Наверх
14 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "Герои мифов"

Мучительные поиски киногероев новейшего времени продолжаются. На вакантное место, занятое прежде строителями нового будущего в лице партийных лидеров советcкого пространства, а позже людьми, которых политика волновала в последнюю очередь, претендуют строители будущего пространства российского.Я его слепила из того, что было

Поиск желанного образа эпохи — едва ли не главное занятие кинематографа. На рубеже 60-х годов любимцами режиссеров, девушек и журналистов были молодые веселые интеллектуалы, перед которыми открывала тайны сама природа. Депутатов Балтики, героев революции и Великой Отечественной, парторгов и сельских учительниц затмили физики из «Девяти дней одного года» Михаила Ромма и стюардессы из «Еще раз про любовь» Георгия Натансона.
Социального оптимизма и надежды на прогресс, впрочем, надолго не хватило, и легкое дыхание лиричного десятилетия сменили мучительные вздохи о правильности выбора пути. В унылые брежневские 70-е самые тонкие мастера кино почувствовали перемену общественных ожиданий и предложили зрителю героя, заблудившегося на перепутье времени. Например, фильм Отара Иоселиани «Жил певчий дрозд» изначально так и назывался: «Человек, потерявший себя».
Целая коллекция фильмов о «лишних» людях («Осенний марафон» Георгия Данелии, «Остановился поезд» Вадима Абдрашитова, «Калина красная» Василия Шукшина и, наконец, житие растерянного человека — «Полеты во сне и наяву» Романа Балаяна) пополнила галерею новыми портретами. Одновременно вектор поиска киногероя резко устремился в прошлое. «Восхождение» Ларисы Шепитько, «Иваново детство» и «Андрей Рублев» Андрея Тарковского, «Двадцать дней без войны» и «Мой друг Иван Лапшин» Алексея Германа превратили кинематограф в тончайший инструмент рефлексии о времени и о себе.
Прошло еще десять лет, и драгоценный навык рефлексии начисто исчез из отечественного кино. К середине 90-х на место героя претендовал «брат» Данила Багров. Герой Алексея Балабанова говорил мало, а бил точно. Но юноша, утверждавший, что правда не в деньгах, в лидерах продержался недолго. Место героя вновь оказалось вакантным.
Лет пять назад, после сокрушительного успеха «Особенностей национальной охоты», ходили упорные слухи о том, что планируются съемки трагикомедии «Особенности национальной политики». Добавление «в предвыборный период» подразумевалось по умолчанию. Тогда фильм снят не был. Что, в общем-то, понятно — какая там киномифология, когда реальные выборы на носу. Обобщения были неуместны и слишком рискованны. Но чем дальше 90-е уходят в прошлое, тем соблазнительнее использовать их живописные сюжеты уже в качестве исторического антуража. Соблазн тем больше, что американское кино предлагает отработанные жанровые образцы на тему становления демократии в стране свободного рынка: от «Гражданина Кейна» до «Однажды в Америке», от «Крестного отца» до «О, где же ты, брат?». Казалось, всего-то и делов: переложить американскую мифологию на русский лад — и получится национальный хит. Два варианта такого переложения зрителям предлагает сентябрьский прокат. Почти одновременно выходят на экраны «Раскаленная суббота» Александра Митты и «Олигарх» Павла Лунгина.
Тяжела и неказиста жизнь депутата

Режиссер Александр Митта пригласил в качестве консультанта настоящего российского депутата Владимира Рыжкова, нашел бюджет в $800 тысяч и решил достойно ответить американцам, захватившим отечественный кинопрокат. При этом парадоксально положив в основу своего фильма любимый все теми же американскими киношниками конфликт между защитником свободы и прав среднего бизнеса (у нас им окажется депутат Государственной думы) и нехорошим олигархом, который собирается прикарманить государственные денежки в размере полутора миллиардов долларов. В Новом Свете такие сюжеты обычно используют для того, чтобы подчеркнуть торжество американской демократии и равенство всех (от президента до продавца мороженого) перед Законом, потому как так называемый средний класс и есть большинство народа.
В «Раскаленной субботе» конфликта депутата Земцова (Владимир Симонов) с неким олигархом Борисом Семеновичем (Анатолий Кузнецов) хватает на завязку и на развязку действия. Конфликт этот оказывается чем-то вроде рамочки с виньетками, обрамляющей картину совсем с другим сюжетом — мелодраматическим, в котором красавица-жена разрывается между рассудительным мужем-депутатом и разбитным любовником. Любовник, обвешанный тротиловыми шашками, везет все семейство приятеля прямо в логово Змея Горыныча, тьфу, олигарха, то есть, Бориса Семеновича.
Попросту говоря, социальный сюжет о борьбе депутата с олигархом легким движением режиссерской руки превращается в знакомую с детства историю про Красную Шапочку и Серого Волка. С тем отличием, что в роли Красной Шапочки выступает не одна маленькая девочка, а еще ее папа и мама (то есть депутат с женой), а Серый Волк (роль которого исполняет Алексей Гуськов) сам не знает, чего он хочет. Вначале берет целую семью в заложники, а потом, довезя их до Змея Горыныча, спрятавшегося в подмосковных лесах, взрывает себя, чтобы их спасти. Очередная загадка русской души?
Смотреть этот фильм можно, только если вы обладаете редкой формой амнезии: мгновенно забываете то, что вам только что показали, и не пытаетесь выстроить более или менее непротиворечивую версию увиденного. Например, не задаетесь вопросом, почему в фильме о противопоставлении народного избранника нехорошему олигарху главным героем становится похититель этого избранника? Сам же избранник, даром что тяжелой нижней челюстью и крепкой фигурой напоминает образцовых американских героев, выглядит беспомощной жертвой — подкаблучник у жены, марионетка в руках друга. Его твердость в отстаивании законопроекта абсолютно декларативна и напоминает лаконичные лозунги предвыборных роликов.
А кого, собственно, защищает наш герой? Здесь патриотизм Митты тоже приобрел загадочные очертания. Средний бизнес, интересы которого наш депутат отстаивает в фильме, — карикатурная кучка людей, скандирующих у подъезда Госдумы в поддержку законопроекта. Избиратели же, которые встречаются народному избраннику на дорогах, вообще хороши: то хитроватый крестьянин, который продает ворованную «копейку», то тупой как дуб деревенский криминальный авторитет, расписанный татуировками, а то и вовсе свора пьяных мужиков в рваных тельняшках.
Александр Митта говорит, что он снимал фильм в жанре «фьюжн», позаимствовав это название в кулинарии, где модно смешивать восточную кухню с европейской и латиноамериканской. Режиссер миксером смешал мелодраму, road-moovie и боевик. Кулинария, конечно, дело вкуса, но в кинематографе результат получился трудноперевариваемым. Новейшая российская история в «Раскаленной субботе» оказалась чем-то вроде бумажных розочек на бутафорском торте. А главный герой — фигуркой из папье-маше.
Впрочем, польза от фильма все-таки есть. Его хорошо в принудительном порядке показывать всем, идущим во власть: такой, знаете ли, двухчасовой ролик об опасностях производства.
Олигарх — это звучит гордо

Задачи Павла Лунгина были намного амбициознее, чем просто сделать кино, конкурирующее с американским в нашем прокате. Его фильм, который у нас называется «Олигарх», а в экспортном варианте «New Russian», претендует на создание саги о 90-х годах, основным сюжетом которой становится борьба Кремля и олигарха.
Претензии эти вполне обоснованны — в основу сценария положена книга «Большая пайка», написанная Юлием Дубовым, сподвижником Березовского по ЛогоВАЗу. Лунгин, кажется, замучился уже отвечать всем любопытствующим, что, во-первых, Борис Абрамович не принимал участия в финансировании этого проекта (что, впрочем, не помешало собрать бюджет фильма в $5,6 млн.). Во-вторых, что история главного героя Платона Маковского вовсе не является экранизацией жизни одного их крупнейших магнатов России. Наоборот, ему, Лунгину, было интересно понять, кто такие олигархи вообще, которые, по его мнению, вымирают теперь, как динозавры.
Вопрос, кто такой олигарх, конечно, интересный. Запад такого понятия не знает. Для них олигархи если не динозавры, то тоже что-то очень древнее, ассоциирующееся исключительно с Древней Грецией. Ведь олигарх определяется не только астрономической суммой в банке, но и властью над всеми остальными не-владельцами заводов, газет (телеканалов), пароходов. Попросту говоря, народом. В России слово «олигарх» прижилось и стало родным. Перевести это слово на английский Лунгин не смог, но конвертация его в new russian существенно изменила смысл.
Как ни странно, Владимир Машков в роли Платона Маковского гораздо более точно соответствует образу именно нового русского, чем олигарха. Все приметы новорусской жизни с ее купеческой удалью (вплоть до катания на слонах, сажания кораблей на мель и неизбежных замков под Парижем) здесь налицо. Машков блестяще создает героя, из которого энергия бьет через край, который умен, обаятелен, к тому же сочетает расчетливость и безрассудство. Но замах-то был на большее. Замах-то был как минимум на титана. Впрочем, эта проблема не актера, а режиссерского замысла.
Лунгин в апрельском номере «Искусства кино» так объяснил свой интерес к олигархам: «90-е годы — именно период титанов, а не богов-олимпийцев. Титаны воды, титаны времени, титаны нефти, титаны алюминия — все они выросли из первородного соединения земли и неба и варварским, бесчеловечным способом преобразовали, устроили нашу новую жизнь. Уродливые, грубые, не соответствующие идеалам красоты, но силой воображения, алчности, ума, желанием творить преобразившие мир и придавшие хаосу некоторую форму, — для меня это и есть олигархи».
Хорошо сказано. Но в фильме этого не получилось. Не потому, конечно, что Машков никак не соотносится с так ярко нарисованным уродливым, грубым, не соответствующим идеалам красоты героем. Проблема в том, что органика мифа, живущего фактурой, тесной связью с почвой, вообще очень плохо соотносится с постиндустриальным компьютеризированным миром, персонажи которого (даже самые реальные) всегда немного фантомы. Они настолько же плод социума, сколько творение масс-медиа, глянцевых журналов и телевизионных репортажей плюс — воображения бедняков. Попытка показать олигарха как он есть (то есть без стереотипной обертки) обречена изначально — он оказывается просто человеком, в чем-то уязвимым, в чем-то сентиментальным, где-то жестоким, где-то — изобретательным умницей. Изображение такого человека никак не объясняет ни его власти, ни его взлета.
Собственно, в «Олигархе» Владимир Машков и играет этого человека. Человека, вынужденного время от времени идти на компромиссы то с криминальными авторитетами, то с людьми из Кремля, которых оказывается гораздо больше, чем можно предположить, то с кандидатами в президенты. Человека, которому в один прекрасный день захотелось плюнуть на всех и быть свободным. Весь сюжет поэтому сводится к очень четко скомпонованной серии криминальных разборок, слегка разбавленных мелодрамой.
Вот и получилось, что слон есть, фейерверк есть, затопленный пароход есть, великолепные актеры есть. А олигарха нет…
Результат, вообще говоря, поразительный. Лунгин слишком профессиональный режиссер, чтобы его неудача считалась просто неточным ударом по цели. Если присмотреться повнимательнее к образу олигарха, который возникает в результате в фильме, то его можно определить так: любовник, фокусник (мастер финансовых комбинаций), азартный игрок, герой, которого нельзя убить. Эта игровая стихия образа взывает отнюдь не к титанам, а к персонажам еще более архаическим, описанным старательными культурологами в мифологии североамериканских индейцев, а именно трикстеру. Этот герой индейских мифов был описан американским антропологом Полом Радиным. Неуловимый герой одновременно предстает как творец и разрушитель, дающий и отвергающий, обманщик и жертва обмана. У него нет сознательных желаний. Его поведение всегда диктуется импульсами, над которыми он сам не властен. Он не знает ни добра, ни зла, хотя и несет ответственность и за то, и за другое, руководствуясь лишь собственными страстями и аппетитами. Оказывается, как ни странно, что в поиске мифологии для новейшей истории режиссер непроизвольно сворачивает на тропы архаики.
Известно, впрочем, что умом Россию не понять, одна надежда — на мифы. Может быть, старые мифы и откроют нам нового героя.

ЖАННА ВАСИЛЬЕВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK