Наверх
6 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "ЛУЛА-СУПЕРСТАР"

Бразильский президент не жалеет сил, чтобы придать своей стране больший вес на международной арене. Недавно ему удалось уговорить иранского лидера на довольно непрозрачную сделку по ядерной программе. Удастся ли благодаря ей избежать новых санкций и войны?    Как только не ругали его прежде: он и коммунист, и не-отесанный проле-тарий, и пьяница. С этим давно покончено. С того времени, как Бразилия вошла в число быстро развивающихся экономических держав, репутация его круто пошла вверх. Многие считают президента Бразилии лидером Южного полушария, главным противовесом Вашингтону, Брюсселю и Пекину. Американский информационный журнал Time пошел на шаг дальше и три недели назад отметил его званием «самого влиятельного политического лидера в мире», поставив выше Барака Обамы. А на родине его уже видят лауреатом Нобелевской премии мира.
   Недавно 64-летнему Луису Инасиу да Силве, которого на родине называют Лула («осьминог»), удалось взять новый рубеж. Он, сын родителей, не знавших грамоты, выросший в трущобах, сумел добиться крупного дипломатического успеха: в результате продолжительных переговоров нашел вместе с иранским правительством вариант контроля над ядерной программой. В позапрошлый понедельник Лула предстал в Тегеране триумфатором. Вместе с турецким премьером Реджепом Тайипом Эрдоганом и иранским президентом Махмудом Ахмадинежадом он заявил, что тема санкций ООН против Ирана в связи с якобы проводимой им программой создания ядерного оружия потеряла актуальность. Запад, так настаивавший на ужесточении международных штрафных санкций, выглядел растерянным и одураченным.
   Однако уже на следующий день Вашингтон нанес встречный удар. Началась новая глава в тлеющем атомном конфликте, в котором жестким мерам больше всех противился Пекин. Госсекретарь США Хиллари Клинтон заявила: «Совместно с Россией и Китаем мы пришли к соглашению по жесткому проекту». Предварительный вариант резолюции о санкциях был передан всем членам Совета Безопасности, включая Бразилию и Турцию, входящих в Совет на правах участников с двухгодичными полномочиями, где представлены 15 государств. Чтобы резолюция вступила в силу, за нее должно быть подано 9 голосов.
   Хиллари Клинтон выразила благодарность Луле за «искреннее желание помочь». Но по ее виду было заметно, что инициатива бразильца ей не по душе: «Жесткие санкции станут однозначным сигналом о том, чего мы ожидаем от Ирана». Но, может быть, миролюбивый подход Лулы в споре об атомной программе перспективнее? Позволит ли Лула-суперстар, имеющий теперь еще поддержку входящей в НАТО Турции, так легко обойти себя на повороте? Кто знает, как складывался его жизненный путь, в это не верит: Лула всегда преодолевал препятствия и добивался того, что казалось невероятным.
   Его отец рано ушел из семьи, матери пришлось с восемью детьми перебраться с северо-востока Бразилии в промышленную южную часть, чтобы вообще выжить. Читать и писать Луис Инасиу научился, только когда ему исполнилось 10 лет. Он помогал семье — был чистильщиком обуви, торговал овощами, работал на лакокрасочной фабрике. Позднее ему досталось место ученика на станкостроительном заводе. Когда ему было 25 лет, умерла его жена, беременная их первым ребенком: у семьи не нашлось денег на необходимую медицинскую помощь.
   Уже в молодости Лула начал заниматься политикой, во времена военной диктатуры он организовывал находившиеся под запретом стачки и в 80-е годы неоднократно попадал за решетку. Недовольный классическими левыми политическими организациями, да Силва основал собственную рабочую партию, которую шаг за шагом превращал из марксистской в социал-демократическую. На президентских выборах он трижды терпел поражение. Но в 2002 году победил с большим отрывом. На яркого лидера рабочего движения возложили свои надежды бедняки и самые обездоленные, которых в стране резких социальных контрастов огромное число. Обладатели крупных состояний велели заправить свои частные самолеты: они опасались экспроприации.
   Однако тех, кто надеялся или боялся, что в Бразилии произойдет революция, ждало много сюрпризов. Сразу после вступления в должность Лула повел своих министров в квартал трущоб, начал масштабную программу борьбы с голодом, благодаря которой удалось несколько улучшить положение обездоленных. При этом он не распугал предпринимателей. Подъем цен на сырьевые продукты и умеренная экономическая политика, ориентированная на иностранные инвестиции и местные кадры, помогли Луле повторить успех на выборах и в 2006 году.
   В декабре президентские полномочия Лулы истекают. На третий срок он свою кандидатуру выставить не может. Внутри страны он навел порядок и даже подготовил себе преемницу. Но амбициозный президент считает: главное, что он должен оставить родине, — это новый международный статус. Он считает своим долгом сделать страну с населением в 196 млн мировой державой и добиться для нее места в Совете Безопасности ООН.
   Лула осознал, что для достижения этой цели полезно поддерживать хорошие отношения с Вашингтоном, Лондоном и Москвой. Правда, еще более важными он считает тесные контакты с Китаем и Индией, с государствами Ближнего Востока и Африки. Лула ощущает себя представителем Юга, предводителем бедных и отверженных. И конечно, он видит, как меняется расстановка сил: в прошлом году Китайская Народная Республика впервые стала крупнейшим торговым партнером Бразилии, обогнав США.
   Лула — единственный из глав государств, кто выступал и на мировом Экономическом форуме для избранных в Давосе, и на Всемирном социальном форуме, организованном в Порту-Алегри противниками глобализации. Он без устали колесит по миру, посетил в одной только Африке 25 стран, множество государств в Азии и практически все — в Южной Америке. И всегда он везет за собой делегацию предпринимателей. Он неустанно проповедует свое кредо: мир многополярен. Лула — одаренный оратор и настоящий лидер людей труда, и потому его восторженно принимают во всех странах как поп-звезду. Даже американский президент Барак Обама на встрече «Двадцатки» в Лондоне в 2009 году произнес: «I love this guy».
   Теперь, по прошествии времени, Обама вовсе не столь убежден, что Лула — для него «свой парень». В общении с Вашингтоном бразилец становится все более дерзким, иногда почти провоцирует конфронтацию.
   Примером может служить Гондурас. США давно привыкли считать Центральную Америку чем-то вроде собственных задворков. Тем больше было их удивление, когда Лула в прошлом году дал в бразильском посольстве в Тегусигальпе прибежище свергнутому президенту Мануэлю Селайе и потребовал, чтобы при решении конфликта было принято во внимание и его мнение. Нового главу государства Бразилия признавать отказалась и тем открыто выступила против Обамы.
{PAGE}
   Дальше — больше. Лула отправился на Кубу, встретился с Раулем и Фиделем Кастро и потребовал немедленной отмены американского экономического эмбарго. Критиков режима, томящихся в тюрьмах Гаваны, он, к вящей радости принимающей стороны, поставил на одну доску с обычными преступниками. Лула демонстративно встал на сторону Уго Чавеса, неистово бранящего Вашингтон и затыкающего рот собственной прессе: в беседе с журналом Spiegel Лула назвал его «лучшим президентом Венесуэлы за по-следний век».
   А когда несколько месяцев назад он принимал в столице Бразилиа Махмуда Ахмадинежада, то с похвалой отозвался о его якобы безупречной победе на выборах и сравнил иранских оппозиционеров с расстроенными болельщиками проигравшей футбольной команды. Бразилия, отметил он, тоже не позволяет никому контролировать свою — «разумеется, исключительно мирную» — программу ядерных исследований.
   Несмотря на такое единодушие, многие не верили, что из поездки Лулы в Тегеран что-то получится. Договориться с иранским руководством об условиях ядерной программы представлялось нереальным, поскольку персы в течение многих месяцев совершенно не были готовы идти на компромиссы. На совместной пресс-конференции с дипломатом-путешественником, состо-явшейся в Москве, президент Дмитрий Медведев оценил шансы бразильца достичь договоренности с Ираном тоже примерно в 30 процентов. Но Лула возразил: «На мой взгляд, вероятность успеха — 99 процентов!» Вновь проявилась необычайная уверенность в себе этого нового игрока на арене международной дипломатии. «Он считает себя чудо-доктором, способным совершить то, что не под силу никому другому», — рассуждает американский эксперт по Латинской Америке Майкл Шифтер.
   Пока лишь по косвенным признакам приходится судить о том, действительно ли после 17 часов переговоров в Тегеране достигнут «прорыв» или соглашение окажется лишь «отвлекающим маневром», как предполагает газета Frankfurter Allgemeine. В прошлом иранцы показали, что весьма изобретательны на разные хитрости, позволяющие дурачить весь мир и выигрывать время. Венские чиновники из МАГАТЭ осторожно заявляют, что любое движение в направлении ядерного компромисса — уже прогресс. Инспекторы МАГАТЭ проводят надзор за ядерными установками по поручению ООН во всех странах мира. В последнее время у них накапливается все больше аргументов, свидетельствующих о наличии скрываемой Ираном программы разработки ядерного оружия. Они настоятельно требуют от Тегерана большей открытости. Теперь многое будет зависеть от оценки венских экспертов: они никогда не позволяли нити переговоров оборваться и не предъявляли бездоказательных обвинений. То, что иранцы согласились представить МАГАТЭ текст договоров лишь «неделей позже», усиливает подозрения.
   Западные правительства смотрят на происходящее с недоверием: проект резолюции ООН, доведенный Хиллари Клинтон до сведения общественности сразу после подписания тегеранской договоренности, должен прежде всего успокоить Израиль. Некоторые из членов правительства ястребов под предводительством Биньямина Нетаньяху выражают крайнее недовольство «дурно пахнущим компромиссом». Министр торговли Биньямин Бен-Элиэзер полагает, что Тегеран собирается «еще раз обвести весь мир вокруг пальца».
   Обстоятельный анализ текс-та договора, заключенного Лулой, Ахмадинежадом и Эр-доганом, дал американский Институт науки и международной безопасности ISIS, всегда выступавший за переговорное урегулирование и считающий «военный вариант» решения иранской атомной проблемы неприемлемым. Независимые эксперты по ядерным вопросам скрупулезно перечисляют свои сомнения и разбирают слабые моменты в тех формулировках договора, которые уже стали известными.
   Иранцы взяли на себя лишь обязательство вывезти 1200 кг своего низкообогащенного урана в Турцию, за что они должны получить топливные стержни для тегеранского исследовательского реактора. Это, правда, по объему соответствует требованиям, на которых настаивала МАГАТЭ в прошлом октябре. А условия были таковы: предлагалось вывезти более трех четвертей производимого в Иране урана за пределы страны, в результате чего создание бомбы оказалось бы невозможным — это была бы мера доверия, передышка, необходимая для возобновления переговоров. Однако нынешняя сделка не учитывает, что, введя в экс-плуатацию центрифуги в Натанзе, Иран сегодня имеет, вероятно, уже более 2300 кг урана. Иными словами, он оставит у себя почти половину сырья, необходимого для бомбы, и, следовательно, будет и далее располагать достаточным его количест-вом для «рывка» в направлении ядерного оружия.
   Соглашение к тому же позволяет Тегерану легко обойти запреты: у иранских властей остается право вернуть уран из Турции, если, по их мнению, «будет нарушена» какая-либо из оговорок, которыми обставлено соглашение. И главное: по договору Тегеран не обязуется прекратить обогащение урана. «Такого у нас и в мыслях нет», — пояснил один из чиновников. А именно этого совершенно недвусмысленно требует ООН уже в течение трех раундов переговоров по санкциям в отношении Ирана.
   Президента Лулу все это уже не занимает. Он показал, что на международной арене без него нельзя решить ни одной проблемы. Бразильский президент на мадридском саммите ЕС-Латинская Америка вновь выслушал от друзей массу комплиментов по поводу своего вклада в укрепление мира. Его появление имело символическое значение: видите, у «осьминога» много щупалец. И он не боится плавать в одном водоеме с акулами.
   За кулисами Лула-суперстар любит рассказывать, как он отучал бразильских дипломатов от «синдрома дворняжек». Так он называет глубоко укоренившийся комплекс неполноценности, который еще недавно многие из его соотечественников испытывали при встречах с американцами и европейцами.
   Дело было в 2003 году. Лула впервые появился на международной арене на саммите «Восьмерки» во французс-ком Эвиане. Все сидели в кон-ференц-зале гостиницы, где проходила встреча, и ждали Джорджа Буша. Когда американец наконец вошел, все встали. Только Лула остался сидеть. И приказал то же делать своему министру иностранных дел. «Нечего пресмыкаться, — произнес тогда бразильский президент. — Когда вошел я, почему-то никто не встал».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK