Наверх
14 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "«Должно быть универсальное информационное поле»"

Павлу ГУСЕВУ, владельцу издательского дома «Московский комсомолец», исполнилось 60 лет. Юбиляр рассказал «Профилю» о своих планах на следующие 60 лет.Павлу ГУСЕВУ, владельцу издательского дома «Московский комсомолец», исполнилось 60 лет. Юбиляр рассказал «Профилю» о своих планах на следующие 60 лет.
  
— Вам исполняется шестьдесят лет, Павел Николаевич. Пенсионный возраст. Не собираетесь сменить образ жизни и бросить работу?
   — О том, что я становлюсь пенсионером, я узнал от начальника своего отдела кадров, который пару недель назад радостно мне заявил: «Павел Николаевич, мы вас оформляем на пенсию». Тут я понял — что-то случилось в моей жизни. Но я, конечно, абсолютно не чувствую себя пенсионером и даже не задумывался, что могу им стать в ближайшем будущем.
   — Что вы считаете своим главным достижением на сегодня?
   — Вместе с командой единомышленников, без которых я ничего не смог бы сделать, мне удалось создать издательский дом «Московский комсомолец». Это одна из уникальных медийных структур. У нас 89 газет и журналов, своя система распространения, маркетинга, логистики, свои ритейл-группы. Сейчас мы строим самую современную в Москве и в России типографию, которая начнет работать в конце года.
   — Из главных редакторов доперестроечной эпохи вы единственный, кто остался в своей газете и создал на ее базе издательский дом. Благодаря чему вам это удалось?
   — У нас, как и у всех, было два пути: либо кому-то отдаваться за большие деньги, либо идти вперед мелко-средними шажочками. Я выбрал второй путь: мы не брали кредитов, а то, что зарабатывали, вкладывали в развитие. Это медленный, нудный путь, но он гарантирует от падения в пропасть. Ты всегда знаешь свои возможности на ближайшие годы и не вкладываешь деньги в проекты, которые не оправдываются.
    — Были соблазны, перед которыми вы устояли?
   — Я не поддался искушению вкладывать деньги, грубо говоря, в автозаправки. В бизнес, из которого можно было бы получать прибыль и направлять ее в издательский комплекс. Я прекрасно понимал: как только у меня появится другой бизнес, я сразу превращусь в системного полуолигарха и тогда попаду в разряд бизнесменов, на которых власть может оказывать давление.
   — При вашем нынешнем статусе власть не оказывает на вас давления?
   — На меня давят, как на журналиста, на медийного бизнесмена. Я защищаюсь законом о СМИ. Но если мне пообещают закрыть заправки, отбиваться будет нечем, и я начну отстраивать газету под требования властей. Давление через бизнес — это то, чем пользуются властные структуры, когда медийный бизнес — непрофильный. Издательский дом «Московский комсомолец» — единственная однопрофильная структура в медийном бизнесе. В этом его уникальность.
   — Ваш новый проект — совместная с правительством Москвы типография. Что вложил в нее город и каков вклад «МК»?
   — Мы создали акционерное общество. Правительство вошло туда своими помещениями, а мы вошли деньгами и типографской машиной. У московского правительства есть современный журнальный полиграфический комбинат, а газетной структуры соответствующего уровня нет. Была типография «Московской правды», но там стояло оборудование 70-х годов практически в нерабочем состоянии.
   — Каковы возможности новой машины?
   — Это уникальное оборудование. Полиграфические комбинаты обычно закупают индийские или китайские машины, но мы пошли по другому пути, купили американскую машину, модернизированную во Франции. В час она выдает 75 тыс. экземпляров. Но главное достоинство в том, что она обрабатывает и газетную бумагу, и мелованную. Мы можем печатать газету и делать туда рекламную вкладку на мелованной бумаге. Сейчас это практикуют многие издания, но они печатают газеты и вкладки в разных типографиях и на разных машинах, а потом вручную их собирают.
   — У бумажных газет, по вашему мнению, есть будущее?
   — В 50-е годы, когда появилось телевидение, газетам предрекали смерть в течение десятилетия. Смерть не наступила. Интернет — это посильнее, чем телевидение. Тем не менее на ближайшие 20—30 лет я не вижу проблем для газетной продукции на российском рынке. Сейчас в нашей стране Интернетом пользуются порядка 15 млн человек. В основном они живут в больших городах, а в глубинке газеты по-прежнему остаются традиционным источником информации.
   — «МК», тем не менее, старается занять нишу и в Интернете?
   — У нас нет сайта газеты, но есть интернет-издание, которое существует параллельно с газетой и круглосуточно обновляется. В печатной версии больше аналитических материалов — для раздумий. В электронной — больше информативности, справочности.
   — Кто сегодня читает газеты?
   — Если говорить об «МК», то это уже, конечно, не молодежная газета. Читатель изменился, молодежь уходит от чтения. Газеты читают среднее и старшее поколения, сохранившие эту привычку с советских времен. Люди в возрасте от 35 лет до 40 лет составляют четверть наших читателей. Самые преданные наши читатели — 40—50-летние, но основная часть — старше 50.
   — Вы смирились с таким положением вещей или продолжаете бороться за читателя?
   — Продолжаем бороться. Мы купили несколько «газелей», выезжаем на них в спальные районы и ведем подписку прямо на улицах. У нас, кстати, самая большая подписка в Москве — 40% тиража. Кроме того, мы проводим устные выпуски. Журналисты, артисты, друзья газеты выезжают в подмосковные города. Там идет разговор с читательской аудиторией, и заодно мы проводим подписку, агитируем за газету. Такие же выпуски мы устраиваем в вузах, и они дают результаты.
   — Как отразился экономический кризис на медийном бизнесе?
   — Кризис нанес существенный удар по всем СМИ, кроме Интернета. Только там растут объемы рекламы. Во всех остальных видах СМИ наблюдается падение рекламы до 70%. В газетах она сократилась в среднем на 25—30%. Многие рекламодатели ушли с рынка. Перестали себя рекламировать банки, строительные компании, производители автомобилей. Сегодня рекламодатели требуют больших скидок даже с тех крох, которые они приносят на рынок, а выплаты производят в рассрочку. Есть проблемы с повышением розничной цены. Есть трудности, связанные с «Почтой России», хотя администрация Кремля и лично президент сделали все, чтоб почта получила финансовую поддержку — около 4 млрд рублей на дотирование подписки по всей стране. Как председатель комиссии по СМИ Общественной палаты, я могу сказать, что это очень существенная помощь.
   — Может ли государство каким-то образом поддержать печатные СМИ?
   — Я считаю, что не надо оказывать помощь отдельным изданиям — скажем, включать их в целевые программы или сажать на бюджетное дотирование. Государственные средства должны распределяться между теми столпами, на которых стоят все печатные СМИ — бумага, полиграфия, система распространения и почта. Нужно дотировать производство бумаги. Полиграфисты должны получать дотацию и, соответственно, снижать расценки. Дотирование необходимо системе распространения и почты, тогда газеты будут дешевле. При таком подходе чиновники не смогут влиять на редакционные коллективы, и нам удастся создать систему более демократичных СМИ.
   — Насколько справедливы налоги, установленные для средств массовой информации?
   — 18% НДС для СМИ — это грабеж и абсурд. В Европе НДС для СМИ вообще нулевой, лишь в нескольких странах он достигает 4—5%. А у нас — 18%, наравне с любым бизнесом. Это тупиковая ситуация, но у меня есть надежда, что ее удастся исправить. Насколько я понимаю, правительство и администрация Кремля положительно смотрят на то, чтоб НДС для СМИ снизить до 10%.
   — Федеральные и региональные структуры сейчас стали давать отдельным изданиям целевые гранты, чтоб они больше писали о социальных проблемах — о детях, подростках, борьбе с вредными привычками. Нуждаются ли СМИ в такого рода помощи?
   — Вообще это замечательная практика. Но, получив грант один раз, газета захочет получить его и на следующий год. Это значит, ей нельзя критически высказываться в адрес структуры, которая раздает гранты. Мы в Общественной палате уверены, что гранты должны распределять общественные организации. Сегодня такой опыт есть — очень многие гранты для НКО распределяет Общественная палата РФ.
   — Но получают их отнюдь не самые достойные…
   — Я знаю. У меня нет иллюзий насчет обычаев нашего государства, особенно когда дело касается распределения денег. Тем не менее в этом году с моей помощью грант в 1,5 млн рублей получил Фонд защиты гласности, который никогда ничего не получал от государства. Общественная коллегия по жалобам на прессу тоже получила грант. Я не говорю, что эта система идеальная, но она лучше, чем гранты от чиновников.
    — Каков ваш прогноз на ближайшие годы: СМИ станут свободнее или, наоборот, окончательно превратятся в рупор властей?
   — Вертикаль власти создала в регионах систему, разрушающую информационное поле страны. Оно деформируется, приобретает черты 80-х годов, когда одно информационное поле существовало на уровне мышления чиновников, а жизнь — на кухне, дома, на работе в курилке — создавала совсем другое информационное поле. Два поля не могут долго сосуществовать. Рано или поздно происходит их столкновение, и в результате разрушается одно из полей. Я абсолютно уверен, что должны существовать государственные СМИ. Но при этом само государство должно делать все, чтобы развивались свободные, независимые СМИ и общество выражало недовольство и протестные настроения через них, а не через уличные волнения. Это как раз и будет способствовать развитию демократии и укреплению власти. К сожалению, не все во власти понимают, что это единственный путь упорядочить структуру демократического подхода к СМИ и создать информационное поле, где будет все — и серьезное, и легкое, и желтое, и государственное, и левое, и правое, и ничего страшного в этом не будет.
   — Следующие 60 лет вы будете стараться объяснить это власти?
   — Думаю, что да.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK