Наверх
26 января 2020
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2007 года: "Гражданский календарь, газета и налоги"

10 января 1709 года (по новому, разумеется, стилю) в России выпустили первый гражданский календарь.Были у этого решения политические, экономические, прочие основания; и все же основной смысл тут — символический. Страна, еще не поднятая на дыбы, но уже слишком хорошо знавшая, что такое дыба, изымалась из древнего хронологического пространства и перемещалась в новое, неизведанное, европейское. Обучаясь новому календарному счету, она должна была привыкнуть к иному способу ориентации на исторической местности. Не по свету святых, а по летосчислению политиков; не по вечному и прошлому, а по актуальному настоящему. Ей предписали календарь как лекарство, как витамин роста; обязали прорасти в мировое пространство, стать не общиной, а обществом, не патриархальным царством, но всемирной империей. 

Газета «Ведомости о военных и иных делах, достойных знания и памяти, случившихся в Московском государстве и во иных окрестных странах» — еще одно условие перехода в иное историческое качество — к этому времени уже имелась. Начала она выходить 13 января 1703-го — также по новому стилю; информационное отставание от Европы было преодолено спустя 47 лет после того, как 8 января 1656-го подписчикам поступила первая европейская газета. Называлась она «Харлемский вестник», адресовалась обывателям и рассказывала исключительно о жизни голландского города Харлема. «Ведомости» же оповещали своих немногочисленных высокопоставленных читателей о происходящем в стране и мире; и как календарь менял ориентиры сознания, расставлял принципиально другие вехи и верстовые столбы, так и газета разворачивала разум властных россиян вовне, приучала ставить свои события в контекст чужих, сверять нынешнюю Россию с реальным Западом, а не с дедовским преданием.

Но, прочищая сознание соотечественников, промывая мозги верноподданных и рабов до общегражданского состояния, государь при этом продолжал обращаться с ними вовсе даже не по-граждански. О чем знает каждый читатель школьного учебника истории; напоминания излишни. Перед россиянами была поставлена сложная и очень интересная задача: стать европейцами по способу календарного мышления и принципам информационного восприятия, сохранив притом страстную готовность подчиняться единоличной воле государя, не ограниченной законами и даже понятиями, самовластной, самодержавной, самодостаточной и незыблемой. Личность подданного не просто в руках властителя (это было повсеместно); она была в его руках — безраздельно, беспрекословно, беззаконно. Потому что закон лишь оформляет, прописывает, словесно оформляет самостийное решение государя. Сделав два шага навстречу просвещению, календарный и газетный, Россия предпочла притормозить на пути — законодательном. Знать и думать по-европейски можно, и даже обязательно (попробуй только не думать — узнаешь, что такое царский гнев); жизнь извольте строить на незыблемых основаниях покорности.

Это раздвоение исторической личности затрагивало все сферы, все области жизни, в том числе и налоговую сферу. Подать — еще не налог; налог — это гражданская дань государству, денежное участие в его строительстве и развитии, а подать — это изъявление личной лояльности финансовым способом, ничего больше. Лучше всех это понимал писатель-сказочник Шарль Перро: он появился на свет 12 января 1628 года. Все мы знаем его как великого автора «Красной Шапочки»; мало кто догадывается о том, что в обычной жизни Перро был налоговиком. 

Наши современники внесли в сюжет анекдотический смысл. Встречает Серый Волк Красную Шапочку, отводит в сторону и предлагает: «Выбирай: слияние или поглощение?» Но в гениальной детской истории и без того содержится очевидный податной подтекст. Девочка несет бабушке честно заработанные пирожки, попадает в лапы фискального волка; налоговая метафора развивается: непомерные сборы прямиком ведут к смерти бабушки, от нее в прямом смысле слова ничего не остается. И лишь справедливые слуги государевы восстанавливают порядок, снижают ставки и наказывают жадного волка. Бабушка оживает, а Красная Шапочка идет домой.

Но там, где есть лишь внешние признаки гражданского государства — календарь, газета, однако нет реального основания, независимого закона, там сюжет «Красной Шапочки» обрывается на полуслове: пирожки, девочка и бабушка съедены, волк ложится в отобранную (изъятую) у бабушки кровать. Отдохнуть. Пока снова не проголодается.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK