Наверх
12 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2007 года: "Эффект ставочки"

«Ссудный» день, вопреки прогнозам пессимистов, не приблизил розничные банки к краю финансовой пропасти. Но ЦБ ясно дал понять, что играть по старым правилам в самом прибыльном сегменте рынка уже не получится.Засучив рукава Центробанк взялся за регулирование рынка потребительского кредитования. Раньше руки как-то не доходили — важнее было отрегулировать рынок привлечения средств от населения (в том числе заставляя банки снижать необоснованно завышенные проценты по вкладам). Над ним время от времени сгущались тучи кризиса, что создавало социальную напряженность. Теперь ситуация изменилась, заработала система страхования вкладов, а россияне между тем бросились набирать кредиты.

Так дошел черед и до реформ в ссудном бизнесе.

Золотые времена

Когда в декабре 2004 года Рустам Тарико вдруг неожиданно дал от ворот поворот подразделению BNP Paribas — банку Cetelem, многие крутили пальцем у виска: дурит водочный магнат.

Несколькими месяцами ранее Cetelem предложил ему $300 млн за половину акций холдинга, контролирующего 90% банка «Русский стандарт». Но Тарико отказался, почувствовав перспективы нарождающейся российской розницы. И как в воду глядел — бум потребкредитования развеял представление о том, что сверхприбыли светят только тем, кто сидит на трубе или на скважине.

Именно банк Тарико стал самым заметным игроком на рынке потребительских ссуд, показав всем «русский стандарт потребкредитования», с его плюсами и минусами. Вытащив банк в тройку лидеров по прибыли, в основном за счет невероятно агрессивной политики, Тарико заслужил косые взгляды доброй половины соотечественников.

Банк немало удивил даже видавшего виды главу банковского надзора Геннадия Меликьяна, который с удивлением узнал, что его водитель взял кредит в «Стандарте» под 30% годовых, но вынужден был платить чуть ли не 100% годовых. Большая часть банковского навара пришлась на скрытые комиссии. «Теперь времена уже не те, банки будут вынуждены снижать стоимость кредитов», — рассуждает Меликьян.

Кредитный приговор

Действительно, теперь «спрятать» доходы в комиссии банкам будет сложно. Инструкция ЦБ обязывает фининституты с 1 июля раскрывать в кредитном договоре эффективную (реальную) ставку по кредиту. Внушительное количество банков оказалось перед дилеммой — снизить реальную ставку в условиях конкурентной борьбы до среднерыночного уровня или же попытаться сохранить нынешний уровень доходности путем поиска новых вариантов получения денег от заемщиков. В первую очередь это коснулось банков, работающих с самыми высокодоходными продуктами — экспресс-кредитами, «наличными без залога» и кредитными картами.

По подсчетам экспертов, на 1 января 2007 года реальная доходность портфеля «Русского стандарта» составила 50,1% годовых (из них 29,9% принесли комиссии и штрафы), «Хоум Кредита» — 42,6% (комиссии и штрафы дали 24%), Инвестсбербанка — 41,7% (22,8% принесли банку одни только комиссии).

На этом фоне доходность кредитных портфелей «ВТБ 24» или «Ренессанс Капитала» (23—26% годовых) выглядит не просто скромно, а даже застенчиво. Притом что формальные ставки по кредитам, например, у «Русского стандарта» и «ВТБ 24» различаются лишь на 6—7 процентных пунктов.

Понятно, что за агрессивность лидерам рынка приходится платить — недобросовестные заемщики «съедают» большую часть дохода. «Доходность розничных портфелей банков, работающих в сегментах экспресс-кредитов и кредитных карт, находится на уровне 40—50% годовых при максимальном уровне «просрочки» около 25% (в некоторые месяцы у ХКФ Банка)», — констатирует аналитик компании «Рус-Рейтинг» Виктория Белозерова. По этой причине маржа у таких банков находится на уровне 15—30%, значительно превышая среднюю маржу на рынке кредитования населения (7—8%).

Тем не менее практически бесконтрольный рост «просрочки» беспокоит высокопоставленных сотрудников ЦБ, пытающихся заставить банкиров обратить внимание на качество своих кредитных портфелей. Ведь чуть ли не половина должников оправдывают свою неаккуратность в погашении кредита тем, что не имели представления об истинной стоимости заемных средств.

После раскрытия реальных ставок такой «отмазки» у них больше не будет. Правда, узнав наконец, что почем, заемщики на некоторое время могут охладеть к жизни в кредит. По мнению зампредправления банка «Индустриальный кредит» Сергея Синицына, в ближайшие 2—3 месяца объем выдачи потребкредитов может снизиться примерно на 10—15%.

В одном из крупных банков признались, что после раскрытия ставки (а она поднялась всего на 4 пункта) объем выданных кредитов уменьшился на 14%. «Это временный спад, который со временем «выправится», поскольку потребность в заемных деньгах у граждан все равно еще очень высока. Затем последует снижение ставок и новый всплеск», — уверен Сергей Синицын.

Лидеры потребкредитования уже сейчас снижают ставки до конкурентоспособного уровня, теряя в доходности. Банкиры считают, что эти потери хотя бы частично можно компенсировать за счет более тщательной проверки заемщиков и, соответственно, снижения рисков.

Другой вариант — отказаться от комиссий в пользу увеличения штрафных санкций. Остаться при своих, по мнению гендиректора Национального рейтингового агентства Виктора Четверикова, можно и другим способом — выставить условия, при которых клиент будет обязан покупать страховку в родственной банку страховой компании (естественно, по завышенным тарифам).

«Дабы попытаться сохранить доходность на прежнем уровне, банки будут намного активнее предлагать карточные продукты», — добавляет Четвериков.

В сегменте автокредитования, несмотря на необходимость включать платежи в пользу третьих лиц (например, автокаско) в эффективную ставку, больших потерь банки тоже не понесут. Сейчас, по словам Виктории Белозеровой из «Рус-Рейтинга», доходность розничных портфелей банков, преимущественно работающих в сегменте автокредитования, варьируется в зависимости степени «лояльности» к заемщикам. И, так же как в потребкредитах, напрямую коррелирует с уровнем «просрочки» в портфелях. «В качестве примера можно привести доходность розничного портфеля НБ «ТРАСТ» — около 30% за 2006 год при уровне «просрочки» около 5%», — рассказывает Виктория Белозерова. Банк предлагает несколько более лояльные требования к клиентам и чуть более высокие ставки по кредитам.

STRONG>Мы будем жить теперь по-новому

Желание продолжать играть по старым правилам (то есть не говоря всей правды заемщикам) может выйти финансистам дороже, чем кажется на первый взгляд.

Дело в том, что, выставляя условие, Центробанк разрешил кредитным организациям не раскрывать реальную ставку, но лишь в том случае, если они будут начислять резервы в индивидуальном порядке по каждому кредиту. А такой подход явно усложнит жизнь банку. Ему придется вести индивидуальные досье заемщиков и в зависимости от степени риска формировать по каждому отдельно резерв.

По оценке директора департамента розничного кредитования Московского кредитного банка Павла Ильина, в этом случае работников понадобится в 10—20 раз больше, нежели раньше. «Безболезненно перейти на индивидуальное формирование резервов могут кредитные организации, выдающие в месяц не более 100—200 ссуд. Крупные розничные банки себе такую «роскошь» позволить не смогут», — считает Сергей Синицын.

Тем не менее уделять усиленное внимание созданию «подушки безопасности» финансистам все равно придется. Ведь 

1 июля также принесло банкирам новый порядок формирования резервов на возможные потери по ссудам.

Теперь кредиты, предоставленные гражданам, группируются в отдельные портфели в зависимости от наличия и продолжительности просроченных платежей. А по каждому типу портфеля ЦБ устанавливает минимальный размер резерва — от 5% до 75%. В прессе даже прозвучало мнение, что на резервирование некоторым кредитным организациям придется потратить большую часть своего капитала. Но, по мнению ряда экспертов, это неактуально. «Банков, «завязанных» на высокорискованные сегменты, единицы», — говорит Виктория Белозерова.

Получается, Центробанк сейчас намерен донести до гигантов рынка потребкредитования мысль, что дальше работать «по старинке» не получится — пора переходить к более цивилизованным формам общения с заемщиками и больше внимания уделять их проверке. Дабы не ставить под сомнение собственную устойчивость.

Ставка — ложь. Да в ней намек

Еще одним инструментом регулирования рынка потребительских ссуд могла бы стать ставка рефинансирования ЦБ. Так, как это происходит во всем мире. Но в российской действительности ставка рефинансирования представляет собой что-то вроде кантовской «вещи в себе» — некое условное понятие, которое фактически не влияет ни на ставки по кредитам, ни на банковскую систему в целом.

Ставка рефинансирования, по идее, отражает уровень текущей инфляции в России, ее главное предназначение, по сути, — компенсация ущерба банковским капиталам от обесценения в результате инфляции. На Западе, с его высочайшим уровнем конкуренции денег, ставки по кредитам отличаются от ставки рефинансирования (или учетной ставки) лишь на несколько пунктов. Межбанковские заимствования вообще отдаются по принципу «ставка рефинансирования плюс 0,5—1,5 процентных пункта».

В России все иначе. Совсем недавно, 18 июня, ЦБ сообщил о снижении ставки рефинансирования на 0,5 пункта, до 10% годовых, но на рынок розничного кредитования это никак не повлияло. Причина понятна: у нас уровень процентов по розничным кредитам настолько оторван от уровня ставки рефинансирования, что о прямом влиянии этого инструмента на розничные ссуды говорить не приходится.

«В России ставка рефинансирования совершенно не выполняет той роли, которую, к примеру, выполняет учетная ставка в США, — говорит независимый финансовый аналитик Александр Патрикеев. — Просто у России и США абсолютно разные экономики. Если в Америке экономика с полным правом называется потребительской и зависит от того, сколько покупают и потребляют граждане страны, то в России она — нефтегазовая».

«Посудите сами: когда реальная ставка по кредиту достигает, к примеру, 70—80% годовых, какая разница, какова сейчас ставка рефинансирования?» — восклицает аналитик ФК «УралСиб» Антон Табах. Так что для нас куда более мощным экономическим фактором остается политическая воля. Сказал президент страны снизить проценты по ипотеке, и все ломают голову, как это сделать. Сказал ЦБ раскрыть ставки, и понеслось. А вот куда принесет — покажет время.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK