Наверх
21 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "Борец за светлое прошлое"

Политикам свойственно искать идеалы в далеком прошлом. Есть знаковые имена, при упоминании которых и на душе светлее становится, и власть легитимнее кажется. Таков безупречный облик киевского князя Владимира Всеволодовича Мономаха, прочно связанный в умах российского народа со знаменитой «Шапкой», ценнейшей реликвией Оружейной палаты Московского Кремля. Не зря копию сего шедевра ювелирного искусства так порывались подарить Владимиру Путину на 50-летие. На самом деле реальный Мономах никакой тяжелой шапки не носил.Идеальная власть и гнусная действительность

Один из самых приметных правителей Древней Руси оставил по себе удивительную память. Совершив за свою жизнь 83 крупных военных похода, Мономах не стал для потомков легендарным героем — «защитником Русской земли». О нем вспоминали прежде всего как об идеальном правителе. Дела Мономаха и понимание им места самодержца в обществе неизменно служили образцом для других претендентов на эту роль.
Древняя Русь в ХI веке была огромным государством, объединившим некогда разрозненные восточно-славянские племена. Под рукою киевских князей были собраны территории, значительно превышавшие по размерам любую из европейских держав того времени. Но Киевскую Русь невозможно (хоть и очень хочется) окрестить единым государством. Ведь не было тогда, да и не могло еще быть, единого управления и постоянных экономических связей между отдельными частями страны. Политическая зависимость большинства земель, входивших в державу Рюриковичей, ограничивалась уплатой необременительной дани, а сами киевские князья имели четко очерченный круг обязанностей, главными из которых являлись предотвращение внутренних распрей между племенами, и защита своих данников (то бишь налогоплательщиков) от вредоносной опасности извне.
Ничуть не удивительно, что территориальное единство такого государства было недолговечным. Без прочных политических и экономических связей Киевская держава неизбежно двигалась в сторону распада. А заведенные Рюриковичами национальные особенности наследования престола только усугубили сей процесс. Усобицы начались уже между сыновьями Ярослава Мудрого, а их потомки по простоте душевной развили и углубили недобрососедскую линию поведения. Впрочем, в остальной Европе, что Центральной, что Западной, в это время наблюдались похожие явления.
Единоборец

В 1093 году киевский князь Всеволод Ярославич скончался на руках сына своего Владимира. Дедом Владимира Всеволодовича по отцу был Ярослав Мудрый, а по матери византийский император Константин IX Мономах. Именно в честь порфирородного родственника русский князь получил свое прозвище («Мономах» в переводе с греческого «единоборец», «сражающийся в одиночку»). Вся политическая деятельность этого незаурядного правителя соответствовала его необычному греческому прозвищу.
Княжеская работа в XI веке была делом исключительно трудным, опасным и обременительным. После кончины отца Владимиру пришлось принимать весьма серьезное решение. Он явно имел возможность занять Киев, предел мечтаний любого потомка Рюрика. Но рассудительный Мономах предвидел, что этот его поступок приведет к обострению и без того ожесточенных усобиц, сам предложил своему двоюродному брату — сыну старшего из сыновей Ярослава Святополку Изяславичу, княжившему в Турове, занять киевский стол. Молодой князь неожиданно поддержал рушившийся принцип старшинства в роду.
Начало княжения Святополка оказалось весьма драматическим. Узнав о смерти Всеволода, воинственные половцы прислали послов для подтверждения заключенного с прежним князем мира. Естественно, замириться с кочевниками значило прежде всего откупиться. Жадный Святополк, не желая расставаться с частью казны, не послушал киевских старейшин и засадил половецких послов в темницу. Их соплеменники в отместку принялись разорять южные пределы Руси. Мужи разумные посоветовали Святополку обратиться за помощью к Владимиру. Мономах с братом Ростиславом прибыли на совет со Святополком. Именно с этого мероприятия началась традиция созыва регулярных княжеских саммитов для решения общерусских вопросов. Почти всегда инициатором таких съездов выступал наш герой.
Первый же съезд оказался весьма бурным: Владимир хотел мира, Святополк рвался в бой. Споры продолжались и после выступления в поход. Горячность Святополка привела к поражению всего войска, а при отступлении утонул в реке Стугне родной брат Мономаха Ростислав. Об этом эпизоде столетие спустя вспоминал автор «Слова о полку Игореве». Все лето 1094 года половцы разоряли русские земли. В результате неумолимый Святополк запросил мира. Мир был заключен, а киевский князь женился на дочери половецкого хана Тугоркана.
Это мало что изменило. Потомок третьего сына Ярослава Мудрого Олег Святославич (он же Гориславич), желая заполучить отцовский Чернигов, привел половцев на княжившего там Мономаха. Хотя Владимир уступил ему город, половцы ограбили окрестности на правах завоевателей. На следующий год Владимир со Святополком метались по русским землям, с переменным успехом противоборствуя ордам кочевников. Разбив боевиков одного половецкого хана, приходилось выступать супротив вновь пришедших отрядов другого степного полевого командира. Олег упорно уклонялся от совместных действий, чем настроил против себя и Владимира и Святополка.
Сепаратизм от съезда к съезду

Гориславич был вызван в Киев на съезд, чтобы «урядиться о Русской земле перед епископами, и перед игуменами, и перед мужами отцов наших, и перед горожанами, дабы оборонить Русскую землю от поганых». Олег высокомерно отверг приглашение: «Недостойны судить меня ни епископ, ни игумен, ни смерды». Весной 1096 года рассерженные таким ответом князья направились к Чернигову, Олег бежал в Стародуб, где оборонялся больше месяца, но вынужден был запросить мира. Князья вновь потребовали от Олега явиться на съезд, но тот оказался матерым уклонистом.
Пока дружины Святополка и Владимира гонялись за Олегом, пытаясь зазвать его на съезд, Киев дважды подвергся нападению половцев хана Боняка, а к Переяславлю устремилась орда во главе с любимым тестем Святополка Тугорканом. Святополк с Владимиром вновь вместе выступили против родственника и разгромили пришельцев. Тугоркану не повезло — по словам летописца, «взял его Святополк как тестя своего и врага» и похоронил не в степи, а в Киеве.
Съезд удалось-таки собрать в 1097 году в маленьком городке Любече. Князья отстаивали сепаратистский по сути принцип «каждый держит отчину свою». Постановлениями Любечского съезда за каждым князем формально закреплялся свой удел. В итоге Русь распалась на десять крупных княжеств, подчинявшихся Киеву лишь номинально. При этом киевский князь по-прежнему считался старшим.
Казалось бы, после того, как князья получили легитимные права на свои земли, должна была наступить эпоха мирного сосуществования. Но неуемные князья, едва покинув Любеч, возобновили свою вражду. Претензии многочисленных князей на отчины крайне запутались и для разрешения этих проблем в 1100 году в городке Витичеве состоялся очередной съезд. К тому времени лишь Владимир Мономах сумел собрать под своим управлением всю отчину (владения своего отца): Переяславль, Смоленск, Новгород и Ростов, в которых правили его сыновья.
Как проучить поганых

На княжеских съездах не только решались вопросы обустройства Русской земли, но и создавались временные союзы для походов в Степь. Начало XII века прошло в острейшей конфронтации с половцами. Только совместными усилиями русские князья сумели обеспечить адекватные ответные меры. В 1111 году поход в Степь был настолько мощен, что половцы были вынуждены оставить прилегающие к Руси степные районы и отступить за Дон. Инициатором объединения всех здоровых сил общества для борьбы с незаконными вооруженными формированиями был Мономах. Его тактика была простой и здравой: искать мира при перевесе сил у половцев и наступать, когда удавалось собрать сильный союз различных княжеств. Большинство из 83 походов Мономаха были направлены именно на половцев. Одновременно в своем «Поучении сыновьям» князь упоминал о 19 мирных соглашениях с половецкими правителями. При заключении таких мирных договоров «князь дарил много скота и много одежды своей. И отпустил из оков лучших князей половецких».
Как и положено хорошему политику, да еще внуку хитрого византийца, Мономах был ловок, увертлив, дипломатичен и по необходимости вероломен и коварен. Эти свои качества он исправно передал по наследству В 1107 году Владимир гостил у половецкого хана Аепы, заключили с ним мир, скрепленный дипломатическими браками. Сын Мономаха Юрий — будущий Долгорукий женился на дочери Аепы. В позднейших усобицах Юрий Долгорукий неоднократно пользовался помощью своих степных родственников.
Ликвидация финансовых пирамид

В 1113 году скончался Святополк. Его смерть выявила глубину расхождений князя с киевлянами. Горожане обвинили правителя и его ближайшее окружение в беззакониях и покровительстве иудеям-ростовщикам, дававшим ссуды под произвольно назначаемые и чрезмерно высокие проценты. В городе поднялся мятеж. Явное ухудшение экономического положения киевлян лишь косвенно связано с неудачами Святополка. Обособление отчин после Любечского съезда лишило мать городов русских привычных привилегий. Киевляне сразу же обратились к Владимиру Мономаху, приглашая его занять киевский стол и навести порядок во взаимоотношениях верхов и низов. Владимир поначалу отказался в пользу имевшего больше прав на престол кузена Олега Святославича. Однако киевляне Гориславича отвергли и пригрозили разгромить еще и боярские усадьбы, если Владимир откажется от киевского стола.
Мономах, не уступавший в мудрости иным современным политикам, согласился стать киевским князем, приняв некоторые условия, выдвинутые горожанами. Соглашение это вылилось в несколько дополнений к основному закону Руси, «Русской правде». Был принят «Устав о резах (процентах)», в утверждении которого участвовали тысяцкие и горожане Киева и прилегающих к нему городов, а также представитель Олега Святославича. Сохранилось послание Мономаху от митрополита Никифора по этому важному вопросу. Митрополит напомнил, что в соответствии с христианскими нормами долги надо бы вообще простить. Но поскольку это нереально, то надо провести реструктуризацию и ограничить выплаты по процентам.
Такая позиция христианской церкви, осуждавшей наживу на долговых обязательствах, привела к тому, что ростовщиками в средние века повсеместно были иудеи, которым вера не запрещала этой формы предпринимательства. В Киеве издавна существовала община хазарских иудеев. К началу XII века они были в значительной степени ассимилированы в славянской среде и мало соответствовали ортодоксальному иудаизму, но ростовщичество оставалось их традиционной монополией.
Киевляне требовали от князя радикального, хотя и обычного для средневековья решения еврейского вопроса — выселения ростовщиков. Политкорректный Мономах не согласился с этим требованием, сославшись на то, что такое решение необходимо принимать советом всех князей. Был принят устав, ограничивший «рост» (доходы ростовщиков). При 50% годовых должник должен был платить эти проценты только два года, тот же, кто уже рассчитался за два года, освобождался от своего долга. Это решение существенно изменило социальные отношения на Руси и улучшило положение закупов — должников, попавших в рабство за долги. Сам Мономах в «Поучении» ставил себе в заслугу то, что «и простого смерда и убогую вдовицу не давал в обиду сильным». Справедливость и гласность суда князя отметил и митрополит Никифор.
Политический тяжеловес

Княжение Владимира Мономаха в Киеве было во многих отношениях образцовым. Умный политик и удачливый полководец, он твердой рукой подавлял все междоусобные конфликты своих многочисленных родственников. Демонстрируя силу, он завоевывал первенство и авторитет среди всех русских князей. Твердая рука Мономаха простерлась до Дуная, где он вступил в конфликт с Византийской империей. В 1116 году Владимир воевал против греков, поддерживая свергнутого византийского императора Диогена, поскольку дочь Владимира Мария была замужем за сыном Диогена Леоном. Борьба шла за дунайские города. Но Диоген погиб, и дело закончилось ничем. Войска Мономаха, по некоторым сведениям, опустошили Фракию. Алексей Комнин, новый византийский император, был вынужден послать к киевскому князю своего представителя, митрополита Эфесского Неофита, с мирными предложениями.
К концу княжения Мономаха усобицы временно прекратились, утихла и половецкая опасность. На время степняки прекратили свои разорительные набеги. Сын Владимира Мстислав правил Русью столь же твердо и грозно, как и его отец, но недолго. После его кончины в 1132 году усобицы возобновились с новой силой — как записал летописец: «раздрася вся Русская земля».
Как и положено идеальному правителю, посвятив большую часть своей жизни решению политических и военных проблем, Мономах много времени уделял литературе, искусству и архитектуре. В его княжение строятся новые каменные соборы, пишутся летописи. Да и сам князь был крупнейшим писателем своей эпохи.
В написанном им самим «Поучении сыновьям» Мономах изложил основные вехи трудного жизненного пути — ошибки и успехи, свои политические идеалы. В «Поучении» говорится о том, каким должен быть идеальный русский князь — он должен беспрекословно подчиняться старшему в роде, жить в мире с равными себе, не притеснять младших князей и бояр, и, по возможности, избегать кровопролития. Наглядный пример такого устройства Владимир видит у птиц: птицы весной прилетают в родные края, и каждая находит свое, принадлежащее ей место — и слабые птицы, и сильные. Ни одна не пытается согнать другую и занять лучшее место, но каждая довольствуется своим уделом.
Наполовину грек, Владимир понимал суть верховной власти иначе, чем византийцы. В современном ему Константинополе акцентировали внимание на правах правителя, Владимир же воспринимал власть прежде всего как круг обязанностей.
Владимир Всеволодович скончался 19 мая 1125 года. Летописцы воздали ему посмертную похвалу, какой доселе не удостаивался на страницах летописи ни один правитель: «Украшенный добрыми нравами, прославленный победами. Перед его именем трепетали все страны Не возносился, не возвеличивался, но все возлагал на Бога и Бог покорял под ноги его всех врагов, он же заповедь Божию храня, творил добро врагам своим, отпуская их одаренными».
Мономах всегда воспринимался как символ величия Руси и ее единства. Неудивительно, что в первой половине XVI столетия, когда Московское государство становилось царством, именно с его именем связали легенду о дарах императора Константина IX своему внуку. Вещественным воплощением этой легенды стала драгоценная скуфья, сделанная греческими мастерами в XIII веке, а на исходе XV-го отороченная мехом и ставшая главной коронационной регалией государства Российского. В просторечии — «Шапка Мономаха»…

ФЕДОР АСПИДОВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK