Наверх
15 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2005 года: "Как Америка продает себя"

Мало какая экономическая проблема привлекает в последние годы больше внимания, чем стабильность американской экономики. Одни эксперты делают акцент на высоком уровне бюджетного дефицита ($412 млрд. по итогам 2004 года) и отрицательного сальдо внешней торговли ($696 млрд. в годовом исчислении по данным за первый квартал текущего года). Другие — указывают на уверенный рост ВВП (на 3,0% в 2003-м и 4,4% — в 2004-м) и производительности (на 2,9% ежегодно последние десять лет). Первые рассуждают о вероятности резкого снижения курса доллара, вторые заявляют, что нынешние значения внешнеторгового дефицита вполне приемлемы. Кто прав?Что такое долг и что такое дефицит?

Какой смысл обычно вкладывается в понятие «долг»? Вполне очевидный: если один хозяйствующий субъект предоставляет другому на возвратной основе определенное количество денег, у последнего возникает долг по отношению к первому. Сумма долга измеряется в денежных единицах. Заемщик обязан вернуть эти деньги. А какой смысл вкладывается в понятие «торговый дефицит»? Совсем иной: когда в совокупности все хозяйствующие субъекты некоей страны приобрели за ее пределами бoльшее количество товаров и услуг, чем сами продали на внешнем рынке. Выписали ли они «долговые расписки» на сумму получившейся разницы? Да, но не от своего имени. Передав или переведя доллары на счета контрагентов, они деперсонифицировали их права требования. Как пишут на британских банкнотах, the Governor and Company of the Bank of England обязуются to pay the bearer on demand the sum of [например, пяти] pounds. Но что бы значило «заплатить пять фунтов по предъявлении пятифунтовой купюры»? В отсутствие практики обмена долларов (и фунтов) на золото людям с неустойчивой психикой не следовало бы искать ответ на этот вопрос.

Что же все это означает? А то, что денежные средства, возникающие на счетах зарубежных хозяйствующих субъектов, не выражают долг США или американских компаний перед ними. На эти деньги можно купить (или не купить) произведенные в Соединенных Штатах товары, или активы на территории США, или валюту других стран, и таким образом — товары и активы этих стран. Но никто не гарантирует держателям долларов, что цены на эти товары не изменятся. При резком падении курса валюты (или подорожании активов) может оказаться, что на «заначенную» сумму не купишь и части того, что еще недавно казалось возможным (это памятно всем пережившим российский кризис-1998). Более того, средства, направленные на оплату импортируемых товаров, не приносят процентных доходов — что, кстати, лишний раз подтверждает их недолговую природу. Таким образом оказывается, что денежный эквивалент внешнеторгового дефицита образует некий «денежный навес» над американской экономикой, тогда как сумма оформленных долговых обязательств, напротив, «связывает» так называемые горячие деньги — то есть диаметрально противоположными выглядят не только источники, но и потенциальные функции данных ресурсов.

Причем бoльшая часть взятых в долг средств в конечном счете уже направлена на покупку товаров и услуг, в то время как значительная часть денег, остающихся на счетах зарубежных хозяйствующих субъектов, как раз и оказывается там по причине невозможности или нежелания приобрести произведенную в Соединенных Штатах продукцию.

Данная ситуация радикально отличается от той, которая могла бы сложиться в большинстве других стран, где торговый дефицит действительно следует рассматривать как вид задолженности. Последнее обусловлено тем, что в этих странах (как, например, в России) импортеры не могут расплатиться с поставщиками в национальной валюте. Поэтому устойчивый внешнеторговый дефицит предполагает возникновение долговых обязательств — либо у государства, привлекающего иностранную валюту для поддержания ее обмена на национальную на внутреннем рынке (вспомним, как Россия занимала у МВФ средства для поддержания курса рубля), либо у самих торговых компаний, которым товары предоставляют на условиях отсроченного платежа. Однако все это не относится к Соединенным Штатам, которые действительно «не разбазаривают национальное состояние для оплаты импорта» — но не до тех пор, пока в американской экономике повышается производительность, а пока американская национальная валюта признается не требующей обеспечения.

Почему у Америки внешней торговли нет

Отсюда вывод, противоречащий большинству комментариев на эту тему, — сегодня растущий торговый дефицит непосредственно не угрожает американской экономике. Трудности, испытываемые в тех ее отраслях, которым приходится непосредственно конкурировать с иностранными производителями, с лихвой компенсируются выигрышем, получаемым гражданами страны как потребителями дешевых импортных товаров. Собственно, именно об этом и свидетельствуют сохраняющиеся высокие темпы экономического роста. Более того, являясь причиной сосредоточения у иностранных хозяйствующих субъектов большой массы долларовых активов, этот дефицит, как ни парадоксально, способствует росту спроса на американские долговые бумаги, открывая новые возможности для финансирования госрасходов. Таким образом, американская экономика не страдает от роста отрицательного сальдо внешнеторгового баланса просто потому, что, пока Америка расплачивается с остальными странами в долларах, она, по сути, вообще не имеет внешней торговли.

Однако все это не означает, во-первых, того, что растущий торговый дефицит не угрожает стабильности доллара на мировых финансовых рынках, и, во-вторых, того, что он не создает косвенных предпосылок для экономической дестабилизации в США.

Девальвация доллара — это навсегда?

Получив от экспорта своих товаров в Америку доллары, компании-экспортеры, как правило, продают их за свою национальную валюту или размещают на банковских счетах. Держателями долларовых позиций становятся финансовые институты, стремящиеся извлечь из полученных активов прибыль. Традиционными средствами этого являются инвестиции в американские акции или облигации, а также в покупку американских компаний или недвижимости — «инвестиционных товаров». Однако рынок таких товаров ограничен; не случайно в последние годы заметен как рост цен на нем, так и появление массы производных инструментов, расширяющих возможности спекулянтов. При этом рост цен всегда оборачивается их снижением — и поэтому резкие спады на рынке недвижимости (последний из которых наблюдался в США в первой половине 90-х годов) или на фондовых рынках (такие, например, как кризис 2000—2003 годов, обесценивший американские акции почти вдвое) выступают идеальным средством восстановления дисбаланса. В то же время каждая такая «нисходящая» фаза цикла ослабляет доллар; а так как Соединенные Штаты вот уже более 30 лет выступают нетто-импортером инвестиций, эти фазы наступают с очевидной периодичностью, ибо всегда существует потребность «перемалывать» деньги иностранных инвесторов, не допуская превращения их в долговые активы. Именно поэтому с начала 70-х годов по настоящее время идет процесс девальвации доллара. Он движется медленно и пока не угрожает международным рынкам; однако имеются два фактора, серьезно осложняющие положение дел: с одной стороны, неспособность США сократить отрицательное сальдо внешней торговли (что всегда сопровождало обесценение национальной валюты), и с другой — появление евро как значимой альтернативы доллару. Поэтому стихийное «бегство» инвесторов от доллара может возникнуть в любой момент и рост американской производительности не способен этому воспрепятствовать.

При этом, подчеркнем особо, крах доллара отнюдь не станет крахом американской экономики, как нередко считают. Скорее наоборот — только его резкий обвал может лучше любых таможенных барьеров и торговых соглашений ограничить приток импортных товаров в США и возродить американскую экономику. Более того, падение доллара по отношению к другим валютам обесценит внешний долг США, тогда как хлынувшие из-за рубежа доллары спровоцируют импортированную инфляцию, которая станет дополнительным стимулом «разогрева» экономики страны, неминуемо ведущего к увеличению налоговых поступлений. Параллельное обесценение внешних обязательств и рост доходов бюджета облегчат задачу обслуживания и даже сокращения внешних обязательств. Общая хозяйственная ситуация внутри страны несомненно оздоровится — хотя в финансовом секторе возникнет ряд проблем.

Серьезным фактором, препятствующим реализации подобного сценария, выступает, однако, риск утраты глобального экономического равновесия, поддерживаемого ныне статусом США, мощного покупателя, способного поглотить практически любые излишки любых товаров, производимых в любой стране мира. Резкое ограничение американского импорта (по итогам 2004 года — $1,76 трлн., что превышает рыночную оценку ВВП любой из стран мира, кроме Японии и Германии), несомненно, спровоцирует глобальный экономический кризис, который может затронуть в первую очередь основных торговых партнеров Соединенных Штатов.

Американские лидеры осознают, сколь болезненной будет реакция на подобные события в самих США. Реальный сектор экономики США, не говоря уже об их фондовом и финансовом рынках, жизненно заинтересован в сохранении глобальной макроэкономической стабильности. В случае возникновения масштабного международного кризиса обесценение американских активов (в большинстве своем принадлежащих самим американцам) станет серьезной угрозой национальной экономике.

Постигнет ли Америку крах?

Итак, подведем итоги. Сегодняшняя Америка действительно сталкивается с рядом серьезных экономических проблем, но они не вполне четко отражены в большинстве появляющихся по этому поводу комментариев. Наращивая торговый дефицит, США не увеличивают свой внешний долг; «распродажи Америки» не происходит. Скорее, имеет место дезориентация внешнего мира, приносящая американцам очевидные и неоспоримые выгоды. Соединенные Штаты сохраняют возможность не отвечать по большинству своих обязательств. Подвижки курса доллара на мировых рынках, даже самые радикальные, не приведут к катастрофическим последствиям для тех отраслей американской экономики, которые ориентированы на внутренний рынок, как не ударят они и по тому большинству американских граждан, которые не осуществляют масштабных инвестиций на фондовом рынке, не выезжают за пределы страны и ведут, если позволительно так сказать, жизнь среднего обывателя. Однако в нынешних условиях этот тектонический сдвиг способен подорвать уверенность в обоснованности той роли, которую Америка играет в мировой экономике, и послужить началом постепенной утраты ею глобального хозяйственного лидерства. Последнее может стать источником значительных проблем — однако далеко не тех, о которых сегодня говорят большинство комментаторов.

* Автор — доктор экономических наук, научный руководитель Центра исследования постиндустриального общества.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK