Наверх
9 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "«БУДЕМ ОСТАВАТЬСЯ, ПОКА НЕ ВЫПОЛНИМ НАШУ МИССИЮ»"

Генеральный секретарь НАТО пятидесятишестилетний датчанин Андерс Фог Расмуссен о новой стратегии в Афганистане, атаке на талибов, нежелании немцев участвовать в боевых действиях и вовлечении России в афганскую операцию.    «Шпигель»: Господин Генеральный секретарь, годы, в течение которых идет операция НАТО в Афганистане, можно записать в пассив. Недавно президент США Барак Обама объявил о переходе к новой стратегии: он направляет дополнительный контингент в 30 тыс. человек и требует от союзников новых жертв. Это что — перезагрузка у Гиндукуша?
   Расмуссен: Нет. Мы же не с нуля начинаем. Я рассматриваю происходящее, скорее, как новую фазу, как расширение того, что делалось до сих пор. Сейчас мы на всех уровнях будем предпринимать дополнительные меры.
   «Шпигель»: Это как?
   Расмуссен: Контингент мы увеличим не менее чем на 37 тыс. человек, а вероятно, и больше. Одновременно будем поэтапно передавать ответственность за безопасность в стране афганской армии и полиции. Потому нужно будет прилагать больше усилий к их подготовке и обучению. Новое правительство Афганистана должно строже и решительнее управлять страной и вести непримиримую борьбу с наркоторговлей и коррупцией. Свою помощь в гражданском строительстве обещало немало стран и организаций. ЕС разработал план действий, Япония выделила $5 млрд. Все вместе это позволит придать нашим усилиям в Афганистане новую динамику. Вот увидите, скоро у нас в Афганистане дело пойдет на лад.
   «Шпигель»: Быстрее, чем масштабы операции, нарастает недовольство граждан в странах Европы, участвующих в той войне, которую ведет НАТО. Более 70% немцев — за незамедлительный вывод своих подразделений из Афганистана. Сколь долго страны с демократическими конституциями могут вести войну против воли большинства избирателей?
   Расмуссен: Полагаю, граждане очень хорошо понимают, для чего мы находимся в Афганистане…
   «Шпигель»: Почему же они за скорейший вывод войск?
   Расмуссен: Думаю, вам понятно, что мы и наши войска должны не допустить, чтобы Афганистан превратился для террористов в район стратегического сосредоточения и развертывания, где можно отсидеться и накапливать силы. Иначе с этого плацдарма они смогут еще интенсивнее проникать в государства Центральной Азии и дальше. К тому же это может привести к дальнейшей дестабилизации Пакистана — соседней атомной державы. Все это было бы крайне опасно, в том числе и для нас.
   «Шпигель»: Не так уж много людей верят, что у отрогов Гиндукуша мы действительно защищаем нашу свободу. Однако даже те, кто операцию в Афганистане поддерживает, вопрошают: когда же мы увидим результаты?
   Расмуссен: Хорошо их понимаю. Возможно, в прошлом мы недооценили сложность проблем, с которыми столкнулись в Афганистане. Потому мы усиливаем состав и интенсифицируем наши действия.
   «Шпигель»: В чем конкретно состоит наша миссия? Мы что, собираемся в Кабуле создать демократию западного образца, построить колодцы и обеспечить школьное образование для девочек? Или удовлетворимся тем, что защитим Европу и США от террористической сети «Аль-Каиды»?
   Расмуссен: Мы в Афганистане с ясной целью: не допустить, чтобы он опять превратился в пристанище террористов. Не нужно забывать: истоки теракта 11 сентября 2001 года — в Афганистане, как и взрывов в Мадриде и Стамбуле.
   «Шпигель»: Сейчас источники угроз другие. Газета New York Times приводит слова одного ветерана ЦРУ: «Сегодня в Афганистане нет «Аль-Каиды», а в «Аль-Каиде» нет афганцев». Может быть, центром терроризма и настоящей проблемой для нас стал соседний Пакистан?
   Расмуссен: Пакистан тоже вызывает беспокойство. И вызовы, с которыми мы сталкиваемся в Афганистане, нельзя рассматривать в отрыве от проблем, возникающих в Пакистане. Поэтому наша новая стратегия подразумевает улучшение сотрудничества с Исламабадом. Но и опасности, связанные с Афганистаном, не стоит недооценивать. Нам же известно, что талибы дают приют боевикам «Аль-Каиды» и не прочь захватить власть и в Пакистане с его ядерным потенциалом. Уйти оттуда, не доведя до конца нашей миссии, чревато опасными последствиями.
   «Шпигель»: Талибам достаточно занять выжидательную позицию. Ведь в июле 2011 года президент США Обама собирается начать вывод войск. Разве не было ошибкой известить неприятеля о своих планах, сообщив ему дату предстоящего вывода войск?
   Расмуссен: Нет, нет. Президент сообщил не о «стратегии ухода». Он наметил перспективы поэтапной передачи власти афганцам. Но вывод станет возможен, если будут выполнены все предпосылки для этого. Мы не собираемся задерживаться в Афганистане навечно. Но будем оставаться там до тех пор, пока не выполним нашу миссию.
   «Шпигель»: То есть дата — июль 2011 года — названа американским президентом просто так?
   Расмуссен: Конечно, нет. Мы уверены, самое позднее к этому сроку — а может, и раньше — добьемся существенных успехов в передаче ответственности афганцам, что позволит нам начать сокращение нашего контингента.
   «Шпигель»: Но пока на фронте численный состав планируется увеличить, в том числе за счет европейцев. Началь-ник штаба НАТО генерал Карл-Хайнц Латер утверждает, что только в регионе Кундуз необходимы два батальона, один из них для непосредственных боевых действий — в этом случае речь шла бы о 2000 человек. Чего вы ожидаете от Германии?
   Расмуссен: Не хочу вдаваться в дискуссию о конкретных цифрах, нужно подождать до Международной конференции по Афганистану 28 января в Лондоне. Но несколько европейских государств мне уже обещали в последние недели прислать подкрепление до 7000 человек. Это больше, чем я ожидал. Убежден, дальше пойдет еще лучше.
   «Шпигель»: А французы сомневаются. Да и Ангела Меркель пока ничего конкретно не обещала. Откуда у вас уверенность, что вы действительно получите пополнение из Германии, на которое рассчитываете?
   Расмуссен: Мне доподлинно известно, что для берлинского правительства вопросы НАТО и солидарности в распределении бремени очень существенны. Потому я не сомневаюсь, что федеральное правительство примет правильное решение, в равной мере отвечающее интересам Германии и НАТО.
   «Шпигель»: Еще более бурно, чем наращивание численного состава войск, в Германии сейчас обсуждается воздушная атака, совершенная 4 сентября вблизи Кундуза по приказу полковника Георга Кляйна. Утверждают, что в результате ее убит кто-то из лидеров движения «Талибан». Но погибли и десятки гражданских лиц. Как в штаб-квартире НАТО оценивается это событие?
   Расмуссен: Мы, конечно, за этой дискуссией следим. Но информация об этом закрыта. Я не могу и не хочу комментировать в СМИ секретный отчет ИСАФ, предназначенный только для внутреннего пользования.
   «Шпигель»: Хотя самые существенные сведения давно уже стали достоянием общественности. Могут люди, по меньшей мере, узнать, дает ли мандат ИСАФ право на целенаправленную ликвидацию представителей движения «Талибан»?
   Расмуссен: Я не комментирую конкретных оперативных решений наших командиров.
   «Шпигель»: Но позвольте, здесь речь не об отдельных решениях, а о принципе: имеют ли войска ИСАФ право или даже, может быть, обязанность убивать талибов, даже когда те не представляют непосредственной опасности, то есть не в ходе боевых столкновений?
   Расмуссен: У нас мандат ООН. Мы поддерживаем афганское правительство ради того, чтобы эта страна вновь не стала источником опасности для всех нас. Все оперативные решения о том, как эта задача должна выполняться, принимают командиры на местах.
   «Шпигель»: Отметим: на прямой вопрос, ведем ли мы в Афганистане войну, вы не отвечаете ни да, ни нет. Так что же там вообще происходит?
   Расмуссен: В определенных регионах Афганистана наши войска действуют в условиях, я бы сказал, близких к боевым. Но это спор о значениях слов.
   «Шпигель»: Ну, вы могли бы положить ему конец, сказав: «Ясное дело: мы там ведем войну!» Почему вы на это не можете отважиться?
   Расмуссен: Я же говорю: кое-где обстановка, близкая к военной. <…>
{PAGE}
   «Шпигель»: В Кабуле президент Карзай недавно с помощью довольно грубых манипуляций обеспечил себе победу на выборах. Карзай действительно тот человек, которому мы можем доверять?
   Расмуссен: Я думаю, президент Карзай полностью сознает, как важно сейчас решительно выступить против коррупции в стране, более энергично вести борьбу с наркоторговлей, существенно улучшить работу правительства. Обо всем этом он сказал на инаугурации.
   «Шпигель»: Президент Карзай уже много раз такое говорил. Из каких соображений Запад продолжает делать ставку на него, несмотря на очевидные подтасовки на выборах?
   Расмуссен: Несмотря ни на что, он получил на выборах больше всех голосов в стране. У меня ощущение, что он знает, что поставлено на карту. Мы выполним свои обещания, но теперь ожидаем и от него конкретных результатов.
   «Шпигель»: Собираетесь ли вы сделать тон общения с ним более жестким? Вы даете ему понять, что ваше терпение не беспредельно?
   Расмуссен: Да. Если афганское правительство должно, по нашей стратегии, все крепче брать бразды правления в свои руки, то ему надлежит показать, что оно на это способно — во всяком случае, лучше, чем «Талибан». И еще: ему необходимо завоевать доверие населения.
   «Шпигель»: А когда миссия НАТО будет окончательно завершена? Существуют какие-то конкретные критерии?
   Расмуссен: Миссия будет выполнена, когда афганцы смогут управлять своей страной и обеспечивать безопасность в ней. Чем больше мы будем сейчас этому способствовать, тем скорее это состояние наступит. Это не «стратегия ухода», а «стратегия переходного периода»: район за районом, провинцию за провинцией мы будем передавать в руки афганцев. И я уверен, начать этот процесс мы сможем уже в будущем году.
   «Шпигель»: Может быть, Россия вам поможет? Вы были на прошлой неделе в Москве. Об этом шла речь?
   Расмуссен: Да, я вижу большой потенциал в более активном участии России в афганском проекте. Россия уже предложила нам транзитный маршрут для провоза грузов для наших частей. Я легко могу себе представить и более интенсивное содействие. В частности, русские могли бы поучаствовать в подготовке и оснащении афганской армии.
   «Шпигель»: В последние годы российские политики с озабоченностью наблюдали за расширением НАТО на восток. Они могли бы увязать более тесное сотрудничество с отказом НАТО от приема в ее состав бывших советских республик, Грузии и Украины. Такую сделку вы себе представить можете?
   Расмуссен: По этому вопросу позиция НАТО ясна: Грузия и Украина будут приняты в НАТО. Это мы решили в 2008 году в Бухаресте. Когда это произойдет — вопрос открытый. Зависит от того, когда обе эти страны выполнят необходимые для приема условия.
   «Шпигель»: И кампания экспансии НАТО будет продолжаться и после этого?
   Расмуссен: Мы будем продолжать нашу «политику открытых дверей». В принципе, у каждой европейской страны есть право вступить в НАТО.
   «Шпигель»: И у России?
   Расмуссен: Почему бы и нет? Россия ведь тоже страна европейская. То есть, в принципе, да.
   «Шпигель»: В чем вы видите общие интересы с Москвой?
   Расмуссен: Я только что заверил своих партнеров по переговорам, что НАТО не является угрозой для России. Общих интересов множество. Главное — борьба против терроризма для Москвы столь же важна, как и для нас. То же можно сказать и о вооружении некоторых стран оружием массового поражения. Ракеты из Ирана могут быть нацелены не только на страны НАТО, но и на Россию.
   «Шпигель»: Вы думаете, Россия считает иранское атомное оружие угрозой для себя?
   Расмуссен: Я думаю, такая точка зрения среди российских политиков становится все более распространенной.
   «Шпигель»: С вашего прихода на пост Генерального секретаря НАТО не прошло и пяти месяцев, а вы уже поручили разработать новую масштабную стратегию. Вы неожиданно обнаружили, что Североатлантический альянс оброс жирком или к своим 60 годам заметно одряхлел?
   Расмуссен: Нет. Просто предыдущая стратегическая концепция разработана была десять лет назад. С той поры число членов союза почти удвоилось, возникли новые угрозы, стали необходимы новые миссии, о которых тогда никто и подумать не мог.
   «Шпигель»: Какими же вопросами НАТО хочет и должно впредь заниматься?
   Расмуссен: Назову кибервойны, угрозы, исходящие от пиратов, новые формы террора — все это проблемы, решение которых НАТО обязано найти. Моя задача — выполнять функции посредника, сглаживать разногласия. Может быть, не так уж и плохо, что я родом из маленькой страны, что руководил правительством меньшинства.
   «Шпигель»: А вообще, это доставляет удовольствие — возглавлять такую организацию, как НАТО? Турция, к примеру, еще весной предпринимала попытки помешать вашему назначению в связи с тем, что в дискуссии о карикатурах на Магомета вы заняли бескомпромиссную позицию, вас называли «врагом пророка», и даже такая либеральная немецкая газета, как Die Zeit, объявила вас «пугалом для мусульман».
   Расмуссен: Прошло время, и сейчас турки в числе моих лучших друзей и помощников в НАТО.
   «Шпигель»: Господин Генеральный секретарь, мы благодарим вас за эту беседу.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK