Наверх
18 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2000 года: "Горящая путевка на юг"

Пока боевики из Исламского движения Узбекистана штурмуют киргизские горы, мешающие им войти в Узбекистан, Ташкент загодя попросил помощи у Москвы. Министр обороны РФ Игорь Сергеев первым заявил, что необходимая поддержка будет оказана.Баткенский порог

Боевиков из Исламского движения Узбекистана (ИДУ), окопавшихся в Таджикистане, сама Киргизия не особенно интересует. Их цель — Ферганская долина Узбекистана, где лидеры ИДУ намерены создать независимое исламское государство узбеков.
Ферганская долина — самый подходящий для этого регион. Именно здесь, как нигде в Узбекистане, сильна оппозиция светскому президенту Исламу Каримову. Именно здесь сразу после развала СССР зародилось исламское движение. Именно здесь самая высокая в республике плотность населения, которое почти поголовно не имеет ни работы, ни средств к существованию. Лозунг «Долой антинародный режим Каримова!» здесь, скорее всего, найдет отклик. Надо лишь прорваться в долину, поднять знамя бунта, дать людям деньги и оружие — и готово народное восстание.
Но на пути из Таджикистана в Фергану лежит Баткенская область Киргизии. И боевики Джумы Намангани вот уже второй раз спотыкаются об этот «баткенский порог». Первый раз это случилось в 1999 году.
В конфиденциальной беседе с корреспондентом Агентства военных новостей высокопоставленный чиновник Министерства обороны Киргизии признал: «Наше командование совершило как минимум три ошибки. Во-первых, вторжения боевиков ждали, как и в 1999 году, в районе населенного пункта Ходжи-Ачкан. Там высота всего 3500 метров, удобный перевал, который боевики могли легко преодолеть. Там наше командование и сконцентрировало основные силы, выстроило, как полагали, непроходимую линию блокпостов, застав и заслонов. А исламисты пошли через перевал Туро (свыше 4000 метров над уровнем моря), по ледникам — на север (в Ахангаранский район) и на запад (в Сурхандарьинскую область). В результате пока мы провели перегруппировку сил, боевики, которых, по моим данным, было сначала не около ста, как утверждали официальные лица в Минобороны республики, а лишь чуть больше тридцати, за два дня уничтожили более двадцати наших солдат и офицеров».
Ошибкой был, утверждает собеседник, и выбор руководителей для киргизской армейской группировки «Юг». По его словам, командующий полуторатысячной войсковой группировкой Асылбек Ормокоев и еще двое полковников-кураторов основные свои силы потратили на выбивание себе генеральских званий.
Наконец, третья ошибка: «В ходе лихорадочных приготовлений к новому вторжению боевиков, которого в Киргизии ждали все, руководство Минобороны так толком и не организовало даже мало-мальскую подготовку армейских офицеров низового звена (рота — батальон). В результате они управляли боевыми действиями крайне неумело, даже связь организовать не смогли. Так, один из офицеров (кстати, человек мужественный, павший в бою), поддавшись на уловку боевиков, бросился с горсткой подчиненных преследовать их. В слепом азарте, как и следовало ожидать, напоролся на заранее подготовленную засаду».
Как бы то ни было, пока киргизская армия с задачей худо-бедно справляется. Основные силы прорвавшихся на территорию республики исламистов, по данным на 30 августа, уничтожены, малочисленные группы рассеялись по киргизским горам и их сейчас вылавливают в ходе операций по зачистке приграничных районов. Но часть их все же попала в Узбекистан.
Между тем таджикско-киргизскую границу — в надежде преодолеть лежащий на пути в Ферганскую долину Узбекистана пресловутый «баткенский порог» — таранят новые отряды узбекских исламистов. И для военно-политического руководства Киргизии, да и Узбекистана, одна надежда на Кремль и на высотное здание на Арбате, где расположен кабинет кавалера ордена Манаса (высшая награда Киргизии) маршала Игоря Сергеева.
На официальную просьбу Сергеев ответил, что помощь будет оказана. Это было 25 августа на совместном учении ПВО семи стран СНГ.
Спеша успокоить российскую общественность, которая и без того устала считать безвозвратные потери (более 2600 погибших в Чечне, 118 на «Курске»), начальник Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны РФ генерал-полковник Леонид Ивашов по поручению маршала Сергеева пояснил: «Что касается возможного направления российского контингента и участия нашей авиации в борьбе с исламскими боевиками на территории Центрально-Азиатских государств, то в этом нет необходимости, вопрос об этом в российском Минобороны не рассматривается». По словам Ивашова, Киргизия и Узбекистан пока нуждаются лишь в российских снайперских винтовках, прицелах ночного видения и другом вооружении.
В этом же уверял Россию президент Узбекистана Ислам Каримов. «Ни один российский солдат не будет проливать кровь на территории Узбекистана»,— заявил он еще 22 июля корреспонденту РИА «Новости».
Но Россия уже приучена: сегодня на чужую войну отправляются пушки, а завтра наступит черед «пушечного мяса».
Кавалер Манаса

Кстати, в этой войне уже давно участвуют российские солдаты и офицеры. Речь идет о военнослужащих 201-й российской мотострелковой дивизии и погрангруппе Федеральной пограничной службы РФ, дислоцированных в Таджикистане. Им, в особенности пограничникам, практически ежедневно приходится сражаться с местными таджикскими, да и афганскими экстремистами и наркобандитами.
Предложение разместить российскую военную базу еще и на юге Киргизии, как раз в лежащей на пути узбекских исламистов Баткенской области, звучало и из Бишкека. Пока Москва воздерживается от такого шага, но на какое время — трудно сказать. Судя по всему, участие российских военных в боевых действиях на территории Киргизии и Узбекистана все же не исключено.
Игорь Сергеев не зря получил 28 июля из рук президента Киргизии Аскара Акаева высшую награду республики — упомянутый орден Манаса. Вручая ее российскому министру обороны, Акаев заявил, что это признание заслуг маршала в организации военной помощи республике при борьбе с исламским терроризмом, а также в формировании антитеррористического военного союза в Центральной Азии. В ответном слове Игорь Сергеев успокоил Акаева, заявив: «Посягательство на территорию и национальную безопасность союзника по СНГ было воспринято Россией как общая опасность».
Президент России Владимир Путин, подводя 22 июля в Ташкенте итоги своего визита в Узбекистан, высказался еще более откровенно: «Я скажу примитивно и прагматично: если мы не остановим международный терроризм здесь, мы столкнемся с ним у себя».
Пока речь идет в основном о военно-технической помощи. При этом Россия уже помогла странам Центральной Азии восстановить национальные силы противовоздушной обороны (ПВО). Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения и Узбекистан вошли в Объединенную систему ПВО государств—участников СНГ. Россия стала одним из инициаторов создания в Таджикистане Коллективных миротворческих сил СНГ, в состав которых направлены воинские подразделения России, Казахстана, Узбекистана, Таджикистана и Киргизии.
Между прочим, как раз Узбекистан фактически самоустранился от миротворчества, прекратив в 1996 году даже финансовое участие в операции, а все бремя расходов легло на Россию. Так, в 1999 году Россия затратила на содержание миротворцев в Таджикистане не 1 миллион 36,6 тысячи рублей, как планировалось, а 1 миллион 353,7 тысячи рублей. Остальные государства-миротворцы на 1 января этого года имеют совокупную задолженность по финансированию Коллективных миротворческих сил более чем в 5 миллионов 800 тысяч рублей.
Кстати, еще недавно узбекский президент Каримов рассчитывал на помощь США и Турции, которая так и не последовала. Более того, как сообщил «Профилю» собеседник, близкий к разведывательным структурам, сейчас Каримов убежден, что к случившемуся год назад покушению на него приложили руку (из-за его слишком независимой позиции) как раз США и Турция. Поэтому он выгнал всех турок-студентов из Ташкентского университета и резко изменил свое отношение к России в лучшую сторону.
К тому же, как говорит депутат Думы от КПРФ Анатолий Чехоев: «Каримов — самый сильный лидер в этом регионе, он ведет себя жестко и по-государственному. Он один из немногих, кто серьезно борется против исламского фундаментализма. Не случайно Владимир Путин посетил его уже весной, хотя с 1991 года ни одна официальная делегация с российской стороны в Узбекистан не приезжала».
Так или иначе, 31 августа Агентству военных новостей сообщили из Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны РФ, что руководство России приняло решение оказать Узбекистану военно-техническую помощь. В перечне передаваемой военной техники и вооружения — 50 бронетранспортеров, около 100 минометов различного калибра и боеприпасы к ним, пулеметы «Утес», гранатометы, снайперские винтовки, средства связи. Российская военно-техническая поддержка оказывается на основе двустороннего договора, подписанного президентами России и Узбекистана в середине августа в Ялте.
Что касается Киргизии, то там, как и в Узбекистане, пока нет российских солдат. Но, как заявил еще 26 июня министр обороны этой республики генерал-майор Эсен Топоев, Россия и Киргизия готовятся к совместному отражению банформирований исламистов. По его словам, уже ведется совместный сбор разведданных, российские военные специалисты помогают осуществлять техническое переоснащение вооруженных сил Киргизии, организовано совместное дежурство средств ПВО по защите воздушных границ.
Осталась самая малость — направить в Киргизию (или в другую, не менее «горячую» страну Центральной Азии) экспедиционный корпус. Первый шаг к этому уже сделан: Москва стала одним из инициаторов создания в Штабе по координации военного сотрудничества СНГ специальной антитеррористической группы — прообраза органа управления будущими объединенными силами для борьбы с терроризмом в Центральной Азии. Одновременно в Минобороны РФ заговорили о создании в этом регионе специального учебного центра, где будут готовиться такие силы и который будет подчиняться упомянутому органу управления. По данным Агентства военных новостей, в учебном центре постоянно (на основе ротации) планируется держать российский батальон и по роте от стран-союзниц. Именно эти подразделения в первую очередь и будут использоваться для нейтрализации вооруженных террористических формирований.
Второй фронт

Новая российская власть, которую сегодня олицетворяет Владимир Путин, считает, что единственный способ удержать страну от развала — это политика силы. Именно такой подход возобладал в отношении Чечни.
Этот силовой подход, несмотря на потери, понесенные в двух чеченских кампаниях, по-прежнему поддерживает большое число россиян. Но пройдет время, и общество неизбежно поймет, что радикальный сепаратизм во многом порожден поведением самой власти.
Кстати, с политикой силы, которую исповедует Владимир Путин, согласны не все даже в его окружении. Один из генералов Минобороны, прикомандированных к администрации президента, в неофициальной беседе с корреспондентом АВН заявил: «Поддерживая силовые варианты разрешения региональных проблем в Центральной Азии и участвуя в их реализации, мы, с одной стороны, даем отпор исламистам, а с другой — провоцируем тем самым рост исламского экстремизма в регионе. Истинные же причины появления вооруженной оппозиции следует искать прежде всего в политике руководства республик, в сложнейшей экономической ситуации, которую они сегодня переживают. Нам, кстати, пора бы осознать, что натворила наша собственная политическая элита, породившая боевиков в Чечне».
Тем временем Москва, понимая, что упущенного не вернуть и что укрепление исламского фундаментализма в Центральной Азии делает огнеопасной всю южную границу РФ, заявляет о том, что готова самым решительным образом вступиться за страны Центральной Азии, территориальной целостности которых угрожают внешние силы. Одна из таких внешних сил, по мнению секретаря Совета безопасности РФ Сергея Иванова,— правящее афганское движение Талибан, поддерживающее нынешний поход исламских фундаменталистов на Ферганскую долину Узбекистана. Во время июльского визита в Минск Сергей Иванов повторил слова, сказанные ранее на заседании секретарей Советов безопасности стран—участниц Договора о коллективной безопасности в Душанбе: «Россия не должна в принципе исключать из своего арсенала никакие средства воздействия в случае угрозы себе или своим союзникам». И тем самым в очередной раз дал понять, что главным средством поддержания стабильности в Центральной Азии остается военная сила.
Депутат Госдумы от ЛДПР Алексей Митрофанов считает, что так и надо: «Ситуация эта давно прогнозировалась. Если раньше огненный шар из Афганистана затрагивал только Таджикистан, то теперь в конфликт вовлечены Узбекистан и Киргизия — на очереди Туркмения и Казахстан. Получается, что Северный Кавказ — это один нож у горла России, второй — Центральная Азия. Сейчас, после неудачи ваххабитов в Чечне, центр тяжести будет постепенно перемещаться в Центральную Азию, и масштабы противостояния в этом регионе будут неизмеримо больше, нежели в Чечне. Поэтому России надо быть крайне осторожной и действовать на опережение — наносить по Афганистану мощнейшие удары из всего арсенала современного оружия, которым располагают российские военные. Это будет тем более правильно, что, кроме геополитики, сегодня Афганистан превратился в главную базу по производству наркотиков, там производят героина в семь раз больше мирового потребления. В результате цена на дозу героина в России упала до ста рублей — эти деньги может позволить себе потратить на наркотик даже мальчик из малообеспеченной семьи. Известно, что уже через четыре года применения неочищенного героина наступает смерть. Это марихуану можно курить всю жизнь, как Пол Маккартни, кокаин же для массового российского потребителя слишком дорог. Поэтому поток героина из Афганистана мы должны прикрыть очень жестко. Для того чтобы цена на дозу героина подскочила хотя бы в пять раз, что станет хоть каким-то барьером на пути к его массовому потреблению, ударить по афганским базам, производящим это зелье, надо немедленно. Известно же, что американцы проводят сейчас крупномасштабную операцию в Колумбии, которая производит 75% мирового кокаина. В Центральной Азии нам надо действовать так же. Главное — нам не надо втягиваться в крупномасштабные операции, как в Чечне. Тогда зачистить их удастся достаточно быстро».
Митрофанов не оригинален. Это всего лишь одна из бытующих точек зрения на проблему: мол, незачем воевать с талибами и их попутчиками вблизи своих границ, лучше уничтожить неприятеля в его гнезде. Кстати, на то, что такие мысли бродят на самом верху, указывает заявление Сергея Ястржембского. Несколько месяцев назад помощник президента по информационной политике заявил о возможности ракетных ударов по территории Афганистана — точнее, по тренировочным базам боевиков.
Возможно это или нет, поможет или навредит — все это пока предмет неявных предположений. Но то, что нынешние российские власти откроют «второй фронт» в Центральной Азии, если угроза потерять этот регион станет явной, прогнозируют большинство опрошенных политиков.

ЮРИЙ ГЛАДКЕВИЧ (Агентство военных новостей), ИНЕССА СЛАВУТИНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK