Наверх
8 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "КОГДА УМИРАЮТ ЛЕГЕНДЫ"

Вове предстояло написать некролог достойному человеку. Это не должно было вызвать никаких затруднений. Но рука не тянулась к перу, а перо, в свою очередь, к бумаге.    Наш редактор отдела науки Володя Добронравов был сторонником научного прогресса и одновременно патриотом советского прошлого. Он тосковал по социальному государству, добрым милиционерам и колбасе по два двадцать. Так бывает. Ну, от одной страны человек до конца не оторвался и к другой окончательно не пристал. Хотя все, кажется, на месте — машина, кондиционер, офис, путевка в Египет…
   Правила выживания в нашем странном социуме гла-сят: никогда не спорь с человеком, имеющим убеждения, какими идиотскими они бы ни были! Любит СССР — пусть и дальше любит. Мы с Володей достигли чудес в деле компромисса. Поэтому, когда пришла печальная весть о том, что скончался герой и летчик-космонавт Феоктист Константинович, я постарался придать своему лицу подобающее выражение. Ведь Феоктист Константинович был главной легендой Вовиной жизни.
   Так случилось, что город, в котором родился Вова, был родиной и знаменитого Феоктиста Константиновича. Во время войны он совсем маленьким мальчиком переходил в тыл к врагу и собирал данные о расположении неприятеля. А потом передавал всю информацию своим. Но однажды фашисты заподозрили что-то неладное и решили его расстрелять. Что и сделали на рассвете. Но они не убили маленького героя, а только ранили. Тот выжил, пополз к своим. И дополз. Мальчика вылечили и наградили орденом. Так началась легенда. Но дело не ограничилось героическим партизанским детством. Феоктист Константинович выучился и сделал научную карьеру. Но больше всего ему хотелось полететь в космос. Но до определенного момента космос был уделом военных летчиков, к их числу Феоктист Константинович не относился. Так он тихо тосковал, пока наука не сделала новый рывок и не выяснилось, что в космосе нужен бортинженер. Тут-то он и полетел!
   Вова застал культ Феоктиста Константиновича в полном расцвете. Школа, которую оканчивал Вова, носила имя героя. И пионерская дружина школы носила то же самое имя. Пионеры соревновались за переходящее красное знамя, на котором золотым шелком было вышито имя Феоктиста Константиновича. И надо ли говорить, что именно пионерская организация Вовиного класса во главе с самим Вовой все время получала это переходящее знамя. Под знаменем с именем летчика-космонавта принимали в пионеры. В свое время и Вова прошел через этот обряд инициации. Каждый год они поздравляли Феоктиста Константиновича с Днем Победы и Днем космонавтики — с барабанным боем и вручением рапорта о достижениях. Володя обожал мужественный профиль своего кумира и его сипловатый голос, которым он снова и снова рассказывал о своем детском подвиге. С достижением комсомольского возраста тема бесед изменилась — Феоктист Константинович рассказывал своим юным пытливым друзьям о космосе.
   Собственно, это именно из-за Феоктиста Константиновича Вова и занялся в журналистике наукой. Больше всего он любил писать о космосе, об открытиях астрономов, о взрывах далеких звезд и рождении новых миров…
   И вот в один далеко не прекрасный день Феоктист Константинович умер. Кому же, как не Володе, было написать несколько прочувствованных слов о своем кумире. И точно!
   — Добронравов, с вас в рубрику «Память» тридцать строк, — сказал на планерке главный.
   Вове предстояло написать некролог достойному человеку. И это, казалось, не должно было вызвать никаких затруднений. По стечению обстоятельств Вова помимо научных статей писал еще и некрологи — в своем провинциальном городе он одно время вел специальную колонку. Но в случае с Феоктистом Константи-новичем замялся. Рука не тя-нулась к перу, а перо, в свою очередь, к бумаге.
   — Ну и что мне писать? — спрашивал у меня Володя.
   — Ну, ты же мастер похоронного жанра, — отбивался я. — Главное, не включайся!
   — Как ты не понимаешь! Я под знаменем с его именем в пионеры вступал! Я в науку из-за него пошел!
   — Ну и замечательно!
   — Пошел ты на!..
   Я бы обиделся на своего приятеля, если б не знал причину его терзаний.
   За несколько лет до описываемых событий наши ученые заявили, что придумали клипер, российский многоразовый космический корабль. У кого же брать комментарий по этому поводу, как не у Феоктиста Константиновича?!
   Волнуясь, Володя набрал номер телефона героя. Тот сам снял трубку. Володя узнал постаревший, но бодрый сипловатый голос.
   — Здравствуйте, Феоктист Константинович. Вас беспокоят из журнала. Мы бы хотели попросить у вас коммента…
   — Кто звонит? — раздраженно спросил летчик-космонавт.
   — Здравствуйте, Феоктист Константинович, — уже громче сказал Вова.
   — Что???
   — Здравствуйте, Феоктист Константинович, — заорал, пытаясь прорваться через старческую глухоту, Добронравов так, что референтка главного, как раз разливавшая чай, чуть не уронила от неожиданности чашку.
   — Здравствуйте, — сказал с достоинством Феоктист Константинович.
   — Я звоню вам из журнала, — продолжал орать Вова.
   — А? Откуда?
   — Из жур-на-ла! Вы слы-ши-те ме-ня?!
   — А что вы кричите, молодой человек? — сварливо сказал летчик-космонавт. — Вы понимаете, кому вы звоните?
   — Феоктист Константинович! Вы! Не могли бы! Сказать нам! Несколько слов! О клипере!
   — А? Ничего не понятно, что вы говорите, — начал раздражаться герой. — Вы вообще кто?
   — Я журналист! — опять заорал Вова. — Из журнала!
   — А-а… И что вам нужно?
   — Вы не могли бы сказать нам несколько слов о клипере!
   — О чем?
   — О клипере!
   — А?
   — О клипере!
   — Что вы там бормочете?
   — О клипере!!!
   — Как вы смеете мне об этом говорить! Я старый человек. Я заслуженный человек! Бесстыдник! — закричал Феоктист Константинович.
   — Да вы не расслышали, Феоктист Константинович! Я имею в виду клипер! Многоразовый космический…
   — Пошел ты на!.. — сказал летчик-космонавт и положил трубку.
   Посиневший от крика Вова смотрел на телефон. Что отразилось в тот момент на его лице? Не знаю. Наверное, таким же было лицо жены Лота, когда она обернулась, чтобы посмотреть на гибнущий город, с которым уходило все любимое… И вот теперь предстояло написать несколько добрых слов о человеке, который был для Володи героем, а затем стал просто обматерившим его стариком. Не то чтобы этот прискорбный эпизод перечеркнул былые заслуги Феоктиста Константиновича, нет! Но что-то ушло… Все уходит.
   …А некролог получился прочувствованный и мужественный. Весь путь этого человека лежал перед нами как на ладони. Работа над клипером была отмечена одной короткой фразой.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK