Наверх
12 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2005 года: "Частная игра"

Почему так долго не принимается закон об инсайде? «Если бы стояла задача написать документ, мы бы давно написали. Перед нами же стоит цель сделать так, чтобы он работал». Такой принципиальный ответ одного из чиновников ФСФР — самое мягкое описание главной проблемы российского фондового рынка.   Нынешней осенью в Госдуму поступит очередной вариант закона об инсайдерской информации. На этот раз у него есть все шансы быть принятым, ведь таким образом Россия сможет продемонстрировать зарубежным инвесторам свое стремление к прозрачности на финансовых рынках. Отечественные же игроки от грядущих нововведений не в восторге. Доказать факт инсайда или манипулирования ценами сложно, а под колпаком у регулятора будет находиться каждый.

   За примерами инсайда на российском финансовом рынке далеко ходить не нужно. Достаточно почитать ежедневные обзоры фондового рынка, к примеру, за сентябрь — не обошлась без подозрений и сделка года. «В секторе акций «Газпрома» появился крупный покупатель, — анализирует рынок за 21 сентября 2005 года ФК «УралСиб», — возможно, сам менеджмент концерна, поскольку спрос, скорее всего, основан на инсайдерской информации». «Котировки бумаг «Сибнефти» выросли на 14%, при этом официальных новостей по компании, способных привести к подобному росту, не было. Видимо, появился инсайд», — пишет ИК «Интерфин Трейд». «Сейчас идет волна инсайдов», — заявляет ИК «Церих Кэпитал Менеджмент». «Новостей нет, а рынок растет. Есть подозрение, что на рынок просочилась некая инсайдерская информация», — отмечает ИК «Проспект». Все эти предположения выстраивались задолго до факта, который стал известен лишь 28 сентября 2005 года. В этот день «Газпром» официально объявил о покупке 72,663% акций «Сибнефти» за $13,091 млрд. За неделю до этого события активно росли котировки как «Газпрома», так и «Сибнефти».

Расскажи мне про покупку
   «Котировки в течение недели могли расти на слухах, однако взлет акций «Сибнефти» на 15,5% буквально накануне сообщения о слиянии — явный инсайд, потому что точную дату подписания не мог знать никто», — уверен аналитик ИК «Русские финансовые традиции» Павел Ворожцов. «Мы стали подозревать инсайд, потому что в эти дни не было никакой официальной информации относительно «Сибнефти», которая могла бы столь значительно повлиять на котировки, — вспоминает аналитик ИК «Проспект» Дмитрий Мангилев. — Потом вышла информация о сделке, и стало ясно: кто-то знал, что сделка состоится, и покупал бумаги. Но все это на уровне подозрений».

   В данном случае можно было бы говорить о классическом виде «менеджерского» инсайда — конечно, если таковой имел место. Допустим, в руководстве предприятия есть человек, который осведомлен об изменениях в жизни компании, способных повлиять на цену ее акций. Дабы информация не пропала даром, осведомленный сотрудник делится ею с кем-либо из участников рынка. Естественно, не безвозмездно. Можно — весьма условно — подсчитать «навар» инсайдера. К примеру, если бы обладатель информации о сделке поручил брокеру 26 сентября купить на $100 тыс. акций «Сибнефти» (цена в РТС $3,5), то к моменту объявления новости его доход мог составить около $14 тыс., по «Газпрому» — около $6 тыс., то есть свыше 2500% и 1000% годовых. Стоит отметить, что для «Сибнефти», как и для многих других эмитентов, это не первый случай, когда подозревается утечка информации. К примеру, в 2003 году перед принятием решения об объединении ЮКОСа и «Сибнефти» торги бумагами этих компаний резко активизировались за две недели до официального объявления о сделке. «По логике, сначала должны быть какие-либо положительные новости, а затем рост котировок, — говорит Павел Ворожцов. — У нас же, как правило, бывает так: цены начинают расти за неделю до события, и после объявления новости котировки обваливаются. Это свидетельствует о том, что у некоторых крупных участников был инсайд».

   Еще один, менее заметный вид инсайда — так называемый брокерский инсайд. Видя, что клиент фирмы сделал заказ на крупную покупку акций какой-либо компании, брокер опережает его, приобретая акции в первые же секунды торгов, чтобы продать незадолго до их завершения. В этот промежуток времени цена акций существенно растет. Выявить такого рода нарушение сложнее.

   Помимо использования конфиденциальной информации у фондовиков есть масса способов манипулировать ценами, что также является большой проблемой. Например, для искусственного увеличения цены участники рынка создают повышенную торговую активность по бумагам эмитента: совершают целую серию сделок, не меняя фактического собственника бумаг, или одновременно выставляют заявки на покупку и продажу акций по цене, существенно отличающейся от рыночной. В прошлом месяце большой вопрос вызвал выход на рынок новой энергокомпании. На ММВБ 14 сентября появились акции ОГК-5, первые среди оптовых генерирующих компаний, создаваемых в процессе реформирования РАО ЕЭС. В ходе сессии их цена достигала 17 рублей, что привело в недоумение аналитиков. По их прогнозам, справедливый уровень акций не превышал 1,2—1,5 рубля. На следующий день торгов бумаги существенно скорректировались вниз — до 6 рублей. А на прошлой неделе средняя цена бумаг и вовсе составила 1,84 рубля. «Определенно был элемент манипуляции, — уверен аналитик по энергетическому сектору ИГ «Атон» Дмитрий Скрябин. — Разумный человек вряд ли станет покупать бумагу, которая стоит столько же, сколько акция РАО ЕЭС». По мнению эксперта, не исключено, что в первые дни торгов по ОГК-5 бумаги были сконцентрированы у очень ограниченного числа физических лиц. «Вполне возможно, что это были два контрагента, которые представляли одного человека или одну организацию, — говорит Скрябин, — а потом, в конце недели, бумага поступила на счета других акционеров, и избыток предложения сбил цену».

   Пока все описанные выше способы заработать можно назвать относительно честными — несмотря на то, что термины «инсайдерская информация» и «манипулирование ценами» постоянно фигурируют в аналитических отчетах инвесткомпаний, а биржи ежедневно направляют в ФСФР информацию о подозрительных сделках, ответственность за эти действия российским законодательством не предусмотрена. Глава ФСФР Олег Вьюгин не раз жаловался, что его ведомство может запросить подробную информацию о том, кто проводил сделки, в каких объемах, в чьих интересах. Однако полученные данные не являются доказательной базой, поскольку «совпадение некоторых событий лишь наводит на определенные мысли». Чтобы применить меры, нужно доказать, то есть фактически провести расследование, а таких прав у ФСФР пока нет.

Слово к делу не пришьешь
   Получить полномочия для расследования дел, связанных с инсайдом, ФСФР (ранее ФКЦБ) пытается почти шесть лет. Именно столько в различных ведомствах прорабатывается закон «Об инсайдерской информации и манипулировании ценами на финансовых рынках». Полтора года назад его даже удалось довести до первого чтения в Госдуме, однако депутаты документ не одобрили. Что неудивительно — противодействующее лобби сильно, а, по мнению участников рынка, главными манипуляторами в России являются скорее чиновники и сами депутаты, нежели менеджеры крупных компаний и брокеры. Согласно рейтингу РБК из десяти событий, обваливших фондовый рынок в 2004 году, семь связаны с действиями госорганов и заявлениями чиновников. Самыми популярными в этом плане в прошлом году были акции ЮКОСа — на них не зарабатывал только ленивый. Хотя со временем осторожность взяла верх, и большинство игроков отказались от этих американских горок. Информационные же поводы со стороны чиновников предлагались рынку практически ежедневно, и почти во всех случаях аналитики констатировали опережающее движение рынка. В частности, 1 июля 2004 года, когда ЮКОСу был направлен акт выездной налоговой проверки по итогам контрольных мероприятий по уплате компанией налогов и сборов за 2001 год, цены на акции ЮКОСа на ММВБ упали на 12,34%. Но движение вниз аналитики зафиксировали с самого открытия торгов. С приближением развязки дела ЮКОСа рынок приобрел иммунитет и практически перестал реагировать на заявления чиновников.

   Найти новые компании для заработка оказалось несложно. К самому явному случаю манипулирования с элементами инсайда можно отнести ситуацию, сложившуюся в начале апреля этого года вокруг еще одной нефтяной компании — ТНК-BP. На лентах информационных агентств со ссылкой на источник в налоговых органах 11 апреля появилась информация о налоговых претензиях к предприятию на сумму $26 млрд. Акции ТНК-BP мгновенно рухнули на 5%. На следующий день официально никто информацию о новых налоговых претензиях не подтвердил. Глава холдинга Роберт Дадли сообщил: «То, что было предъявлено компании, не является требованиями о выплате налоговой задолженности». В итоге акции снова пошли вверх, однако накануне участники рынка зафиксировали сразу нескольких крупных покупателей стремительно подешевевших акций. Аналогичная ситуация была зафиксирована и в конце декабря прошлого года с акциями «ВымпелКома». В электронных СМИ со ссылкой на источники в Федеральной налоговой службе (ФНС) появилась информация о налоговых претензиях к «ВымпелКому» за 2002 год на сумму $328 млн. По ходу торгов на Нью-Йоркской фондовой бирже на фоне этих сообщений ADR компании подешевели на 20,4%. Однако после того, как эмитент, а затем и ФНС опровергли информацию, стоимость бумаг скорректировалась вверх.

   Манипулировать ценами можно не только на фондовом рынке. В июне этого года группа депутатов от фракции «Родина» направила запрос в Генпрокуратуру России с требованием провести расследование в Центробанке. По мнению депутатов, анализ валютных торгов с октября прошлого года по май текущего свидетельствует о том, что «в отдельные дни объем торгов немотивированно увеличивался в разы». Проще говоря, кто-то из участников рынка заранее знал о планируемых интервенциях ЦБ.

   Несмотря на бурное обсуждение, за все время ни одного случая инсайда или манипулирования доказано не было, хотя проверки проводились. Инициированы они были после скандала, связанного с ведущим международным рейтинговым агентством Standard & Poor’s. В январе 2003 года S&P объявило о повышении суверенного рейтинга России. Соответствующий пресс-релиз был опубликован на сайте агентства и сразу появился в новостных лентах, но резкий рост на рынке акций начался за 40 минут до этого. Информация могла уйти из двух источников: ее кто-то «слил» либо в самом S&P, либо в правительстве, куда отчет попал еще до официального опубликования. К расследованию тогда подключились ФКЦБ и Центробанк, но виновные найдены не были.

Дорогой миллионера
   Еще в начале года глава ФСФР Олег Вьюгин заявил, что принятие закона об инсайдерской информации — «вопрос не этого года». Однако позже ряд его заявлений свидетельствовал о том, что работа над законом все же активизировалась. По последней информации, законопроект уже согласован во всех профильных ведомствах и осенью будет внесен в Госдуму. Чиновники ФСФР, комментируя содержание проекта, обходятся общими фразами. Известно, что концепция закона основана на более мягком, европейском опыте борьбы с инсайдом. К примеру, в США максимальный срок заключения за использование инсайдерской информации — 25 лет, а штраф — до $2,5 млн. В Европе же срок за подобные правонарушения не превышает 7 лет. Несмотря на довольно долгую историю борьбы с инсайдом, и на Западе до суда доходили единицы дел. Самый большой штраф, в размере 2,2 млн. евро, уплатил миллионер Джордж Сорос. Именно столько, по мнению французского правосудия, он заработал на скупке акций банка Societe Generale, зная информацию о попытке его поглощения.

   В России первые последователи Сороса появятся, судя по всему, нескоро. «Существующая практика работы фондового рынка складывалась годами, и ее резкая ломка может привести к негативу», — говорит Дмитрий Ростовский, управляющий активами ИГ «Амити». По мнению эксперта, на данный момент инсайдеры на российском фондовом рынке даже играют некоторую сглаживающую роль. «Одновременное появление какой-либо информации без упреждающего движения сделает рынок более волатильным», — уверен эксперт. В итоге из-за резких колебаний котировок рынок покинут мелкие спекулянты. «Российские игроки уже давно привыкли к существующему порядку вещей и совершенно нормально и адекватно себя чувствуют, — уверен эксперт. — Принятие закона — это, скорее, шаг навстречу иностранным инвесторам». Кроме того, участники рынка опасаются злоупотреблений со стороны регулирующих и проверяющих органов. «Главное — не создавать ситуации, когда все окажутся виноватыми, — говорит Андрей Лусников, начальник аналитической службы «Финмаркета». — Если закон окажется слишком жестким, все его будут нарушать и возникнет общее чувство вины непонятно перед кем».

   По мнению Алексея Мамонтова, президента ММВА, принятие закона об инсайдерской информации практически никак не отразится на работе валютного рынка: «Установить связь между источниками инсайда — сотрудниками ЦБ — и непосредственно игроками невозможно. Хотя с высокой степенью вероятности считаю, что такая тема существует. Но доказать, что на валютном рынке был инсайд, невозможно. На рынке акций легче вводить законодательные нормы — проще установить пределы, которые будут ограничивать возможности использования инсайдерской информации». При этом, по словам Мамонтова, сам ЦБ не заинтересован в волатильности рынка. К тому же, чтобы заработать на информации от ЦБ, необходимо проводить очень большой объем операций, поскольку валютные курсы меняются на копейки. «Чтобы на этом заработать хотя бы $1 млн., нужно провести сделки на $200 млн. или 300 млн. Когда с такими заявками выходят на рынок, инсайдера всегда видно, — говорит Мамонтов. — Не секрет, что и в коммерческих банках, и в ЦБ ведется аудио- и видеозапись всех каналов связи. Поэтому принятие закона скорее создаст некий психологический климат, чем реально повлияет на предупреждение инсайда».

   Больших надежд на принятие закона участники рынка не возлагают. «Все понимают, что наш рынок работает в основном на инсайдерской информации, — говорит Андрей Демченко, исполнительный директор Института фондового рынка и управления. — Поэтому я уверен, что разработчикам закона придется столкнуться с очень сильным противодействием». «Если закон и будет принят, то не исключено, что его будут использовать в качестве сведения счетов, несмотря на то, что такие процессы очень трудно доказуемы», — говорит Павел Ворожцов. «В России любой закон может стать мерой индивидуального воздействия. В существующей системе власти, когда все ветви взаимосвязаны, без разницы, кому будут отданы «силовые» полномочия — ФСФР или МВД. Это все носит номинальный характер», — уверен Дмитрий Ростовский. Общее мнение участников рынка можно охарактеризовать одной фразой: закон необходим, но мало кто верит, что у депутатов хватит принципиальности не превратить его в очередную фикцию, призванную показать иностранным инвесторам, что Россия изо всех сил борется за прозрачность своих финансовых рынков.


 

График 1
Динамика котировок и объем торгов акций РАО ЕЭС на ММВБ



























































ДатаОбъем торгов (млн. руб.)Цена акции (руб.)
02.03.056828.21
05.03.051128.32
07.03.054498.35
10.03.053848.16
14.03.053527.9
15.03.054687.8
16.03.057367.63
17.03.053927.71
18.03.057467.5
21.03.055497.41

Источник: РБК.

Подпись: Несмотря на то, что покушения обычно готовятся втайне, некоторые участники рынка считают неслучайным падение цен на акции РАО ЕЭС на фоне больших объемов торгов за день до обстрела машины главного энергетика.



 

График 2
Динамика котировок и объем торгов акциями «Сибнефти» на ММВБ



























































ДатаОбъем торгов (млн. руб.)Цена акции (руб.)
15.09.050.595.81
20.09.051.598.55
21.09.051.2100
22.09.051.299.8
23.09.051.9102.09
26.09.050.723101.2
27.09.0522116
28.09.0512115
29.09.054.9100.12
30.09.052.5102.63

Источник: РБК.

Подпись: Участники рынка гадали о причинах всплеска активности акций «Сибнефти» накануне объявления о сделке с «Газпромом».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK