Наверх
18 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "Фаталист"

Одна из любопытных тенденций последнего времени — появление в губернаторских креслах известных бизнесменов. В отличие от Романа Абрамовича, добровольно избравшего свой чукотский путь, и Александра Хлопонина, немало прожившего на Таймыре в пору своего руководства «Норникелем», вице-президент ЮКОСа Борис Золотарев в Эвенкию попал, что называется, с корабля на бал.Каждые двенадцать лет

Если верить циркулирующим по ЮКОСу слухам, в Эвенкии успешный топ-менеджер Борис Золотарев оказался не совсем по доброй воле. На этот счет в компании имеется своя корпоративная байка: дескать, вел Борис Николаевич один проект стоимостью 25 миллионов долларов. И как-то недосмотрел, недоконтролировал: несколько сотен тысяч из них словно сквозь землю провалились. Глава ЮКОСа Михаил Ходорковский недаром имеет репутацию сурового, но мудрого управленца: пригласил к себе Золотарева на беседу, после которой тот вышел не вполне в себе и, казалось, не очень благодарный за оказанное высокое доверие. Он упорно отмалчивался, но по компании быстро разлетелось: Золотарев будет выдвигаться губернатором Эвенкии, где через пару-тройку лет ЮКОС планирует добывать нефть.
Говорят, Ходорковский привел убийственный довод: «Борис Николаевич, с бюджетом должен работать или кристально честный человек, или финансовый гений, но в любом случае богатый». Если Золотарев и пытался что-то возразить, то, судя по всему, неубедительно.
Борис Николаевич Золотарев родился 13 марта 1953 года в Краснодарском крае. По месяцу рождения — Рыба, по году — Змея, по сущности — фаталист: «В это, конечно, можно не верить, но я давно заметил, что моя жизнь циклична. Каждые 12 лет в ней происходят глобальные изменения, и мне приходится всякий раз все начинать сначала».
В семье кроме Бориса росли еще двое сыновей. Старший вырос до генерал-майора, стал профессором, сейчас преподает в Академии погранвойск. Средний возглавляет один из производственных комбинатов в подмосковном Щелкове, ну а у младшего, Бориса, с детства была тяга к технике. Закончив Краснодарский техникум электронного приборостроения, Борис вслед за братьями уехал в Москву. После армии поступил на вечернее отделение Московского института электронной техники и устроился на работу на зеленоградский «Электрон».
«За двенадцать лет я прошел путь от простого рабочего до директора предприятия. Казалось, ничто не предвещает перемен, но тут началась перестройка. Параллельно с перестройкой в обществе я решил устроить перестройку на заводе. Внедрял новые методы, новые системы, что очень не нравилось руководству электронной промышленности. После того, как я одобрил начало кооперативного движения на предприятии, мне мягко предложили уйти».
В отличие от других, которые начинали жизнь заново по принципу «глаза боятся, а руки делают», Золотарева новое время не страшило. «Нет, страшно не было. Я оглядывался вокруг и говорил себе: ты не один такой, значит, все получится».
В 1989 году один из бывших сотрудников Золотарева познакомил его с молодым и активным юношей Мишей Ходорковским, возглавлявшим тогда центр Научно-технического творчества молодежи (НТТМ) и успешно продававшим компьютеры. Несмотря на то, что Золотарев был на десять лет старше 25-летнего Ходорковского, разница в возрасте ни того, ни другого не смутила.
«Ходорковский — удивительно талантливый человек, который заслуживает огромного уважения. Все годы, проведенные с ним, отмечены титаническим трудом. Я когда-то пошутил: «Миш, за первые пять лет, что я тебя терпел, ты мне пять акций подарил. А за вторые пять — не подарил». Ходорковский немедленно парировал: «Ну я же стал лучше».
Спустя всего полгода доверие Ходорковского к новому сотоварищу настолько возросло, что он назначил его директором по управлению всей банковской группой «Менатеп» и возложил на него обязанность курировать строительно-хозяйственное направление. Рассказывая о том периоде своей жизни, Золотарев улыбается: «Это управление было единственным в группе, которое не зарабатывало деньги, а только тратило. Мы построили практически все здания, в которых располагались офисы «Менатепа» по всей стране».
После того, как в 1995 году Михаил Ходорковский приватизировал ЮКОС, один из постов вице-президента достался Борису Золотареву. После чего тот отправился в Англию, учиться в школе английского языка.
«Правда, зачем я его учил, непонятно, — говорит Золотарев. — Потому что практически сразу после Англии я уехал в Венгрию, на стажировку в нефтяную компании «Мол». Там английский совсем не пригодился, все говорили исключительно на венгерском».
Из Венгрии Золотарев приехал с каким-то особенным опытом построения сети продаж на автозаправках и начал его реализовывать. Что за особенность кроется в этом проекте, Золотарев не рассказывает: дескать, когда все заработает, сами увидите.
Правда, завершить проект с заправками Золотареву уже не удастся. Год назад истекли двенадцать календарных лет и начался его новый жизненный этап — губернаторский.
Большой медвежий угол

Когда стало понятно, что роль эвенкийского ссыльного отведена ему, Золотарев решил отправиться на разведку. Впрочем, Борис Николаевич свое нынешнее место работы не считает ни ссылкой, ни комсомольским поручением.
«Просто, — говорит он, — в серьезных корпорациях существует неписаное правило: компания не должна быть безразлична к тому региону, где она работает. Ни с точки зрения управления, ни с точки зрения социальной защищенности местного населения. По большому счету, моя работа на посту губернатора ничем не отличается от работы в должности вице-президента ЮКОСа. В последнее время я занимался там проектами, и Эвенкию я тоже воспринимаю как большой и важный проект».
Что касается прилагательного «большой» — так это сущая правда. Территория Эвенкии — 700 тысяч квадратных километров, полторы Франции. Расстояние между населенными пунктами — 300—400 км. Вместо такси — вертолет. Вместо персонального автомобиля с шофером — персональные олени. Продукты доставляют либо по воздуху, либо по реке.
23 ноября 2000 года Золотарев впервые отправился в Эвенкию — узнать, где это находится. Выяснилось, что это край света. В Москву Золотарев вернулся в удручающем настроении. Он то и дело говорил своим подчиненным: «Вы даже представить не можете — это действительно край света. Настоящий медвежий угол».
«А нельзя было отказаться?» — спросила я Бориса Николаевича. В ответ он обреченно рассмеялся.
Регион, в котором предстояло хозяйствовать Золотареву, до последнего времени представлял интерес лишь для МЧС — перебои с электричеством, теплом и питанием являлись малой толикой тех проблем, с которыми постоянно сталкивались местные жители.
Спустя год губернаторского правления Золотарева в Эвенкии обнаружились первые признаки социальной стабильности: проводится реформирование жилищно-коммунального хозяйства, в энергетику инвестировано порядка 220 млн. рублей.
Среди прочих заслуг нового губернатора — снижение затрат на управление регионом. Так мудрено называется процесс отлучения от скудного эвенкийского бюджета посредников, которые стараются за счет бюджетных денег решать, по выражению Золотарева, совершенно ненужные и неуместные вопросы.
Особая гордость Золотарева — система автоматизированного управления, внедренная в администрации губернатора. В какой бы точке мира ни находился губернатор, он управляет округом по компьютерной связи в режиме он-лайн. Окруженный комфортом и достижениями цивилизации, Борис Николаевич теперь и на эвенкийскую действительность смотрит не так мрачно: «Нравится ли мне здешняя природа? Ну, знаете ли, во всем есть своя прелесть».
«Моя необходимость — Эвенкия»

В Кремле достаточно благосклонно относятся к появлению новой формации региональных правителей — так называемых бизнес-губернаторов. Один из чиновников президентской администрации в неформальной беседе сказал: «По большому счету, никакого негатива такая тенденция не несет. Топ-менеджеры крупных компаний, делегированные на губернаторство, подходят к руководству регионом не как политики, а как управленцы. Их в первую очередь волнует, чтобы предприятие, оно же регион, работало, приносило прибыль, а служащие — жители этого региона — были бы довольны и социально защищены. Помимо этого в значительной степени выправляется и финансовое состояние региона. Во-первых, будучи уже достаточно обеспеченными людьми, эти губернаторы не заглядывают в местный бюджет, делая его, напротив, достаточно прозрачным. А во-вторых, если в крае возникает какая-то серьезная проблема, губернатор всегда решает ее при помощи собственной компании и ее инвестиций, а не путем атак на федеральное правительство».
Насколько успешно решаются проблемы в Эвенкии, Золотарев судит, в первую очередь, по просьбам и жалобам местного населения.
«Год назад люди просили денег. Они встречали меня на улице, приходили ко мне домой, приходили в администрацию. Теперь, спустя год, когда мы приезжаем в дальнюю факторию и спрашиваем, чего не хватает, люди просят услуг и товаров. Они стали зарабатывать деньги и хотят получить возможность учиться, возможность выехать на материк».
Со своим ближайшим соседом, губернатором Таймыра Александром Хлопониным, Золотарев подружился быстро. Практиковались частные наезды друг к другу в гости (всего два часа лета), походы на охоту вперемежку с обсуждением злободневных для обоих тем социальной политики, взаимоотношений центра и регионов, переселения на Большую землю.
А вот с покойным Александром Лебедем, как рассказывают очевидцы, отношения строились неровно — то ли в силу противоположности характеров, то ли в силу разного прошлого. Как бы там ни было, но, когда Лебедь выступил с популистской инициативой объединить Таймыр, Эвенкию и Красноярский край, Золотарев встретил ее в штыки.
«Кому это нужно? — возмущался он в одном из своих интервью. — Зачем? Есть субъект Федерации — своя жизнь, свои люди, свои планы. Если посадить главного человека в Красноярске — это вообще будет мрак. Невозможно представить, что губернатор Красноярского края после объединения побывает когда-то в Эвенкии — я за год не могу облететь эту огромную территорию, а так… Когда государство отдаляется от человека, проблемы становятся более неразрешимыми. Особенно проблемы коренного населения. Совершенно уверен: если провести интеграцию, коренное население погибнет. Просто растворится на этой огромной территории, в этом огромном пространстве».
После трагической гибели Александра Лебедя аналитики утверждали, что эвенкийский губернатор Золотарев непременно будет участвовать в новых выборах. Однако этого не произошло.
«Возможность моего участия в выборах губернатора Красноярского края даже не обсуждалась. Смысл в чем? Человеком должно двигать либо честолюбие, либо необходимость. Моя необходимость — Эвенкия. Это стратегически важный для нас регион, где сейчас ведется геологоразведка, а через пару-тройку лет, возможно, будет добываться нефть. А что касается честолюбия… В этом конкретном случае его у меня нет. Работа губернатора — одна из неблагодарнейших. Если бы я раньше не занимался бизнесом и не заработал достаточный материальный ресурс, не знаю, как бы жил на свою губернаторскую зарплату. Шестнадцать тысяч рублей в месяц! Это лишь два раза слетать из Красноярска в Москву».
Северное товарищество

На переносице эвенкийского губернатора красуется шрам — на охоте поранился. Интересуюсь успехами. «Успехи хорошие, — отвечает Золотарев. — Там столько оленей, что промахнуться невозможно».
Супруга за любимым мужем на край света не поехала, поэтому одиночество губернатора скрашивает привезенная из Москвы кошка — совершенно потрясающая, лохматая, вислоухая дочка британской кошки и сибирского кота. А также не менее удивительное создание — гибрид кавказской овчарки и чау-чау. Губернатор до сих пор теряется в догадках, как такое могло произойти, но тем не менее на собачку не жалуется: вызывая к себе трогательное отношение, она очень сильно кусается и надежно охраняет дом.
Из москвичей с Золотаревым работают всего четыре человека. «Ко мне приехали те, кто захотел. Принцип был такой. Если кто-то изъявлял желание, я из своих личных средств оплачивал дорогу, чтобы приехали, посмотрели. И если человек не пугался насмерть, давал возможность принять решение. Многие отказались».
Каждую пятницу в доме Золотарева работает так называемый губернский клуб: сотрудники его администрации могут прийти в дом, поужинать, поиграть в бильярд, посмотреть фильм. Неформальное или, как говорит Золотарев, корпоративное общение здорово помогает в работе и сплачивает коллектив.
Глава ЮКОСа Михаил Ходорковский часто навещает вотчину своего бывшего вице-президента. Прошлым летом, например, и вовсе провел в Эвенкии большую часть отпуска, после чего губернатор Золотарев стал отзываться о своих владениях как об одном из красивейших мест, созданных природой.
Одинокий, еще совсем не старый и привлекательный губернатор пользуется повышенным вниманием со стороны эвенкийских жительниц. Однажды Золотарев, покидая вечером свой кабинет, нечаянно подслушал разговор двух своих сотрудниц, о чем рассказывает, уморительно копируя их интонации: «Валя, Валь, ты знаешь, что Валентина Григорьевна — любовница-то нашего губернатора. А муж-то у нее, Сашок, летчик-то, пытался повеситься, стал на табуретку, веревку привязал, веревка не выдержала, упал, разбил коленку, и все. Летать не может теперь. На операцию поехал. А губернатор-то, человек какой хороший-то, денег ему на операцию дал».
Впрочем, к подобным вещам Золотарев относится с легкостью. Будучи внутренне абсолютно свободным человеком, он считает, что нестандартные ситуации только улучшают жизнь. Нестандартный губернатор нестандартного региона.
У Золотарева, кстати, и семья тоже не совсем стандартная: своим детям губернатор дал полную свободу в выборе собственного жизненного пути.
Дочери Наталье 25 лет. Она закончила МГУ и Английский открытый университет, работает начальником отдела в одной из московских компаний, но питает большую склонность к дизайну и пытается сейчас открыть собственную студию. Ее дизайнерские работы часто публикуются в журнале «Домашний очаг».
Сын в нынешнем году закончил IBS (International British Shool), где учился вместе с Децлом и Алсу. Должен был продолжать образование в Англии, но внезапно решил заняться музыкой — собрал группу и теперь играет в молодежных кафе и готовится поступать в государственный институт звукорежиссуры. Музыкальный стиль группы Золотарев-старший характеризует как нечто среднее между рэпом и тяжелым роком: «Я одну только песню смог выдержать, но молодежи нравится».
Золотарев не любит вопросов о том, насколько жизненный выбор детей соотносится с его пожеланиями. Как, впрочем, не любит он и говорить об ошибках, случавшихся в прошлом. «Знаете, на Западе в компаниях широко распространен психологический прием: бросают деньги на пол и топчут их ногами, выхолащивая тем самым у человека такое чувство, как сожаление. Я никогда не пытаюсь анализировать свою жизнь, чтобы сожалеть. Если мне что-то хочется вспомнить, я вспоминаю только самое хорошее и никогда не думаю, что произойдет через 12 лет».

ИННА ЛУКЬЯНОВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK