Наверх
9 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "Идущие на смену"

При всех своих плюсах стабильность нулевых обернулась закупоркой многих каналов социальной мобильности, отсюда рост напряжения и агрессии в молодежной среде.   Революции в арабском мире лишний раз доказали: молодежь — особый социальный феномен. Что представляет собой российское поколение нулевых? В отличие от предшественников — поколения 90-х — становление поколения нулевых происходило в относительно более благоприятных социальных условиях экономической и политической стабильности. Впрочем, несмотря на кажущееся внешнее благополучие, в условиях которого формировалось поколение нулевых, оно оказалось чрезвычайно дифференцированным, причем по самым разным основаниям, в том числе и по доступу к материальным благам, культурным ценностям, возможностям самореализации. Миллионы молодых людей, особенно учащаяся молодежь, зарабатывают на жизнь, что называется, «по-бразильски», то есть перехватывая время от времени случайную, краткосрочную работу, без каких-либо социальных гарантий.
   В каком-то смысле поколение нулевых самое социально уязвимое. Значительная его часть, с одной стороны, уже вкусила плоды «потребительской революции» и имеет довольно высокую планку жизненных притязаний, а с другой — у него отсутствует опыт кризисной адаптации, который имелся у его предшественников. Вообще, стремление жить нынешним днем, не строя планов на будущее, — одна из характерных примет времени российского общества последнего десятилетия.
   
УСПЕХ VS МОРАЛЬ 
 В 90-е годы у молодых людей появилась масса возможностей, связанных прежде всего с нарождающимся и тогда еще слабо контролируемым бизнесом. И именно туда устремилась значительная часть молодежи. Сегодня этих возможностей заметно меньше. Многие ключевые позиции в экономике и политике заняло — и еще долго будет сохранять — поколение 90-х, то есть те, кому сейчас 35-45 лет.
   Именно отсюда — рост внутрипоколенческой конкуренции и нарастание противоречий между идущими друг за другом поколением 90-х и нулевых. Если значительную часть «старших» ситуация в стране устраивает и, по большому счету, никакая модернизация им не нужна, то «младшие» настроены критичнее и начинают открыто высказывать свое недовольство.
   Сохраняя присущий своей возрастной группе оптимизм, молодежь тем не менее сталкивается с целым рядом проблем и угроз, вызывающих у нее серьезные опасения. Это прежде всего трудности самореализации — получение хорошего образования, занятость, карьерный рост. Исследования показывают некоторое снижение доли молодых людей, уверенных в том, что в жизни можно многого добиться, опираясь на собственные способности, добросовестность, знания и т.п. И, наоборот, растет число тех, кто заведомо избегает труднореализуемых целей. В сознании молодежи постепенно формируется опасный стереотип, согласно которому материальный достаток, карьерный рост и приверженность моральным (в широком смысле) нормам — вещи в современной России несовместимые.
   
КРИТИЧЕСКАЯ ВСЕЯДНОСТЬ  
Поколение нулевых, как и поколение 90-х, мало интересуется политикой, «идеологически всеядно». Во всяком случае, надежды многих аналитиков на то, что поколение нулевых начнет формировать не только потребительские, но и качественно новые политические, общественные ценности, похоже, не оправдались.
   Что действительно считают важным молодые, так это свободу выбора, свободу частной жизни — где работать, как работать, где жить, куда ездить отдыхать, с кем дружить, о чем говорить, какие фильмы смотреть, участвовать или нет в политической жизни и т.п. Поколение нулевых мыслит не доктринально, оно в равной степени скептически оценивает и опыт реализации коммунистического проекта, и российскую версию капитализма. И при этом не имеет ничего против рыночной экономики, демократии, политической конкуренции, с одной стороны, и против справедливости и социального равенства — с другой. В отношении демократии превалирует не ценностный, а инструментальный подход, то есть она рассматривается в качестве механизма, который призван обеспечить, во-первых, законность и правопорядок и, во-вторых, реализацию социально-экономических прав.
   Поскольку политический класс имеет иные приоритеты, лежащие главным образом в сфере выборных процедур и функционирования традиционных политических институтов (в чем сходятся и власть, и оппозиция), то отношение многих россиян, в том числе и молодых, к базовым ценностям и институтам демократии можно охарактеризовать как «благожелательный скептицизм». Поэтому общий уровень включенности молодежи в общественно-политическую жизнь остается низким.
   
АПАТИЯ И АГРЕССИЯ  
В современном обществе массовость участия уже не является основополагающим критерием уровня зрелости и развитости гражданских инициатив. Возникающие формы низовой самоорганизации, в том числе разнообразные движения «одного требования», успешны, потому что компактны, создаются и действуют в логике альтернативной традиционным политическим институтам, крайне тяжеловесным и неповоротливым. Важно и то, что они формируют новую генерацию молодых общественных деятелей; а также предлагают обществу темы для обсуждения, выходящие далеко за рамки тривиальных политических баталий. Что касается молодежных политических объединений, то их деятельность вызывает некоторый интерес у самых молодых, 17-18-летних россиян, но затем, по мере взросления, интерес этот снижается.
   Однако сегодня мы сталкиваемся с двумя разнонаправленными процессами — снижением интереса к «большой политике» и одновременной политизацией значительных сегментов молодежных субкультур. Апатия, неучастие большинства — это далеко не единственная форма реакции молодежи на окружающую реальность. Есть группы и слои, хотя и немногочисленные, которые, напротив, склонны к активному, радикальному действию.
   В той или иной степени радикальные молодежные объединения готовы поддержать не более 4-5% молодых россиян. Главная опасность такого рода объединений состоит в том, что они аккумулируют нарастающую в обществе агрессию, придают ей некий идейный и политический флер, а затем выплескивают эту агрессию на улицы российских городов. Некоторые, особенно националистические группировки, объединения футбольных фанатов, возродили нравы молодежных банд 90-х, разного рода «люберецких», «тамбовских», поменялся лишь объект ненависти — им стали «инородцы». Молодежь этнических диаспор в ответ начинает формировать свои «отряды самообороны». Характерно и то, что жесткие методы уличной борьбы используют как многие оппозиционные, так и прокремлевские молодежные объединения. Это неизбежно приводит к «ползучей» легитимации насилия как способа политической борьбы. Аморфная, неструктурированная общественно-политическая среда обуславливает «неформальный» характер подобного рода объединений. В них высока «текучесть кадров», одни и те же люди часто являются активистами разных объединений, а сами эти объединения блокируются друг с другом в самых разных конфигурациях, как это произошло, например, в Москве в декабре 2010 года.
   Следует обратить внимание и на такой фактор роста молодежной агрессии, как особенности «корпоративной культуры», сложившейся во многих российских компаниях, где культивируется беспрекословное подчинение начальству, жесткая регламентация поведения сотрудников, система штрафов за малейшее отклонение от этих регламентов, доносительство и т.п. Все это, безусловно, унижает человеческое достоинство, вызывает недовольство, а иногда и открытый протест. Особенно когда возникает ощущение (а возникает оно у очень многих на рубеже 30-35 лет), что карьерную лестницу, по которой мечтали забраться на максимально возможную высоту, давно уже втянули за собой те, кому удалось забраться по ней раньше. Когда телевизор, холодильник, машина уже куплены, а возможности приобрести квартиру (даже в кредит) нет и не предвидится. Когда возникает потребность в уточнении или переосмыслении жизненных приоритетов.
   В этих условиях многим молодым людям приходится делать нелегкий выбор, определяя, что для них важнее: играть по правилам, которые определены для них «свыше», или рассчитывать на себя и свои силы, без особых гарантий на быстрый успех и материальное преуспевание. Большинство, как и следовало ожидать, выбирает первое, но России, для того чтобы стать по-настоящему современной страной, необходим статистически значимый слой молодежи, ориентированной в своих жизненных практиках на ценности самовыражения. И есть все основания полагать, что их число в ближайшие годы будет расти.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK