Наверх
18 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 1999 года: "Диагноз: хронический профицит"

Каждый новый российский премьер при вступлении в должность первым делом заявляет о неизменности курса реформ. Не уточняя, правда, в чем сей курс выражается. При этом основой экономической политики любого правительства является бюджет. О том, что представляет собой финансовый план-2000 кабинета Владимира Путина, рассказывает первый вице-премьер Виктор ХРИСТЕНКО.Как известно, наш кабинет уже окончательно сверстал проект бюджета будущего года. Этот документ не похож на предыдущие. Главное в нем то, что первичный профицит стал ключевым параметром бюджета. В проекте бюджета 2000 года заложен первичный профицит (превышение доходов над расходами без учета выплат по внешнему долгу) в размере 3% от ВВП, или 153 млрд. рублей. Это, безусловно, большие деньги. Достаточно сказать, что в бюджете нынешнего года первичный профицит составляет всего 1,64% от ВВП, или 65,5 млрд. рублей.
За счет чего правительство планирует добиться первичного профицита? В частности, за счет повышения собираемости налогов, отмены ряда налоговых льгот, привлечения дополнительных доходных источников, имеющих неналоговый характер, и совершенствования внешнеторговой деятельности.
Каковы другие параметры бюджета-2000? Прогноз по ВВП на 2000 год — 5,1 трлн. рублей (в 1999 году — 4 трлн. рублей). Правда, с учетом инфляции (а она, по нашим расчетам, составит в следующем году 18—20%) реальный рост ВВП составит 1,5%. Конечно, это немного, но нужно учитывать накопившиеся проблемы в экономике и социальной сфере. Даже этот прирост мы рассматриваем как качественное изменение, дающее основания прогнозировать рост ВВП в 2001—2002 годах в более ощутимых пределах — до 4—6% в год.
Среднегодовые котировки доллара в проект бюджета мы закладываем на уровне около 32 рублей. Курс рубля к доллару должен следовать за инфляцией. Когда же их линии расходятся в разные стороны, рано или поздно это может привести к обвалу рубля.
Сейчас с учетом положительного платежного баланса страны, высоких мировых цен на нефть, газ, металлы, а также состоявшегося в последние две недели некоторого ослабления рубля ситуация на валютном рынке не внушает мне опасений.
Да, конечно, уже в течение полугода остатки на корсчетах банков колеблются на достаточно высоком уровне 50 млрд. рублей. Однако нулевых остатков не бывает. Ведь существенная часть этих денег просто необходима финансовой системе для обеспечения расчетов. Другая часть из этих 50 млрд. — это фактически замороженные деньги на счетах типа «С», полученные нерезидентами в результате новации ГКО. Эти средства не представляют никакой угрозы рублю. При этом действительно остается некоторая масса свободных рублей, которые в любой момент могут выплеснуться на валютный рынок.
Однако ни в этом, ни в следующем году мы не намерены во что бы то ни стало связывать эти деньги путем выпуска новых госбумаг. Решение о начале эмиссии облигаций будет приниматься правительством исходя из текущей ситуации на финансовом рынке.
На сегодняшний день доходность по ОФЗ составляет 65—70% годовых. Под такие проценты осуществлять заимствования никто не собирается. Нам бы хотелось размещать бумаги под 20—25%. В этой связи 1999 год не является благоприятным для выпуска гособлигаций.
Не думаю также, что президентская кампания 2000 года будет способствовать снижению ставок на финансовом рынке. Поэтому наиболее благоприятным периодом для запуска публичных заимствований будет, скорее всего, вторая половина 2000 года.
Кроме того, есть еще одна причина, по которой правительству не стоит пока выходить на рынок с новыми бумагами. Дело в том, что как раз сейчас начал зарождаться рынок корпоративных облигаций. Свои бумаги уже выпустили «Газпром», «ЛУКойл» и ТНК. В перспективе этот инструмент может решить проблему кредитования банками предприятий реального сектора.
А если мы сейчас выведем на рынок госбумаги под 75% годовых, это будет означать, что мы окончательно финансово обескровим наш реальный сектор: предприятия реального сектора не могут занимать под такую высокую доходность, да и свободные деньги пойдут не в реальный сектор, а на финансовые спекуляции.
Второй основной принцип, заложенный нами в бюджет-2000,— это наращивание доходов. Причем без революций в сфере налогового законодательства. Налоговые доходы прогнозируются на уровне 12,8% ВВП (то есть около 653 млрд. рублей), тогда как в бюджете на нынешний год они составляют всего 399,5 млрд. рублей, или 10% ВВП. НДС, налог на прибыль сохраняются, акцизы индексируются, но только в силу инфляции.
Мы верстали бюджет с учетом сохранения высоких мировых цен на нефть, газ и металлы. Исходя из этого, мы предполагаем несколько видоизменить шкалу экспортных пошлин. Они должны стать более гибкими. Сегодня реальный дефицит по некоторым товарным позициям на внутреннем рынке складывается из простой формулы: есть высокая цена на внешних рынках, которая стимулирует усиленный экспорт товара, скажем, нефти или типа металла. Их, естественно, выгоднее экспортировать, чем реализовать на внутреннем рынке.
В этой ситуации есть два варианта решения проблемы: административный и экономический. Административный — это уже пройденный этап. Можно ввести квоты, ограничения по экспорту и таким образом заставить всех направлять товары на внутренний рынок. Чем это кончается, уже известно: товаров на рынке больше не становится, а их цена вырастает в два-три раза — это настоящий Клондайк для коррупции. К хорошему это никогда не приводило и не приведет — подтверждение тому бензиновый кризис.
Экономический способ заключается в том, чтобы при помощи экспортных пошлин сглаживать разрыв между внутренними и внешними ценами. Чем выше мировые цены на сырье, тем больше должна быть экспортная пошлина на него. На мой взгляд, применительно к нефти вполне допустимо введение еще двух ставок в дополнение к уже существующим: 7,5 и 10 евро за тонну.
На сегодняшний день действуют три ставки экспортной пошлины на нефть: нулевая — при мировых ценах на нефть ниже $9,5 за баррель, 2,5 евро (около $2,8) за тонну — если мировые цены на нефть превышают $9,5 за баррель, 5 евро за тонну — в случае, если на мировых рынках нефть стоит дороже $12 за баррель. Ценовые параметры для ставок 7,5 и 10 евро пока документально не определены.
Одновременно мы предлагаем снизить в два раза (с 2% до 1%) сборы в Дорожный фонд. А сам фонд предполагаем лишить самостоятельного статуса и записать его расходы в качестве одной из статей бюджета. Сейчас Дорожный фонд имеет статус целевого бюджетного фонда. И управление его средствами идет мимо Федерального казначейства. Между тем в нынешнем году консолидированный дорожный фонд страны составляет примерно 100 млрд. рублей, то есть около 15% от общих доходов бюджета.
Предполагается в два раза (опять же с 2% до 1%) снизить налог с оборота.
Мы собираемся внести изменения и в подоходный налог. С 1 января его максимальная ставка составит 45%. Но, с моей точки зрения, это просто утопия, никто такой налог платить не будет. На мой взгляд, максимальная ставка подоходного налога должна равняться ставке налога на прибыль (сейчас она составляет 30%). Но, боюсь, даже эта цифра для обычных налогоплательщиков высоковата. Они готовы отдавать не более 20—25%.
Теперь о том, как собранные деньги мы собираемся тратить.
В следующем году особое внимание государство уделит поддержанию бюджетной сферы. Во-первых, мы предполагаем, что к началу нового тысячелетия все долги по зарплате будут ликвидированы. А с 1 апреля следующего года зарплата бюджетников будет увеличена в 1,2 раза.
И наконец, о проблеме выплат по внешним долгам. Как известно, в этом году Россия должна была заплатить $17 млрд. Однако благодаря достигнутому в конце июля соглашению с Парижским клубом кредиторов и ожидаемому успешному завершению осенью переговоров с Лондонским клубом в нынешнем году мы выплатим по внешним долгам $9 млрд. Из них мы уже отдали $4,5 млрд. В следующем году эта цифра составит $10 млрд. вместо ранее предполагавшихся $15,6 млрд.
Однако проблема выплат по внешним долгам не заканчивается 2000 годом. Ведь пока нам дали карт-бланш только до конца будущего года. И в следующие годы России надо платить по долгам ничуть не меньше, чем сейчас. Так, в 2001 году выплаты по внешним долгам, если не будет произведена их реструктуризация, составят $15,7 млрд., в 2002 году — $16,2 млрд. Очевидно, что как сейчас, так и в ближайшие несколько лет Россия не сможет нести такую ношу.
Уже летом следующего года должны стартовать полномасштабные переговоры с нашими кредиторами, на которых мы и должны будем до конца урегулировать все проблемы с учетом взаимных интересов.
Наша задача на этих переговорах — не создавать себе новую долговую конструкцию, не жить за счет привлечения чужих средств. И при этом так оптимизировать выплаты по внешним долгам, чтобы они не были непосильными для бюджета.
Что же касается возможного списания внешних долгов, доставшихся России в наследство от СССР (это активно обсуждается в последнее время), то позиция наших кредиторов известна. Например, Германия не намерена списывать долги, так как не видит для этого оснований.
Тем не менее вопрос о частичном списании и всеобъемлющей реструктуризации долгов будет предметом переговоров в следующем году. Пока рано говорить о конкретных суммах, все будет зависеть от текущего состояния нашей экономики. Однако, реально оценивая промышленный рост в этом году и прогнозируя развитие ситуации в следующем (я думаю, рост продолжится), можно сказать, что нам не удастся предстать в глазах кредиторов этакой бедной овечкой и все долги полностью нам не простят. Тем не менее всеобъемлющая реструктуризация вполне реальна.

ДМИТРИЙ СИМАКОВ, НАТАЛЬЯ РОМАНОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK