Наверх
23 октября 2021
Без рубрики

Архивная публикация 2007 года: "КИНа не будет?"

В Министерстве природных ресурсов родилась очередная идея, как вынудить компании скрывать разведанные запасы нефти.Скорее всего, именно такой результат, а не повышение коэффициента извлечения нефти (КИН) станет следствием предложения, которое озвучил недавно министр природных ресурсов Юрий Трутнев.

Напомним: он намерен взимать с компаний, допускающих снижение КИН, штраф за не добытую в результате нарушения условий технического проекта нефть в размере налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ). «Таким образом, компании будут платить за невыполнение технологических показателей по извлечению нефти, установленных проектом, как если бы они добывали ее», — говорится в сообщении Минприроды. По плану нормотворческой деятельности Минприроды, соответствующие изменения в закон «О недрах» и Административный кодекс будут разработаны до конца мая. В министерстве надеются, что к следующему году поправки уже будут приняты и вступят в силу.

С чем сравнивать?

Минприроды утверждает, что сейчас российские компании извлекают лишь 30—35% разведанных запасов, остальные 65—70% безвозвратно теряются. В мире аналогичный показатель составляет 50% и выше. Чтобы статистика была более доказательной, Минприроды приводит динамику роста КИН в США с 1990 по 2000 год — с 0,35 до 0,41. В России за тот же временной промежуток он снизился с 0,39 до 0,31, утверждает Минприроды.

Наверное, не стоит напоминать, что как раз за эти десять лет Россия пережила приватизацию, залоговые аукционы, две попытки переворота и несколько финансовых кризисов. В результате этих событий экономика и все без исключения отрасли промышленности настолько пострадали, что до сих пор не достигли показателей времен СССР. Поэтому сравнение с показателями КИН в США именно в этот период, мягко говоря, некорректно.

Кроме того, эксперты утверждают, что точно посчитать КИН можно только тогда, когда месторождение уже выработано, а не на этапе утверждения проекта его разработки. Коэффициент извлечения нефти (или коэффициент нефтеотдачи) — это отношение добытой нефти к первоначальным балансовым запасам. На этапе утверждения проекта разработки месторождения это будет, естественно, отношение его извлекаемых запасов к балансовым запасам. А извлекаемые запасы — понятие оценочное, с появлением новых данных о месторождении (например, после бурения эксплуатационных скважин) оно может меняться.

Кроме того, в понятие извлекаемых запасов закладывается рентабельность их извлечения. Если в момент, когда утверждался проект разработки месторождения, цены на нефть и себестоимость ее добычи позволяли рентабельно извлечь определенное количество черного золота, то это не значит, что через несколько лет (а то и десятков лет) соотношение этих показателей будет прежним. К тому же многие проекты освоения ныне разрабатываемых месторождений утверждались еще в советское время, когда понятия о рентабельности были, мягко говоря, весьма своеобразными.

Отметим также, что коэффициент извлечения нефти зависит не только от методов разработки месторождения и перечня мероприятий по повышению нефтеотдачи. В первую очередь он обусловлен свойствами содержащейся в месторождении нефти и свойствами коллектора (породы, в которой находится нефть). «При сочетании худших показателей по нефти и коллекторам, например при очень плотной высоковязкой нефти и низкопроницаемых карбонатных коллекторах, извлечь более 15—20% нефти из недр практически невозможно», — считают ученые Института нефти и газа им. Губкина. Поэтому в силу объективных причин стремление догнать и перегнать показатели американских компаний (читай — месторождений) все-таки неоправданно.

Прячьте запасы!

Минприроды, впрочем, обещает с пониманием относиться к компаниям. По словам Юрия Трутнева, необходимо предусмотреть возможность изменений утвержденных технических проектов, когда такие изменения продиктованы объективными геологическими условиями. Кроме того, министр подчеркнул, что компании вправе рассчитывать на определенные компенсации в том случае, если технический проект изменяется в сторону увеличения КИН. «Вопрос о проработке механизма таких компенсаций должен быть проработан в ближайшее время», — со свойственной чиновникам определенностью обещают в Минприроды.

Остается надеяться, что вопрос о проработке механизма, как и сам механизм, все же будет проработан до конца мая, когда будут готовы изменения в закон «О недрах» и Административный кодекс.

А пока можно предположить несколько последствий введения штрафных санкций, предложенных Министерством природных ресурсов.

Во-первых, компании не будут торопиться ставить на баланс новые запасы на месторождениях. Сейчас они стараются сделать это как можно быстрее, ведь размер запасов увеличивает рыночную стоимость компании. После введения штрафов за нарушение КИН им будет выгодно иметь некие резервы, за счет которых можно будет создать видимость сохранения КИН на проектном уровне.

А во-вторых, если добыча остатков нефти нерентабельна, то уж лучше заплатить за нее только НДПИ, чем тратить деньги на добычу и плюс к этому платить тот же самый НДПИ.

Кроме того, Минприроды не уточняет, на каком этапе собирается штрафовать компании — ведь окончательно и бесповоротно вынести вердикт о несоблюдении предусмотренного проектом КИН можно будет лишь после того, как месторождение будет полностью выработано и законсервировано. А штрафовать и потом пересчитывать штрафы в ходе эксплуатации месторождения накладно и просто сложно: ведь в зависимости от методов разработки в разные периоды у компании будет либо опережение, либо отставание от средних темпов добычи.

Таким образом, введение штрафа может создать путаницу с запасами и отвлечь деньги от инвестиций в освоение новых регионов. Хотя случаев несоблюдения КИН формально станет, скорее всего, меньше.

Опять за старое

Отметим, что не вовлеченные в разработку запасы уже давно не дают покоя министру природных ресурсов. Еще в 2004 году, почти сразу после своего назначения, Юрий Трутнев выступал с предложением ввести налогообложение запасов нефти. «Если хотим, чтобы компании больше использовали запасы, а не держали их на балансе, нужно их стимулировать, например заставлять платить не только с тонны добычи, но и с тонны запаса», — предлагал Трутнев.

Министр также обещал реализовать эти предложения в новой редакции закона «О недрах» (которая, кстати, так до сих пор и не принята). К счастью, эти предложения не были реализованы ни в законе, ни в виде изменений в нем — эксперты тогда тоже предполагали, что компании станут скрывать свои реальные запасы, а разведка новых месторождений потеряет для них всякий смысл. Поэтому, возможно, и новая инициатива вскоре будет забыта, а ее целью было заставить компании обратить внимание на ситуацию с КИН.

Не исключено, что волноваться за КИН министра заставила старая история, вернее, спор о допустимости или недопустимости агрессивных методов разработки месторождений, которые применяли компании в 2000—2004 годах (что и вызывало существенный рост добычи, например, у «Сибнефти»). Если при традиционных методах разработки добыча на месторождении растет, а потом падает очень медленно, то агрессивные методы интенсификации добычи вызывают ее существенный рост, после которого наблюдается резкое падение (что и происходит сейчас с месторождениями бывшей «Сибнефти» — «Газпром нефти»). Однако эксперты утверждают, что на общие показатели извлечения нефти выбор метода эксплуатации напрямую не влияет и в основном КИН зависит все же от параметров нефтеносных пластов. А их уж, как и родину, не выбирают.

Оперативные и важные новости в нашем telegram-канале Профиль-News
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Самое читаемое
23.10.2021