Наверх
11 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "КОРРУПЦИОННОЕ ПРЕЛОМЛЕНИЕ"

Высокопоставленные мздоимцы из ФОМС и Счетной палаты приговорены к длительному заключению. Реальная борьба с коррупцией началась? ЛЕКАРИ И СЧЕТОВОДЫ
    Только в конце лета и только в Мосгорсуде прошли два громких процесса над чинов-никами-коррупционерами. Первый — над чиновниками Фонда обязательного медицинского страхования (ФОМС), второй — над сотрудниками Счетной палаты РФ (СП).
   Казавшийся просторным во время предварительных слушаний и судебных прений зал Мосгорсуда в день оглашения приговора чиновникам ФОМС, 21 августа, был битком набит подсудимыми, адвокатами, родственниками и прессой.
   В модной застекленной клетке, в которой было так же душно, как и в «свободной» части зала, стояли, сложив руки на груди жестом Монте-Кристо, бывший директор ФОМС Андрей Таранов, его первый зам Юрий Яковлев и просто зам Наталья Климова. Руководители ФОМС набрали взяток на общую сумму 28 млн рублей. «Их исправление возможно только в условиях изоляции от общества», — громил взяточников судья Владимир Усов. В итоге чиновники получили от 4 до 9 лет лишения свободы плюс миллионные штрафы, плюс лишение права занимать должности на госслужбе.
   Организованная группа коррупционеров в Счетной палате, осужденных Мосгорсудом также в августе, меньше, чем была в ФОМС, всего три человека. Высокопоставленных чиновников СП — Василия Корягина, Сергея Климантова и посредника, экс-зама мэра Владивостока Сергея Дубовицкого, — задержали в сентябре 2007 года при получении $120 тыс. Задерживали горе-вымогателей сотрудники Службы собственной безопасности СП при помощи оперов ФСБ. Чиновники приговорены к срокам от 4 до 8 лет строгого режима.

КОНТРОЛЬНЫЕ ЦИФРЫ
    В общем, формально следственным органам есть чем отчитаться перед политическим руководством страны. Впрочем, сами «бойцы антикоррупционного фронта» результаты своей работы оценивают весьма сдержанно. На июньской расширенной коллегии СКП глава ведомства Александр Бастрыкин отметил «активную работу следствия по выявлению коррупционных преступлений». Однако в целом, по его словам, результаты этой работы «не соответствуют масштабам мздоимства и продажности чиновничьего аппарата». «Мы не призываем заниматься мелочовкой, ловить людей на копейках, но нужны дела. Ведь воруют, и еще как. А у нас целые области не дают никакого результата», — возмущался в кругу следователей председатель СКП. Между тем «мелочовки»-то как раз хватает: осуждают в основном тех, кто попался на бытовой коррупции — треть осужденных в прошлом году служили в милиции, пятая часть — врачи и медсестры, а каждый десятый коррупционер оказался школьным учителем или вузовским преподавателем. «Надо понимать, что те цифры, которые называют МВД, Генпрокуратура, СКП, касаются только бытовой коррупции, — говорит глава Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов. — Получается, у нас главные коррупционеры — врачи, учителя и рядовые сотрудники милиции. И это при емкости коррупционного рынка в $300 млрд ежегодно». «Мелких взяточников ловят показательно, так как они более доступны для правоохранителей, чем высшие чиновники в центре», — соглашается бывший прокурор, депутат Госдумы Виктор Илюхин.
   Впрочем, как раз на этом — «мелочном» — фоне августовские процессы выглядят как исключения из правил. Между тем именно такие исключения — доведение до суда резонансных дел с участием высокопоставленных коррупционеров — гораздо больше, чем рутинная «мелочовка», являются в глазах граждан индикатором того, что с коррупцией действительно борются. Есть мнение, что в ближайшем будущем количество таких громких дел будет только нарастать. «То, что мы недавно увидели, это реализация установки на искоренение коррупции, этого страшного социального зла, — уверен бывший замгенпрокурора, а ныне депутат Владимир Колесников. — Это конкретный результат». В пользу такого подхода — частые сообщения СМИ о задержании мэров провинциальных городов и прочих чиновников муниципального и регионального уровня. Но не выше вице-губернаторов.

КАСТА РЕШАЕТ ВСЕ?
    Между тем складывается впечатление, что именно этот — «вице-губернаторский» уровень — и является для сегодняшней борьбы с коррупцией высшей планкой, преодолеть которую вряд ли удастся. Главная проблема, признается один из руководящих сотрудников СКП, заключается в том, что на всех уровнях, и прежде всего «на самом верху, сохраняется каста неприкасаемых — людей, которых трогать нельзя, у тех есть свои люди, которых трогать нельзя, и так сверху до самого низа вертикали». Это не значит, что никого из этих граждан нельзя вывести на чистую воду. «Это лишь значит, что для того, чтобы кого-то из них взять, нужно, чтобы этот человек перешел дорогу кому-то из другой группы «неприкасаемых», — говорит чиновник. Иными словами, чтобы изобличить коррупционера, «нужно, чтобы кому-то это было нужно, чтобы кто-то конкретно готов был бы оказать поддержку следствию на аппаратном уровне». Если такой заинтересованный человек имеется, дело движется, если же нет — данный конкретный факт борьбы с коррупцией вполне может ожидать непростая судьба.
   «Чтобы эффективно противодействовать коррупции на любом уровне, должна быть отменена каста неприкасаемых», — соглашается с сотрудником СКП Кирилл Кабанов. И если президент действительно хочет продвинуться на антикоррупционном направлении, ему придется с этим что-то делать.
   Впрочем, уверены эксперты, не все зависит от власти. Население, для которого «реальная» борьба с коррупцией это как минимум арест министра, в целом весьма лояльно настроено именно к низовому мздоимству. Понятно почему: система отстроена таким образом, что законный путь часто оказывается «себе дороже», чем незаконный или полузаконный. Как говорится, «не подмажешь — не поедешь». Неслучайно, отвечая на вопрос «Левада-Центра»: «Какие общественные проблемы вас больше всего беспокоят?» — проблему коррупции поставили аж на восьмое место (на первых же позициях — рост цен, безработица, кризис и т.д.).
   Что ж, ссылаться на то, что в России «внизу власть тьмы, вверху- тьма власти» и поэтому ничего не исправить, добрая национальная традиция. Другое дело, что Дмитрий Медведев, пришедший в Кремль как раз с имиджем борца с коррупцией и модернизатора всего и вся, вряд ли рассчитывает на то, чтобы войти в историю в качестве очередного лидера, у которого «опять ничего не получилось». По крайней мере, общественность в это пока еще верит. «Президент объявил борьбу всерьез, он свою репутацию на кон поставил», — говорит Кабанов. Остается надеяться, что и сам президент в этом не разуверился.

   ДЕЛО СЧЕТОВОДОВ
   В 2007 году Счетной палатой была проведена проверка использования НИИ «Геодезия» в Красноармейске (Московская область) закрепленного за ним федерального имущества. Замдиректора департамента контроля за владением, пользованием и распоряжением федеральной собственностью СП Василий Корягин, выявив допущенные при составлении акта недостатки, задумал использовать полученную информацию для вымогательства взятки у предпринимателя. В том же 2007 года при получении взятки в размере $120 тыс. чиновник был задержан.

   ДЕЛО ФОМС
   В 2005-2006 годах директор Фонда обязательного медицинского страхования (ФОМС) Андрей Таранов и другие высокопоставленные сотрудники фонда вымогали деньги у руководителей территориальных органов ФОМС, а также у ряда фармацевтических компаний. Таранов и его замы распределяли субвенции в регионы на приобретение лекарств только при условии, что часть переданных денег руководство подразделений фонда на местах и предприятий-производителей лекарств будет отдавать им обратно в виде откатов. Общая сумма взяток — 27,7 млн рублей.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK