Наверх
19 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "ЭРОЗИЯ ЕВРО"

Действительно спасти Европейский валютный союз способны только фундаментальные реформы, которые должны последовать за финансовыми вливаниями. Однако наибольшая опасность исходит от ЕЦБ: он перестал быть гарантом стабильности европейской валюты, и теперь нарастает угроза инфляции.   В Мюнхене раннее утро, пятница после праздника Вознесения Господня. Подходящий день, чтобы выспаться. Однако в залах торгового дома Pro-Aurum, где можно купить золото, как всегда, битком. И так — уже целую неделю.
   Клиентам предлагают кофе и газеты, чтобы не скучали. Все хотят слитки или монеты, без разницы — канадские Maple Leaf, австралийские Kangaroo-Nuggets, австрийские Wiener Philharmoniker. Лишь бы — золотые. Главное — чтобы не падала цена <…>.
   Однажды такой всплеск спроса уже был — в сентябре 2008 года, когда обанкротился банк Lehman Brothers. Но сейчас, когда разразился кризис евро, золотом заинтересовались даже люди, никогда благородными металлами не увлекавшиеся. Это видно — многие очень взволнованны, кое-кто — «в легкой панике».
   Клиенты Pro-Aurum предпочитают бегство в платежное средство, которому люди доверяют с давних времен. Имперская марка, восточная марка, марка ФРГ, евро: бумажные валюты преходящи, а золото остается, убеждают они сами себя. Сознательно не обращая внимания на то, что стоимость золота тоже иногда резко колеблется.
   Но такого ажиотажа вокруг драгоценного металла еще не было, никогда цена не вырастала на треть в течение одного года. В последние недели она била один рекорд за другим. Инвесторы снова нацелились на отметку в тысячу, теперь уже не долларов — эта взята была год назад, — а евро.
   Цена на золото — это показатель того, насколько люди доверяют своей валюте. А нынешнее сомнение в устойчивости евро усиливается пря-мо-таки с каждым днем — несмотря на исключительные меры по спасению европейской валютной системы. А может быть,- именно из-за них.
   Правда, программа «750 миллиардов» на короткое время успокоила финансовые рынки. Биржи пришли в себя, премии за риск при покупке государственных зай-мов южноевропейских стран пошли вниз.
   Но за это спасение приходится платить высокую цену. Может быть, — слишком высокую. В Брюсселе был создан не только гигантский «европейский союз по денежным трансфертам», ассигнующий невиданные доселе многомиллиардные суммы на спасение стран Южной Европы. Одновременно решительным политикам под предводительством Николя Саркози удалось дезавуировать независимость Европейского центрального банка.
   После перехода на евро, происшедшего почти одиннадцать лет назад, французов раздражало то, что единая валюта в основном следовала принципам, которые диктовала Германия. В традициях Франции рассматривать эмиссионный банк как инструмент государства для осуществления его политики в сфере роста экономики и занятости. А Европейский центральный банк от политики не зависел и своей задачей считал исключительно обеспечение устойчивости цен — в точности как Федеральный банк в послевоенной демократической Германии.
   Потому Париж в прошедшие годы вновь и вновь предпринимал попытки сде-лать европейское финансовое ведомство более послушным. Иногда представители французского правительст-ва выражали недовольство слишком высокими, по их мнению, процентными ставками. Иногда они требовали снижения курса евро, чтобы оживить собственный экспорт. Реакции на их пожелания не было никакой. До недавнего времени считалось, что ЕЦБ еще более непреклонно борется с инфляцией, чем это делали в свое время легендарные радетели немецкой марки.
   На позапрошлой неделе с этим было покончено. Под давлением неослабевающих спекулятивных волн, накатывавшихся на евро, канцлер Ангела Меркель дала согласие на пакет мер по спасению, в котором предусматривается не что иное, как полномасштабный пересмотр устоев валютного союза в том направлении, на котором настаивала Франция. Немцы не только позволили, чтобы брюссельская Комиссия ЕС подчинила себе ЕЦБ. Они согласились и на отказ от целого ряда принципов финансовой политики, доселе считавшихся непререкаемыми. Банкиры предоставили свои печатные станки для финансирования государственных кредитов. Они не стали возражать против того, что гарантии по долгам отдельных государств возьмут на себя участники зоны евро. Они вбрасывают в оборот все новые массы денег, хотя уже сейчас ликвидности на рынках столько, что многие эксперты ожидают подъема индекса инфляции в ближайшее время.
   ЕЦБ, отвечающий за евро, теперь скупает государственные займы «слабых стран», таких как Греция, Испания и Ирландия. Он переступил через табу, которое всегда объявлял незыблемым. Банк, всегда кичившийся своей независимостью, теперь сдал позиции, уступив напору политиков.
   Растет опасение, что гигантская долговая волна в ближайшее время накроет Европу и что страны зоны евро избавятся от всех своих долговых обязательств элегантно и без зазрения совести, как это часто бывало в истории: долги обесценятся инфляцией. Этот страх обуревает не только закоренелых противников бумажных денег, непрестанно твердящих о возврате гиперинфляции.
   Даже признанные эксперты, такие как Йоахим Фельс, главный экономист инвестиционного банка Morgan Stanley, не стесняются обсуждать вероятность такого события: хотя это и экстремальный сценарий, но исключать его нельзя. По меньшей мере для центральных банков «искушение ликвидировать растущие государственные долги за счет инфляции» стало, по-видимому, непрео-долимым.
   Макс Отте, профессор из Вормса, раньше всех предсказавший катастрофу на финансовых рынках, считает, что «союз стабильности» уже на пути к превращению в «инфляционное сообщество». Рост цен на 7% в год вполне достаточен, показывает он в своих расчетах, чтобы меньше чем за десять лет стоимость имущества уменьшилась наполовину. «Происходит эрозия евро изнутри, — утверждает экономист, — барометр указывает на инфляцию».
   Федеральное правительство Германии за то, чтобы глава Федерального банка Аксель Вебер взял на себя миссию предотвратить самый нежелательный сценарий. Именно его считают самым вероятным преемником президента ЕЦБ Жан-Клода Трише, уходящего в отставку в будущем году. Канцлер Меркель уже несколько месяцев обрабатывает глав государств и правительств Европы, чтобы обеспечить немцу такой карьерный скачок. Вместе с главным экономистом ЕЦБ Юргеном Штарком и главой эмиссионного банка Голландии Нутом Веллинком Вебер голосовал против покупки Европейским ЦБ займов стран зоны евро, имеющих высокую задолженность. Но ему пришлось уступить воле большинства.
   Меркель, кажется, уверена в успехе своего плана. Она уже определилась и с преемником Вебера. Новым президентом Федерального банка она хочет видеть Юргена Штарка. Недавно у нее был разговор с главным экономистом ЕЦБ, и он дал согласие.
{PAGE}
   Если Меркель удастся провести в жизнь свои кадровые замыслы, во главе ЕЦБ, а также крупнейшего и самого влиятельного из входящих в него банков окажутся два общепризнанных «ястреба» финансовой политики, считающих своей главной целью удерживать инфляцию в узде.
   Вопрос только в том, реально ли это сейчас и есть ли вообще шансы спасти евро.
   Для европейских правительств настоящая работа по оздоровлению валютного союза как раз теперь и начинается. Пакет мер по спасению, рассчитанных на три года, — всего лишь отсрочка.
   Прежде всего Греция должна привести в порядок свои запутанные финансовые де-ла. Задача эта трудна, если вообще выполнима. Даже глава Deutsche Bank Йозеф Аккерман на позапрошлой неделе в ток-шоу «У Майбрит Ильнер» во всеуслышание высказал сомнение в том, что греки действительно смогут обслуживать свои долги.
   У других проблемных стран ситуация, правда, заметно лучше, но к суровым мерам придется прибегать и им. На позапрошлой неделе Португалия и Испания приняли дополнительные пакеты мер по сокращению государственных расходов.
   По оценке правительства Германии, этого еще не достаточно. В ведомстве канцлера и в Министерстве финансов считают, что каждая страна, входящая в зону евро, должна предпринять больше усилий, направленных на снижение расходов, и тем укрепить доверие к евро.
   В ближайшее время министр финансов Вольфганг Шойбле на встрече со своими коллегами по так называемой еврогруппе внесет соответствующее предложение, чтобы запустить общеевропейскую программу консолидации бюджетов.
   Федеральное правительст-во намерено показать пример другим. Закрепленное в Ос-новном законе новое положение о снижении бюджетного дефицита оно обязуется неукоснительно соблюдать, для чего планирует начиная с 2011 года сокращать расходы приблизительно на десять миллиардов евро ежегод-но <…>.
   Помимо этого федеральное правительство намерено убедить земли в необходимости согласованной стратегии оздоровления государственного бюджета. Эти вопросы оно собирается сделать предметом обсуждения на только что созданном Совете по стабильности, в котором представлены федеральные и земельные власти. Один из членов правительства заявил: неразумно, чтобы федеральные власти и земли, как до сих пор, разрабатывали свои бюджеты практически независимо друг от друга.
   Меры по экономии средств, для которых необходимы изменения действующих законов, нередко могут быть проведены только с согласия земель. Потому разумнее договариваться с ними с самого начала.
   Такие договоренности вскоре понадобятся главе Министерства финансов Шойбле. Те миллиарды, которых недостает для сведения бюджета на 2011 год, он собирается сэкономить по статьям, связанным с социальным обеспечением граждан. В их число входят пособия на детей, выплаты родителям, так называемое «второе пособие по безработице». «Сейчас нет никаких табу — экономить придется и на социальных пособиях, и на дотациях», — заявляет один высокопоставленный чиновник из ведомства Шойбле.
   Но для стабилизации евро одного оздоровления государственных финансов будет недостаточно. Прежде всего необходимо устранить родовые травмы единой валюты. Настоятельно необходимо улучшить координацию экономической и финансовой политики стран, входящих в зону евро.
   Необходимо также ужесточить пакт о стабильности. В случае нарушения принципов финансовой добропорядочности санкции вплоть до денежных штрафов должны следовать автоматически, а не устанавливаться большинством голосов, как было до сих пор. Предложения европейского комиссара по финансам Олли Рена предусматривают такие ужесточающие меры.
   Рен считает, что для укрепления евро страны, входящие в еврогруппу, должны будут поступиться частью своего суверенитета. Всем государствам придется подчиниться централизованной системе бюджетного координирования, штаб-квартира которой будет находиться в Брюсселе.
   Своей концепцией Рен ставит национальные органы финансовой политики и весь валютный союз перед дилеммой. Чтобы евро поддержать, остро необходимы централизованный надзор и контроль. С одной стороны.
   А с другой — предложения финского комиссара по меньшей мере уязвимы с точки зрения теории демократии. Безликая бюрократия, не обладающая демократической легитимацией, получит больше прав влиять на бюджетную политику отдельных стран, нежели национальные парламенты с их свободно избранными депутатами.
   Не каждый уважающий себя парламентарий согласится с таким ущемлением его полномочий. Право принимать решения о государственном бюджете, которое парламенты в прошлые века отвоевали у своих монархов, не случайно называют «королевским правом» депутатов. В Германии возникает еще одна проблема. Федеральный конституционный суд в своем заключении о Лиссабонском договоре высказался против дальнейшей интеграции Германии в европейские структуры. А планы Рена предполагают именно такую интеграцию.
   Итак, нет никаких гарантий того, сможет ли — и если да, то в какой форме, — выжить единая европейская валюта евро, будет ли она сильной или слабой, завоюет ли вновь доверие граждан и инвесторов. Это в первую очередь зависит от того, сможет ли ЕЦБ вернуть деньги, которые он сейчас тратит на покупку государственных займов. «Мы полностью уберем с рынка излишнюю ликвидность, до единого евро», — обещает президент ЕЦБ Жан-Клод Трише в беседе с журналом Spiegel.
   Технически изъятие лишней ликвидности большой проблемы не составляет. Центральным банкам достаточно остановить выполнение своих чрезвычайных программ. Например, ЕЦБ еженедельно объявляет о проведении так называемых открытых конкурсов по размещению ценных бумаг. Если некоторое время таких сделок не проводить, деньги с рынка уйдут.
   Центральные банки могут и продавать облигации, чтобы уменьшить денежную массу на рынке. Остается также классический инструмент сокращения денежной массы: повышение процентных ставок.
   Самое сложное — выбрать правильный момент для каждого из этих шагов. Если центральные банки начнут действовать слишком рано, есть опасность, что они в зародыше задушат тенденцию к подъему экономики. А если поддадутся давлению политиков и станут слишком долго ждать, цены могут выйти из-под контроля.
   И тогда процесса уже не остановить.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK