Наверх
19 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Борис Македонский"

Президенту Македонии Борису Трайковскому придется выбирать: пойти против воли своего народа и начать переговоры с албанскими боевиками или приняться за их уничтожение и отправиться вслед за бывшим югославским президентом Милошевичем в Гаагский трибунал.Бедный «мерседес»

Македония — страна, провозгласившая независимость после распада Социалистической Федеративной Республики Югославия в 1992 году — поначалу решила прослыть первым в мире государством без собственной армии. Сегодня Македония вынуждена взяться за столь нежеланное оружие, чтобы защитить себя от территориальных посягательств не только местных албанцев, но и косовских албанских боевиков. Последние просочились из Косова на территорию маленькой республики и вместе со своими этническими собратьями составляют, по их заявлениям, 40% населения Македонии. Поэтому требуют себе уже не только финансирования албанского университета и национальных школ, но и полной автономии, а то и федерализации. В качестве инструмента давления на македонское правительство албанцы применяют оружие, атакуя македонские деревни и города. При этом главная военно-политическая сила в регионе — контингент НАТО — склоняет македонское руководство к тому, чтобы не истреблять албанских боевиков, а вести с ними переговоры.
Между тем во время косовского кризиса Македония пыталась «прислониться» к НАТО, пропуская через свою территорию натовские «голубые каски» для наведения порядка в Косове, предоставляя площадки для самолетов НАТО, бомбивших Белград, и открывая свои границы для транзита албанских беженцев в Западную Европу. Теперь жители Македонии на многочисленных митингах требуют войны с албанцами до победного конца, а натовцев называют предателями. Президент же Македонии Борис Трайковский, ранее ориентировавшийся исключительно на Вашингтон, в одном из своих последних интервью заявил, что для его страны особое значение имеет укрепление связей не только с Соединенными Штатами, но и с Россией.
Однако, несмотря на явное вероломство НАТО по отношению к Македонии, Трайковский не спешит обвинять Атлантический блок в предательстве, а пытается договориться с сильными мира сего, тем более что македонский президент далеко не такой упертый антизападник, как его югославский коллега Слободан Милошевич, оказавшийся за свою несговорчивость в Гаагском трибунале. Говорят даже, что Трайковский, до своего президентства живший в Соединенных Штатах, сменил вероисповедание и вместо православия принял протестантство.
Только вот население вверенной ему республики, как уже было сказано, оказалось не столь терпимым. Поэтому после решения главы государства прекратить огонь по албанским сепаратистам в деревне Арачиново, благодаря чему те спаслись и в итоге вернулись в партизанские районы, македонцы вконец разозлились на своего президента — разъяренная толпа прорвалась к парламенту в столице Скопье, где в тот момент находился Трайковский, и он вынужден был бежать через запасной выход. Несолоно хлебавши, толпа выместила свой гнев на президентском «мерседесе».
Хороша страна Болгария

Рассказывает кандидат исторических наук, ученый секретарь Института славяноведения РАН Александр Карасев:
«Если говорить, что Балканы — пороховая бочка Европы, то один из главных запалов в этой бочке — македонский вопрос, который возник в конце XIX века и вот уже более ста лет является одной из составляющих балканских кризисов. Как XX век, начавшийся на Балканах с антитурецкого Илинденского восстания 1903 года, так и век XXI с его нынешними событиями на Балканах принесли Македонии весьма серьезные проблемы с местными албанцами. При этом македонские проблемы никогда не были легко разрешимыми. Так, во время антитурецкого Илинденского восстания в Македонии была провозглашена Крушевская республика, просуществовавшая всего десять дней, после чего сопротивление 25 тысяч македонских повстанцев было жестоко подавлено 350-тысячной турецкой армией. Любопытно, что во время этого восстания русская дипломатия не собиралась помогать взбунтовавшимся против Турции македонцам. Более того, русский посланник в Софии Юрий Бахметьев, разговаривая с военным министром Болгарского княжества, подчеркнул, что как бы в России «ни соболезновали тем, которые действительно безвинно страдают», но «своя рубашка ближе к телу» и «русский народ несравненно дороже государю, нежели все другие славянские народы, взятые вместе».
Справедливости ради стоит заметить, что Россия не всегда была столь безразлична к славянам на Балканах: например, в 1876 году, когда Сербия и Черногория вступили в войну с Турцией, чтобы освободить сербов в Османской империи. В России в это время при поддержке царского правительства стали возникать славянские комитеты, вербовавшие добровольцев на Балканы. И, хотя добровольцами могли быть лишь офицеры и солдаты, вышедшие в отставку, тем не менее на помощь сербам отправилось от трех до пяти тысяч русских. Русский генерал Михаил Черняев, выйдя в отставку, и вовсе возглавил сербскую армию.
Однако наше присутствие на Балканах не спасло сербов от поражения — турки разгромили сербские войска, а мы лишь сумели сдержать турецкий натиск, приняв затяжной бой у реки Моравы вблизи сербского города Джуниса, избавив Белград от турецкого разграбления. В этой битве погибло около тысячи русских добровольцев.
После столь грандиозного поражения сербы бросились за более серьезной помощью к российскому императору Александру II, который пригрозил туркам ультиматумом, заявив, что в случае дальнейшего их продвижения Россия официально вступит в войну. Турки остановились, однако годом позже Россия все равно выступила против Турции — во многом тому способствовало общественное мнение в Петербурге. А идея этой войны, выдвинутая послом в Константинополе Николаем Игнатьевым, была идеей укрепления Россией своего влияния на Балканах путем создания там мощного Болгарского государства. В это государство должны были войти территории сегодняшних Болгарии и Македонии, которые к моменту русско-турецкой войны входили в состав Османской империи.
Эта война стоила нам 200 тысяч ранеными и убитыми. Но план был выполнен: в результате русско-турецкой войны Болгария, включив в себя македонскую территорию, получила независимость. Между Россией и Турцией был подписан предварительный Сан-Стефанский мирный договор, по которому воссоздавалось Большое Болгарское государство, а Россия укреплялась на Балканах. Однако этот мир был пересмотрен на Берлинском конгрессе 1878 года — против него выступили Англия и Австро-Венгрия, не желавшие иметь в Европе крупное болгарское государство под эгидой России. По решению Берлинского конгресса созданная Россией Сан-Стефанская Болгария была разделена на три части: Македония вновь отошла к Османской империи, а на месте самой Болгарии образовались Болгарское княжество и Восточная Румелия. Так от задуманного Россией крупного государства ничего не осталось».
Из рук в руки

Александр Карасев: «С конца XIX века началась настоящая борьба за македонскую территорию — каждая из балканских стран вела свою пропаганду, пытаясь «превратить» македонцев в сербов, болгар или греков, порой даже силой, посылая в Македонию свои вооруженные отряды. Но столь желанная для балканских государств территория была поделена лишь в 1912—1913 годах в результате двух Балканских войн».
Здесь опять не обошлось без России, которая вновь решила вступить в борьбу за влияние на Балканах. Под ее эгидой был создан Балканский союз, в который вошли Сербия, Болгария, Греция и Черногория. Однако если Россия рассматривала Балканский союз как свою стратегию на будущее, то ее балканские союзники стремились поскорее поделить Македонию, а также провести блицкриг против турок. Но если в предстоящей войне с турками они были едины, то раздел Македонии оказался делом хлопотным. В итоге, после долгих споров, союзники все же договорились. Южная часть Македонии отходила Греции, часть Северной Македонии — Сербии, часть Восточной Македонии — Болгарии. Центральную часть поделить так и не смогли, решив, что в случае победы над турками вопрос этот будет вынесен на арбитраж русского царя.
В 1912 году, воспользовавшись тем, что турки потерпели поражение в войне с Италией, наши союзники начали военные действия против Турции. Турки были разгромлены, и теперь уже вся Македония была освобождена от турецкого влияния. Позже Австро-Венгрии удалось убедить Болгарию выйти из союза с Россией, пообещав ей поддержку, если та будет жестко добиваться нового передела Македонии и выйдет из Балканского союза. В 1913 году болгары начали войну против своих союзников, но были разбиты греками и сербами.
В итоге по Бухарестскому миру Македонию опять поделили. Большая ее часть — Вардарская Македония (это и есть Македония в ее нынешнем виде) — попала в состав Сербии, которая тогда же получила и все Косово.
Так или иначе, но именно из-за раздрая вокруг Македонии в Первой мировой войне балканские государства раскололись. Сербы и черногорцы выступили на стороне Антанты, Болгария — на стороне Германии. Россия пыталась оторвать Болгарию от немцев, для чего просила сербов отдать ей часть Македонии, но усилия российских дипломатов ни к чему не привели. Болгары же, выступив на стороне Германии, нанесли сербам удар с тыла и забрали себе всю Вардарскую Македонию. Впрочем, после войны, по результатам Версальского мира, Болгария, как побежденная страна, вновь потеряла Вардарскую Македонию, которая вошла в новое государство под названием Королевство сербов, хорватов и словенцев.
Правил этим королевством король Александр I Карагеоргиевич, который в 1929 году, чтобы притупить остро стоявший в его слепленном королевстве национальный вопрос, переименовал страну в Югославию, которая и просуществовала в своих границах вплоть до 1991 года.
«Назначение» македонцами

Во время Второй мировой войны, когда Гитлеру не удалось заставить Югославию стать союзницей Германии, немцы просто оккупировали ее. Болгары, которые хотя и не находились в состоянии войны с Советским Союзом, но были союзниками Германии, снова заняли Македонию. Так, территория нынешней Македонии во второй раз в XX веке ненадолго вошла в состав Болгарии, кроме ее северной части с албанским населением — эта территория досталась Великой Албании под эгидой фашистской Италии. Когда же к концу войны стало ясно, кому достанется Болгария, то македонский вопрос вновь обозначился, только уже в виде фарса. Болгарам надо было срочно менять имидж союзников Германии, и тогда Сталин помог им в одну ночь превратиться из оккупантов в освободителей: позволил начать боевые действия против Германии вместе с македонцами, которые еще недавно боролись против тех же болгар и немцев.
Между тем болгары, сохранив (в отличие от Югославии) братские отношения с Советским Союзом, македонскую проблему переживали по-прежнему остро. Любые вопросы, связанные с Македонией, у руководства Болгарской коммунистической партии вызывали раздражение. Они тут же заявляли протест, и македонская проблематика была для историков соцлагеря полностью закрыта. С точки зрения болгар, нет никакого македонского языка и македонского народа — дескать, это болгары, которых послевоенный югославский лидер Тито просто официально «назначил» македонцами (когда в 1945 году формировалась новая социалистическая Югославия в старых довоенных границах, за основу был взят советский опыт — так, Македония впервые получила статус самостоятельной республики, хотя и в составе Югославии). Сам Тито (по отцу хорват, а по матери словенец) опасался, кстати, не албанского сепаратизма, а сербского национализма, стараясь максимально ослабить в Югославии «сербский элемент». Именно он разделил Сербию и Черногорию на две республики в составе Югославии, включив в состав Сербии еще и две автономные области — Воеводино и Косово, чтобы у сербов были постоянные раздражители.
Так или иначе, сербы всегда были стержневой нацией не только в Югославии, но и на Балканах в целом (по крайней мере, сами они всегда так считали). Исходя из этого, потеря государственности (развал единой Югославии в начале 90-х) была воспринята сербами как национальная трагедия. Отсюда кровопролитные, но безрезультатные войны, которые они вели в Хорватии и Боснии, отсюда бесполезные боестолкновения в Словении — все то, что теперь отозвалось косовским кризисом и выдачей президента Милошевича Гаагскому трибуналу за кредит в $5 млрд., причем половину займа Запад обещал списать безвозмездно.
Правая, левая где сторона?

Что до Македонии, то с ее отделением от Югославии в 1992 году югославская армия мирно покинула македонскую территорию (все силы Белграда были брошены тогда на Боснию, кроме того, в Македонии сербское население представлено весьма незначительно) — таким образом, македонцев единственных отпустили из Югославии без кровопускания.
До 1999 года в Македонии все было относительно спокойно. Однако после отторжения албанцами от Югославии Косова македонские албанцы тоже активизировались. Кстати, сейчас албанцы имеют самый большой прирост населения в Европе. Если у благополучных европейских наций этот показатель составляет 0,3% в год (такая же цифра у македонцев), то у албанцев — 1,9%.
Ныне в Македонии албанцы ведут себя по уже известному косовскому сценарию, и делают это совершенно спокойно. Александр Карасев: «Албанцы, в отличие от македонцев, не испытывают на себе такого давления со стороны Европы и других стран, потому что то, что они делают сегодня,— это записанное в международном праве самоопределение вплоть до отделения. Однако на дворе не XIX век и не эпоха национального романтизма, когда объединялась Италия под флагами Гарибальди. Так где же находится тот предел борьбы за самоопределение с оружием в руках?»
Депутат Думы от ЛДПР Алексей Митрофанов ставит ситуацию на Балканах в зависимость от интересов лидеров мировой политики: «Сегодня Соединенным Штатам нужна тлеющая война на Балканах. Европа этого опасается, но не имеет рычагов давления на Штаты. Мы же хотя и можем воздействовать на ситуацию, учитывая факт торгов с Америкой по противоракетной обороне, пока сами не знаем, чего хотим, говоря лишь общие слова о мире во всем мире».
В связи с этим говорят, что во время встречи Путина и Буша в Любляне американский президент вполне мог проинформировать российского коллегу о скорой выдаче Слободана Милошевича Гаагскому трибуналу. Однако, как считают в российских дипломатических кругах, если Буш и сделал это, то больше из вежливости: для ареста бывшего югославского президента одобрение Путина просто не требуется.
В советское время ходил анекдот: «Едет югославский лидер Тито в автомобиле. Вдруг перед ним два указателя: налево — социализм, направо — капитализм. Водитель спрашивает: куда едем? Тито подумал и говорит: «Включи поворотный сигнал «налево», а сам поезжай «направо». Нынешний македонский президент Борис Трайковский, в отличие от своего известного предшественника, вообще не знает, куда ехать, потому как нет указателей. Вернее, есть. Начать переговоры с албанскими боевиками, как того требует Запад,— пойти против воли своего народа. Приняться «мочить» албанцев, как того требует народ,— отправиться вслед за Милошевичем на скамью подсудимых Гаагского трибунала.

ИНЕССА СЛАВУТИНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK