Наверх
13 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2006 года: "Дорогой праздник"

С 21 по 29 октября в Центральном Доме художника прошел XXI Российский антикварный салон, лишний раз подтвердив, что старинные вещи нынче в большой цене.Московские антиквары засуетились и в борьбе за отечественных ценителей искусства выступили широким фронтом, стремясь опередить аукционы Sotheby’s и Christie’s, устраивающие свои «русские торги» в конце ноября в Лондоне. Впрочем, и последние тоже не лыком шиты: поняв, что объем продаж произведений русского искусства (без учета дорогих Малевича и Шагала) исчисляется десятками миллионов долларов, перешли в наступление. Например, Christie’s привез в Россию «Портрет Анхеля де Сото» работы Пабло Пикассо из коллекции композитора Эндрю Ллойда Вебера. В особняке Смирнова на Тверском бульваре на званый ужин в честь картины собрались 250 бизнесменов, коллекционеров и просто публичных людей, в том числе управделами президента Владимир Кожин, начальник управления по сохранению культурных ценностей Росохранкультуры Виктор Петраков, известный собиратель прикладного искусства глава компании «Вимм-Билль-Данн» Давид Якобашвили и горстка банкиров. Главный банкир—собиратель всего старого Петр Авен на смотр не явился, так как, по его собственному признанию, в этот вечер играл в футбол. По поводу судьбы картины мнения среди специалистов разделились. Присутствовавший на ужине Владимир Некрасов (гендиректор «Арбат Престиж») уверен, что Пикассо обязательно купят: «На сегодняшний день в России есть как минимум два коллекционера, которых можно самым серьезным образом рассматривать как наиболее вероятных покупателей. Дело в том, что «Портрет Анхеля де Сото» относится к голубому периоду, наиболее значительному в творчесте Пикассо. Картин этого периода в России после национализации в частных коллекциях не осталось». Советник президента Банка Москвы Михаил Каменский, собирающий коллекции для банков, уверен в обратном: «Портрет, возможно, уйдет за цену, превышающую эстимейт (картина оценена в $40—60 млн.), но в России он никому не сдался». Так это или не так — мы скоро узнаем.
   
На следующий день после «ужина с Пикассо» два других события собрали видных коллекционеров и антикваров столицы. На Пречистенке открылась галерея «Артефакт», а на Новокузнецкой, в галерее Емельяна Захарова «Триумф», был презентован «Каталог предметов искусства и антиквариата, находящихся в розыске», выпущенный Росохранкультурой. В «Артефакте» расположилось с десяток антикварных галерей, но большинство коллекционеров и дилеров вышли после открытия слегка разочарованными, несмотря на пармскую ветчину и французские вина. Известный антиквар Феликс Комаров, владелец галереи в Нью-Йорке, деликатно отметил: «Не хотелось бы обижать хозяина (Михаила Рудяка. — «Профиль»), но у меня одного в Нью-Йорке больше стоящих вещей, чем у всех этих галерей, вместе взятых. Но это не их вина, а наследство советской истории (90% ценностей в результате национализации было изъято из частных коллекций в музеи. — «Профиль»)». 

Тем не менее у наших коллекционеров кое-что осталось. Иначе с чего бы вдруг многие дилеры и антиквары, пришедшие в тот же вечер к Захарову на презентацию альбома-каталога похищенных ценностей, по словам очевидцев, «с лица спали, притихли и, не притронувшись за весь вечер ни к фуа-гра, ни к дорогим коньякам, без остановки все просматривали фотографии и описание ценностей»? Источник «Профиля» утверждает, что еще на стадии верстки альбома были попытки (за большие деньги) снять ряд упомянутых в перечне ценностей. 

Купить каталог может любой желающий, всего за 2 тыс. рублей, а госучреждениям и музеям он предоставляется бесплатно, но обладание им не дает гарантии, что антиквар сможет спать спокойно, не обнаружив попавшего туда предмета искусства в своей коллекции. Перечень не полон (издана только часть электронной базы данных Росохранкультуры) и будет постоянно расширяться. Зачем было тратиться на издание, когда проще и доступней все сделать в электронном виде? Любопытен и подбор «краденых ценностей». Так, описание похищенной коллекции карманных часов занимает аж 9 страниц, тогда как на шедевры, исчезнувшие из музеев-заповедников — Гатчинского и «Петергофа», — отведено вдвое меньше места. Злые языки по этому поводу иронизируют, что не иначе как собрание старинных часов было украдено лично у замруководителя Росохранкультуры Анатолия Вилкова.

Без экспертов    

На открытие XXI Российского антикварного салона публика пришла слегка озадаченной и настороженной, большинство смотреть смотрели, но не брали. 

Всего в выставке-продаже приняли участие 207 галерей и частных коллекционеров, но желающих было гораздо больше: интерес к антиквариату в России растет с каждым годом (оборот рынка, правда, черно-серого, по оценкам специалистов, составляет $1 млрд.), хотя сам антикварный рынок далек от своего максимума и Анатолий Вилков назвал его довольно «скудненьким». При этом, по словам Вилкова, государство делает все, чтобы помочь российским коллекционерам: издает закон, согласно которому купленные на Западе и ввозимые в страну предметы антиквариата не облагаются налогом, выпускает «Каталог ценностей, находящихся в розыске» (см. выше). Кроме того, именно на выставке было объявлено о решении запретить госмузеям проводить экспертизу предметов из частных коллекций, «пункт о проведении коммерческой экспертизы был изъят из уставов музеев». Таким образом, Росохранкультура надеется сократить количество сомнительных полотен на рынке (случаи, когда нечистые на руку дилеры подкупали целые отделы музейщиков для получения липовой экспертизы, — не редкость. — «Профиль»). Но антикваров и дилеров решение повергло в шок, так как при отсутствии чистых провенансов у большинства полотен, минимальном количестве каталогов-резоннэ (полная история жизни всех работ автора) русских художников и на фоне массы подделок отечественный покупатель привык доверять музейным экспертизам, причем считая желательным, чтобы их было несколько, например из ГТГ и Центра Грабаря. Что теперь делать и как убеждать клиентов в подлинности работ — непонятно. Тем более что некоторые эксперты, поняв, что «пахнет жареным», еще в начале года стали отзывать свои заключения, вызвав бурю возмущения у галеристов и дилеров, которые довольно резко высказывались по этому поводу. «Убили рынок весь. Убили всякие уроды Петровы (не иначе имеется в виду высококлассный специалист по русскому искусству Владимир Петров. — «Профиль»). Ну какой это вообще эксперт? По двести заключений дает, потом отзывает. На Салоне много стоящих вещей — первые имена. Но они висят, и толку нет пока. Нет движения, нет клиентов, нет спроса. Из-за скандалов, всякого негатива», — причитали расстроенные участники. 

Раньше других по Салону промчался генеральный директор Первого канала Константин Эрнст, внимательно изучивший все три этажа экспозиции еще на стадии монтажа. К самому открытию пришли знатные ценители искусства — юморист Евгений Петросян и председатель Исполнительного комитета СНГ Владимир Рушайло, тоже ушедшие без покупок.

Дозволенная роскошь
   

Костяк нынешнего Салона, как и раньше, составили галереи из Москвы и Санкт-Петербурга, но были и участники из Перми, Рязани и Киева, представившие (согласно правилам) предметы искусства, датированные не позднее чем 1956 годом. На площади в 3,5 тыс. кв. м разместили искусство XVIII—XX веков: экспонаты были распределены по персоналиям (выставка одного художника), направлениям, видам и жанрам — например, декоративное искусство, ар деко, бронза. К плюсам нынешнего Салона, как отметили дилеры и антиквары, можно отнести четкую организацию VIP-зоны (центральной и самой посещаемой части на втором этаже выставочного комплекса), из которой удалили всех «мусорщиков».
   
Кроме того, всех галеристов на этот раз особенно жестко «шерстили» на предмет подделок и краденых ценностей. Что дало возможность Василию Бычкову, директору ЦДХ, встречать посетителей радостными словами: «На этом Салоне нет ни одной фальшивки, уж поверьте мне!» Ему, конечно, верили, но оставлять миллионы никто не спешил. Правда, по другой причине.
   
Дело в том, что нынешний Салон, по словам многих посетителей, явно перестарался с ценами, ориентируясь на «русскую аукционную неделю» в Лондоне.
   
Владелец галереи «Акварель» Георгий Путников заметил: «Время новых русских в красных пиджаках прошло, и никто здесь не будет выкладывать такие деньги, какие платят за работы на Sotheby’s и Christie’s. Вы сначала вывезите картину на аукцион, сделайте это легально, докажите чистый провенанс, убедите взять и тогда смело просите за нее миллионы. И хотя уровень Салона довольно неплохой, шедевров, за которые стоило бы платить большие деньги, я лично не видел». С ним согласился владелец «Независимой газеты» Константин Ремчуков: «Лондон сносит башню всем, однако люди не понимают, что в конечную стоимость аукционного лота заложен не только интерес самого аукциона, но и процентные ставки дилеров и многое другое. Здесь же мы наблюдаем пиковые цены даже на средние вещи. Лично мы с женой ничего особенного брать не стали, а остановились на милом газетном столике в стиле ар деко для нашей семисотметровой квартиры».
   
Дорого просили, в частности, за беспроигрышный хит западных аукционов — мариниста Ивана Айвазовского. Арт-студия «Кентавр» предлагала его «Пейзаж с маяком» за $650 тыс., аукционный дом «Кростби» просил за «Зимний пейзаж» $3 млн., а за привычное «Море» — чуть больше $1 млн., столько же примерно хотела и галерея «Антик-интерьер» за «Шторм у скалистого берега моря» — всего 1 млн. евро.
   
Желающие могли прицениться к «Сосновому бору» Ивана Шишкина за $1,2 млн. или «Развалинам Херсонеса» Константина Коровина за $600 тыс. (салон «Петербург»). Хотели $900 тыс. за приятную работу Василия Поленова «Летний пейзаж с рекой и лодкой» (антикварное объединение «Магнум-Арс»), $1 млн. за «Цирк» Бориса Анисфельда — (галерея «Антик-интерьер») и столько же за его работу «Синяя статуя» (галерея «Первые имена»), а «Христа» Владимира Маковского продавали за $1,5 млн. (антикварный салон «Каменноостровский»).
   
«Альбион Галерея» выставила целую экспозицию живописи, графики и печатной графики под названием «Борис Кустодиев. Избранное» (картина «Народное гулянье» продавалась за $400 тыс., а «Петроград. Залпы революции» — за $300 тыс.). На стенде этой галереи разыгралась смешная сцена. Один коллекционер, присматриваясь к «революционному Петербургу», говорил приятелю: «А ты не помнишь, у меня этот же Кустодиев был, ну тот, который фальшаком оказался?» «Нет, — отвечал приятель. — В том Аврора левее, ближе к берегу, стояла и матросов меньше было. Да и стоила она всего $25 тыс.»
   
Галерея Леонида Шишкина показала выставку к 100-летию со дня рождения Дмитрия Налбандяна. Работы были приобретены Шишкиным у самого художника совсем за другие деньги, а сегодня масштабная картина «На стройке» стоит уже $350 тыс.
   
Побродив по залам, публика обменивалась мнениями. Коллекционер Роман Бабичев высказался деликатно: «Очень красивый Салон, но здесь почти нет шедевров. На Западе подобные салоны — это такое место, где висит очень много качественных работ. А у нас висят далеко не шедевры, а стоят очень дорого». Галерист Феликс Комаров оправдывал отсутствие ярких работ: «Выставка не может состоять из одних раритетов. Салон же проводится для того, чтобы не только посмотрели, но и купили. А если кто-то хочет видеть только вещи, которые являются высочайшими в эстетском плане, лучше пойти в музей». Глава Альфа-банка Петр Авен, пробежавший по Салону в сопровождении супруги и дилера, также особого восторга не испытывал, хотя и задерживался на пару минут у знакомых галеристов. А глава Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям Михаил Сеславинский, направлявшийся к выходу с полиэтиленовыми пакетами, полными антикварных книг середины XIX века, признался, что у него от посещения «осталось ощущение праздника, но очень дорогого».
   
Коллекционер Владимир Некрасов тоже отметил, что «на Салоне помимо известных есть работы «непонятных» художников, но даже на эти вещи цены запредельные и абсолютно неадекватные рынку». Кстати, именно его коллекция «Арбат Престиж музей» (собранная, понятное дело, совсем по другим ценам) и стала истинным хитом Салона. На стенде под названием «Классики русского авангарда» были представлены работы Казимира Малевича «Цветочница», Павла Филонова «Пасха», Марка Шагала «Над Витебском», «Метельщик», «Розовые любовники» идр., «Портрет родителей» Роберта Фалька и «Портрет Добычиной» Натана Альтмана. Картины вызывали у других коллекционеров плохо скрываемую зависть. Но не всем же, как Некрасову, удается купить коллекцию известных питерских собирателей Чудновских (в частности, «Цветочница» Малевича и «Любовники» Шагала были именно оттуда).
   
Впрочем, большинство российских коллекционеров предпочитают свои собрания не афишировать. А возможно, многие коллекции давно уже покинули пределы России, осев где-нибудь на виллах Монако или в лондонском особняке. На стенде лондонской галереи Ravenscourt (картины Андре Дерена, Отона Фриеза и Луи Вальта), представленной на Салоне, признались, что наши покупатели здесь все больше смотрят, а если и покупают, то в основном там. Для сравнения: совокупная стоимость всех 190 работ аукциона «Совком» (передвижники — Станислав Жуковский и Степан Колесников, парижская школа — Андрей Ланской, авангард в лице Малевича идр.), который прошел в рамках Салона, всего $6 млн., а объем «русских торгов» западных аукционных домов во много раз больше.
   
Поэтому, возможно, покупать Пикассо там намного логичнее, чем Айвазовского здесь. Ведь сейчас, как с горечью сказала одна галеристка, «идет страшная эмиграция, которой мир еще не видел — эмиграция миллионеров из России».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK