец… Мрачным футуризмом лента напоминает «1984»: будущее — это наше настоящее, только уже полуразрушенное, зарешеченное и ощетиненное диктатурой. Финальный кадр с появлением корабля под названием «Будущее» должен выражать авторскую надежду, но она абстрактна. Снимались Клайв Оуэн, Майкл Кэйн и Джулианна Мур.

   «Паприка», реж. Кон Сатоси, Япония.

   Анимационная фантазия в суховатом японском стиле ожившего комикса. Изобретен новый метод психотерапии: с помощью особого прибора врачи могут внедриться в мир снов пациента, чтобы по ним определить причины болезней. Но прибор крадут, после чего исследователи начинают один за другим сходить с ума. Попав в преступные руки, изобретение может быть опасным: с его помощью можно менять психику намеченной жертвы. Спасти человечество и вернуть прибор по принадлежности вызывается Ацуко Чиба по прозвищу Паприка. Отбор фильма в конкурс кажется странным: сравнивать анимацию с игровой лентой, а рисованных персонажей с живыми актерами — то же самое, что выбирать между сладким и рыжим.

   «Свободное плавание», реж. Борис Хлебников, Россия.

   Эта комедия-драма участвовала в конкурсе «Горизонты». Борис Хлебников известен по «Коктебелю», снятому им в содружестве с Петром Попогребским и получившему приз Московского фестиваля. Режиссер верен стилю «путешествия сквозь повседневность»: это срез жизни в современной российской провинции, где люди лишились привычной социальной пайки и теперь ищут себе применение, постепенно разучиваясь и работать по-человечески, и говорить, и даже любить. Фильм полон точных наблюдений, колоритных характеров и юмора, в роли рабочего паренька Лени, лишившегося места на фабрике, хорош Александр Яценко. Рядом с актерами на родных улицах снялись жители города Мышкина, обеспечив картине узнаваемость и органичность.

   «Внутренняя империя», реж. Дэвид Линч, США.

   Линч слывет мистификатором. Рядом с простейшей «Простой историей» в его фильмографии стоят и культовая мистика «Твин Пикс», и лабиринтоподобный «Малхолланд-драйв» — до сего момента самый непостижимый его фильм, который нужно смотреть как сладкий сон, не задаваясь никакими вопросами. Съемки «Внутренней империи» он держал в тайне — настолько, что даже в фестивальном каталоге сюжет фильма описан так: «Это история тайны… тайны внутри миров среди миров… которая вращается вокруг женщины… женщины в любви и тревогах». Туманность формул продолжилась в фильме, не поддающемся объяснению. В нем есть переклички с «Малхолланд-драйв», есть интригующе значительные куски, но в целом это довольно нудное трехчасовое действо, снятое на «цифру». Когда Линча спросили, почему изображение зернистое, он сказал, что так «туманнее». Когда актрису Лору Дерн спросили о смысле сыгранной ею роли, она ответила, что понятия не имеет, о чем играла, и надеется понять, посмотрев картину. Фильм был вырван Венецией из лап Каннского фестиваля: Линчу пообещали «Золотого льва» за вклад в киноискусство, и тот переметнулся.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK