Наверх
6 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2007 года: "Кто боится немецких нотаций?"

Во времена холодной войны мир был прост и понятен. Друг моего врага был моим врагом, друг моего друга был моим другом.В Германии, а точнее, во вражеской ФРГ сидели наемники буржуев — фашисты, реваншисты и милитаристы — и целыми днями клеветали на СССР. В Советском Союзе, с другой стороны, сидели большевики и подкармливали своих приспешников на Западе. Все, кто занимался шпионажем, саботажем, поджогами или бросался камнями, делали это по заданию из Москвы и с единственной целью — подорвать свободное и демократическое устройство Западной Германии и вручить страну в лапы Кремля.

Четкие идеологические границы растаяли вместе с окончанием противостояния между Востоком и Западом. Многолетние союзники внезапно стали врагами, а враги — друзьями. Некоторые, например, в начале своей карьеры были леваками и швырялись камнями, позже выбились в министры иностранных дел, а в настоящее время, находясь на пенсии, активно критикуют Россию. Большой капитал же — как видно, в частности, из статей «Шпигеля», — напротив, выступает за улучшение отношений с Россией и Китаем. Конечно, можно считать, что в возникшей путанице виновата глобализация или всемирное потепление. Уленшпигелю, однако, кажется, что четких разграничений не существовало никогда. С одной стороны, капитал поддерживал антисоветские настроения западных немцев, с другой — выстраивал экономические связи с Советским Союзом. Вспомнить хотя бы проект «газ-трубы» 1970 года. 

С преклонением немецких левых перед родиной пролетариата тоже все было не так просто. Конечно, существовали и ортодоксальные коммунисты, однако самая большая, влиятельная и заметная часть левых всегда подчеркнуто отделяла себя от СССР. Для борцов с авторитаризмом, вышедших из студенческого движения 1968 года, сексуальная революция постепенно стала важнее, чем пролетарская. «Быть левым» все меньше значило бороться с властью капитала и все больше — шокировать бюргеров длинными волосами и радикальными высказываниями. А Советский Союз был для них слишком консервативен. Социалистическим раем, скорее, выглядела Голландия, где можно было выкурить косячок, не нарушая общепринятых норм поведения. Многие бывшие левые, в прошлом вынужденные, сжав зубы, защищать Советский Союз от правых, сегодня дают волю своим чувствам, не скрывая антипатии к ослабевшей империи. Они, вслед за Йошкой Фишером, выбились наверх, носят галстуки и занимают ответственные посты, однако идеалы их не поблекли, а даже окрепли! Если где-то в мире нарушаются права религиозных, национальных или сексуальных меньшинств, ребята отважно вмешиваются в борьбу. Которая, впрочем, обычно ограничивается упреками политическим противникам в том, что они из экономических соображений закрывают глаза на нарушения прав человека.

Экс-канцлер Герхард Шредер всегда считал, что экономические связи важнее нотаций на гуманитарные темы, чем вызывал раздражение электората, приведшего его к власти. Зато бывшая активистка Союза свободной немецкой молодежи, Ангела Меркель, как все новообращенные, показала себя более чем прилежной ученицей западнонемецкого политического мейнстрима. Профессиональные борцы за права человека и СМИ восторженно нахваливают ее, когда Меркель в очередной раз читает нравоучения оступившемуся или «напоминает о правилах игры», как прилежная воспитательница несмышленому юнцу.

Действительно ли воспитуемые принимают строгие слова железной канцлерши близко к сердцу — как в это хочется верить немецкой общественности, — большой вопрос. Однако даже немецкие магнаты предпочли бы не выглядеть в глазах сограждан циничными капиталистами, для которых выгода — все, а люди — ничто. Именно они выдумали лозунг Wandel durch Handel — «Преображение через торговлю», подразумевая под этим, что чем больше экономических связей будет налажено с русскими или китайцами, тем больше мы будем на них влиять, пока в один прекрасный день они не станут смотреть на вещи так же, как мы. Уленшпигелю кажется, что немцы, как обычно, выдают желаемое за действительное. Правда в том, что и китайцам, и русским, и всем остальным наплевать на то, как, по мнению немцев, должен быть устроен мир. Независимо от того, несем мы благую весть, укоризненно грозя пальцем или позвякивая кошельком. На самом деле и «открытый стиль» Меркель в гораздо большей степени вызван заботой о голосах избирателей, чем беспокойством по поводу пыток или цензуры. Граждане Германии, «страны экспорта», обычно голосуют за политику, ставящую права человека впереди экономических интересов. Не зря Ангела Меркель — один из самых популярных канцлеров в истории ФРГ. Как писал хорошо знавший свой народ Генрих Гейне: «Французам и русским досталась земля, / британец владеет морем, / зато в воздушном царстве грез / мы с кем угодно поспорим».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK