Наверх
16 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "Ходорковский тупик"

Угрожая Ходорковскому и Лебедеву третьим сроком, власть добивается единственно приемлемого для себя исхода — признания бывшими руководителями ЮКОСа вины. Но этот путь отрезан для самих арестантов.   Власть ясно дала понять, что ее позиция по отношению к бывшим владельцам ЮКОСа остается жесткой. И если раньше самым непримиримым противником Ходорковского и Лебедева считался премьер Путин, то теперь и президент Медведев фактически солидаризировался с его позицией.
   
СДЕРЖКИ И ПРОТИВОВЕСЫ  
Дмитрий Медведев, обычно избегавший прямых ответов на вопросы о ЮКОСе, в интервью телеканалу Bloomberg TV, наконец, высказался гораздо более определенно. Начав, как обычно, уклончиво, он все же приравнял Михаила Ходорковского к главному мошеннику века, Бернарду Мэдоффу. «Ни у кого не вызывает сомнения, что обвинение имеет право предъявлять дополнительные обвинения в отношении тех лиц, которые сидят в тюрьме, как бы это ни воспринималось», — сказал президент и добавил, что инвесторы должны соблюдать законы, иначе они будут сидеть в тюрьме, как Ходорковский или Мэдофф.
   Причем эти слова прозвучали в ходе выступления Дмитрия Медведева на экономическом форуме в Давосе, где инвесторов принято убеждать в подходящем деловом климате своей страны.
   Надо сказать, что накануне отъезда Медведева в Швейцарию развернулись события, которые можно рассматривать как своеобразную подготовку швейцарской речи президента. Сначала гособвинители по делу ЮКОСа Валерий Лахтин и Гульчехра Ибрагимова прозрачно намекнули на возможность открытия третьего дела. В интервью «Комсомольской правде» они заявили: «Сейчас в розыске находятся 18 соучастников Ходорковского и Лебедева. Если в ходе их поиска будут вскрыты новые факты преступлений, то следственные органы будут обязаны предъявить им (Ходорковскому и Лебедеву. — «Профиль») дополнительное обвинение и направить дело в суд. Это наша обязанность, которая предусмотрена в статье 21 УПК РФ».
   Любопытно, что практически одновременно пришли новости о прекращении уголовного дела против другого известного бизнесмена — бывшего совладельца «Евросети» Евгения Чичваркина — и отзыве международного розыска через Интерпол. Месседж, видимо, надо понимать так: российское правосудие объективно и непредвзято — если речь идет о доказанном преступлении, наказание неотвратимо, если обвиняемые заслуживают оправдания, они будут оправданы. Выглядит все малоубедительно: масштаб дела ЮКОСа таков, что негатив по нему таким образом не перебить. Но если такая задача и ставилась, то, что называется, на ближнюю перспективу. Стратегическая же цель иная.
   Очевидно, для власти есть только один выход из дела ЮКОСа — добиться от Михаила Ходорковского и Платона Лебедева прошения о помиловании, то есть признания своей вины. Любой другой способ неприемлем, поскольку будет означать признание своей вины самой властью. Объяснить чем-то иным «пугалки» про третье дело очень трудно. Очевидно, что подготовка к третьему процессу идет по всем фронтам.
   Не только прокуроры, но и представитель Следственного комитета России Владимир Маркин говорил, что расследование основного дела ЮКОСа продолжается, хотя обвинение пока никому не предъявлено. В международный розыск объявлены менеджеры компании. В Интерполе это подтверждают. В интервью ИТАР-ТАСС заместитель начальника Национального центрального бюро Интерпола при МВД РФ Алексей Абрамов заявил, что по делу ЮКОСа разыскиваются 19 человек, причем шестеро подозреваемых уже задержаны в Великобритании, Испании, Монако и на Кипре. Он утверждал, что для розыска есть основания, и его коллег по Интерполу задача не смущает. По его словам, в Великобритании даже возбуждено одно уголовное дело об отмывании денег против человека, связанного с ЮКОСом. «И это уголовное дело также не вызывает никаких вопросов у наших зарубежных коллег. Их оценка случившегося — это преступление, совершенное в особо крупном размере. И никакого политического подтекста они здесь не находят», — подчеркнул Алексей Абрамов.
   
НИКТО НЕ ХОТЕЛ УСТУПАТЬ  
Адвокаты Ходорковского и Лебедева очень жестко отреагировали на заявления прокуроров. «Верю, что им — Лахтину, Ибрагимовой и иже с ними, и тем, кто за ними, — этого хочется. Верю, что, если будет команда, они запросто наберут мусора и фальшивок и на третье, и на тридцать третье, — говорит адвокат Вадим Клювгант. — Пока не верю, что какой-то безумец такую команду даст». В то же время адвокат Юрий Шмидт утверждает, что ничего исключать нельзя: «Учитывая личные качества, состояние психики нашего руководителя и его личное отношение — ненависть к Ходорковскому, перешедшую, по-моему, в маниакальную стадию, — я не удивлюсь, что наша послушная правоохранительная система выполнит любое указание, даже не задумываясь, в каком соотношении оно с законом и со здравым смыслом». Таким образом, точки над «i» не расставлены, и мы еще сможем увидеть новые повороты в этой многолетней драме. Для власти добиться прошения о помиловании очень важно, считает директор Центра политических технологий Игорь Бунин. «Это (дело ЮКОСа. — «Профиль») одна из таких кровоточащих ран, которая отпугивает инвесторов, создает образ России как страны произвола, без нормальной судебной системы. Все отлично понимают, что это выборочное правосудие, а скорее всего, личная вендетта», — отмечает он.
   Для российских властей это чрезвычайно важно не только в моральном, но и в материальном плане, добавляет директор Института национальной стратегии Станислав Белковский: «Признание Ходорковским и Лебедевым своей вины автоматически лишает судебной перспективы иски, поданные против «Роснефти» и России за рубежом». По его мнению, заявления прокуратуры преследуют несколько целей сразу. Прокуроры дают понять, что все деньги Ходорковского находятся якобы под их контролем, при этом они рассчитывают, что в результате продолжающегося расследования их признают преступным доходом и на Западе. Соответственно, «любой человек, который что-то делает для Ходорковского, может сесть в тюрьму за отмывание денег».
   Это также способ воздействия на арестантов через родных и близких: поняв, что у заключенных нет ни малейшего шанса выйти из тюрьмы при жизни, члены семьи уговорят их признать свою вину.
   Однако мало кто верит, что Ходорковский и Лебедев пойдут на признание вины ради выхода на свободу. «Признать свою вину — значит расписаться в неправильно прожитых восьми годах, начиная с 2003 года. Мне кажется, что они будут держаться до последнего, это видно по типу личности», — говорит Игорь Бунин. «Я не думаю, что они пойдут на признание своей вины, для них это слишком существенная уступка, цена которой велика и в моральном, и в финансовом плане», — соглашается Станислав Белковский. Ранее адвокаты Михаила Ходорковского и Платона Лебедева уже говорили, что прошение о помиловании их подзащитные подавать не будут. Как заявлял Вадим Клювгант, этот вопрос «не рассматривается». В то же время, возможно, что между сидельцами и властями заключена некая сделка. Могут ли Михаил Ходорковский и Платон Лебедев пойти на такое? Эксперты считают, что могут, но признание вины не может быть ее частью. Станислав Белковский полагает, что Ходорковский не революционер, он «достаточно системный игрок». Вопрос в том, каковы будут условия этой сделки и гарантии ее реализации. А поскольку между сторонами нет доверия, непонятно, как сделка может быть оформлена. «Поэтому пока вероятность такой сделки я оцениваю невысоко», — говорит Станислав Белковский.
   Игорь Бунин также не верит в реальность этих предположений, поскольку власть также не готова идти на уступки своим оппонентам: «В нынешней конфигурации власти, когда фактически первый — это Путин, а у Медведева нет права голоса и решения по кардинальным вопросам, думаю, что власть на уступки (в деле ЮКОСа. — «Профиль») не пойдет. Как только конфигурация изменится, власть тут же пойдет на уступки».
   Что и требовалось доказать: перемены, если и произойдут, то только после президентских выборов.
   

   ПРЯМАЯ РЕЧЬ
   Из интервью Михаила ХОДОРКОВСКОГО западным журналистам в январе 2011 года:
   «Путин — на протяжении семи лет опосредованно, а последние три года прямо — называет меня виновным в убийствах. Вначале это был сильный пиар-ход, теперь — лишь один из возможных способов держать меня в заключении бесконечно. Второй приговор показал: суд готов исполнить любое его пожелание. Чем это мне грозит? Еще более жесткими условиями содержания в тюрьме. Например, сейчас мне положено аж четыре свидания с семьей в год, а будет одно».
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK