Роман умудренного опытом преподавателя и хорошенькой студентки -- классика любовного жанра. Особенно когда в ролях заняты такие замечательные актеры, как Олег Табаков и Марина Зудина. Они уже пятнадцать лет вместе, но, по словам Марины, влюбляются друг в друга снова и снова.Маргарита Озерова: Марина, ваши героини всегда живут страстями. В повседневной жизни вы столь же эмоциональны?
Марина Зудина: В гораздо меньшей степени. Наоборот, чем выразительнее по силе чувств мои роли, тем спокойнее я в жизни.
Когда мне в театре недоставало эмоций, я переносила их в семейную жизнь: начинала все, по словам мужа, драматизировать, любое переживание доводила до максимума. В работе это помогает, а в жизни мешает. Но с рождением ребенка я стала более терпеливой и мягкой. К тому же я чувствую себя очень защищенной благодаря мужу. И в жизни, и в работе.
М.О.: Как вы справляетесь с ролью замужней дамы?
М.З.: Для меня, как и для любой женщины, самое важное -- это ребенок и муж. Если бы стоял выбор между семьей и работой, я бы выбрала семью.
Был период, когда ни о чем, кроме профессии, я думать не могла: боялась, что не успею сыграть лучшие роли, что возьмут другую актрису, пока буду ждать ребенка. Но потом поняла: всего не переиграть. Всегда найдется более молодая, красивая или талантливая. И мне стало проще жить.
Появилась определенная свобода, и я стала больше ценить то, что есть во мне. И главное, когда я перестала бояться что-то потерять, появилось больше интересных и сложных ролей. Один Достоевский или Чехов чего стоит!
Раньше я всегда торопила события. Хотела, чтобы ребенок поскорее начал ходить, разговаривать. А сейчас я радуюсь каждому дню и всему, что он приносит. Даже наводя порядок в квартире, теперь думаю не "как мне все это надоело", а "как хорошо, что я это сделала".
М.О.: Существенная разница в возрасте с мужем вам не мешает?
М.З.: Нет. Проблемы между людьми возникают не из-за возраста, а из-за разницы характеров. Многим моим подругам за пятьдесят, но при этом я и с восемнадцатилетними общаюсь на равных и иногда даже чувствую себя моложе их.
М.О.: Говорят, вы влюбились в Олега Павловича чуть ли не в детстве...
М.З.: Нет, все было не так. Я не влюблялась в него как в экранного красавца-героя. Просто узнала, что есть студия Табакова. И захотела у него учиться, потому что считала его прекрасным педагогом. Меня приняли сразу на второй курс, а на третьем я уже много снималась.
М.О.: И когда же же ваше чувство стало называться любовью?
М.З.: Где-то на втором курсе. Наш роман длится уже пятнадцать лет. Когда люди так долго вместе, чувства уже не могут пылать. Но Табаков из тех людей, в которых можно влюбляться снова и снова. Хорошо, что мы занимаемся одним делом. И я не перестаю удивляться его эрудиции.
М.О.: Вашему роману не пытались помешать "доброжелатели"?
М.З.: Нет. Разговоры разные были, но -- пусть говорят, если у них своих проблем мало. Меня настолько занимала моя личная жизнь, что ни на какие разговоры я внимания не обращала. Мне было так хорошо, что окружающее не имело никакого значения. Я, может, и в профессии так мало успела в это время, потому что жила другим.
Когда человек любит, как бы ни было тяжело, он счастлив. И я была счастливой. Я страдала только оттого, что мы не могли быть вместе. Наверное, за эти страдания Бог меня и наградил тем, что я родила ребенка и у нас сложилась семья.
М.О.: Но этого момента вы ждали много лет.
М.З.: Десять. Наверное, это максимум, на который я была способна. Даже потом удивлялась, что десять лет так жила. Но если бы мы с Табаковым не поженились, у меня была бы другая семья. Я не согласилась бы всю жизнь прожить в той роли, которая была мне отведена изначально. Мне хотелось спокойствия и стабильных отношений. Я очень трезвый человек и нашла бы выход -- переборола бы свое чувство. У меня было достаточно знакомых, которым я нравилась.
М.О.: Обзаведясь новой семьей, Олег Павлович потерял старую. Восстановились ли у него отношения с детьми?
М.З.: С Антоном мы видимся, и у нас нормальные отношения. А у дочки претензии были не нравственные, а материальные. Но если дочку с отцом связывают только деньги, стоит ли говорить об этих отношениях?
М.О.: Вы сами ведете хозяйство?
М.З.: Да, но я работаю и не все успеваю. У ребенка есть няня, мне помогают по дому, я очень благодарна родителям. Я люблю монотонную работу -- пылесосить ковры, гладить (только не мужские рубашки). Я так успокаиваюсь. А готовить не люблю. Занятие неблагодарное, требует много времени, а съедается все быстро. Но деваться некуда -- готовлю.
Я все умею -- и борщ, и грибной суп, и лобио. Мужу нравится. Ест все и не капризничает. Он не привередливый, хоть и гурман. Если что-то не удалось, сам добавит какую-нибудь приправу. Недавно уху сварил. Завтрак сам себе готовит. За продуктами ходит. Он подолгу работал за границей, так что привык сам себя обслуживать, если надо.
Еще я могу забить гвоздь и поклеить обои. Когда не было возможности покупать хорошие вещи, шила и вязала.
М.О.: И где вы одеваетесь теперь?
М.З.: Одежду, парфюмерию и даже кремы покупаю за границей. Люблю джинсы "Армани". Мне удобнее всего работать в джинсах и свитере или рубашке. А вообще я предпочитают классический стиль, романтические, льющиеся ткани. Экстравагантность не для меня. Я обычно выискиваю отдельные вещи в разных коллекциях от "Макс Мара", "Кензо", "Ферре".
М.О.: Олег Павлович не контролирует ваши траты?
М.З.: Нет. Но мои потребности не очень велики. Кроме того, я зарабатываю, у меня есть свои деньги. Естественно, муж дает мне на хозяйство, я могу тратить на себя сколько хочу. Другое дело, я люблю, чтобы мои наряды доставляли удовольствие и Олегу Павловичу.
М.О.: Есть ли у вас какая-нибудь маленькая женская слабость?
М.З.: Духи. У меня всегда несколько флаконов на туалетном столике. Сейчас это "Мисс Диор", "Палома Пикассо", "Сальвадор Дали", "Коко Шанель", "Кензо", "Нина Ричи". И еще обязательно Climat -- теперь их делают только для России. Они мне очень дороги. Это мамины любимые духи, их запах знаком мне с детства. А вот к украшениям я отношусь спокойнее. Мне их дарят, а сама почти не покупаю. Недавно муж преподнес серьги с изумрудами и бриллиантами. У меня много колец с изумрудами, а вот серег не было. Но особенно мне понравилось, что они продавались по старой цене.
М.О.: Вы с Олегом Павловичем ходите в театры как зрители?
М.З.: Почти нет. Только в "Ленком" или в студию Фоменко. Я люблю балет и классическую музыку. Но вы знаете, вечером часто хочется просто сидеть и смотреть глупые передачи по телевизору.
М.О.: Какая роль Олега Павловича вам больше всего нравится?
М.З.: Искримас в фильме "Гори, гори, моя звезда", Обломов в фильме Никиты Михалкова, Шелленберг в "Семнадцати мгновениях весны". А в театре -- Сальери во мхатовском "Амадее".
М.О.: А вы сами снимаетесь где-нибудь?
М.З.: В сентябре должна была сниматься в одном фильме, но из-за кризиса съемки отложили. В последнее время я соглашаюсь только на самые интересные роли. Кино -- это способ заработать деньги, а я благодаря мужу могу не думать о деньгах. К тому же мои творческие потребности теперь вполне удовлетворяет театр.
Саша Марин, ученик Олега Павловича, будет ставить спектакль по "Идиоту" Достоевского, где я играю Настасью Филипповну. Олег Павлович репетирует у Камы Гинкаса пьесу Олега Багаева, лауреата антибукеровской премии прошлого года. Планов у театра много, но далеко заглядывать трудно: неизвестно, будут ли деньги на постановки.
М.О.: После кризиса финансовое положение театра ухудшилось?
М.З.: Мы в лучшей ситуации, чем многие, потому что наш театр финансирует правительство Москвы, а не Российской Федерации. Но мы тоже пострадали. Все, заработанное на гастролях в течение года, обесценилось.
М.О.: Гастроли были зарубежные?
М.З.: С коммерческой точки зрения, выгоднее гастролировать по стране. За границей спектакль стоит $4--5 тысяч, а у нас доходит до двенадцати. При этом цены на билеты остаются вполне умеренными, разницу погашают спонсоры. Для России такой вариант оптимальный, иначе просто невыгодно выезжать на гастроли. Мы побывали в Сургуте, Киеве, Днепропетровске, Одессе, Екатеринбурге, Петербурге, Кишиневе. А совсем недавно дали четыре спектакля в Красноярске. С аншлагом.
М.О.: То, что вы супруга Олега Павловича, дает вам какие-нибудь преимущества в театре?
М.З.: Отношения в труппе сформировались до того, как я вышла замуж. Здесь мало кого волнует, жена я Табакова или нет. Есть и другие семейные пары. У нас маленький коллектив -- тридцать человек, и все много работают.
М.О.: Чему вы научились у Табакова?
М.З.: Ценить талант других людей. Не ревновать и не завидовать. Олег Павлович -- достойный, независимый и самодостаточный человек, ни перед кем не заискивает, не ищет выгодных знакомств. И мне, хочешь не хочешь, приходится соответствовать и перебарывать свои недостатки. Для меня он эталон в жизни и в профессии (но не в быту).
М.О.: А вы как повлияли на Олега Павловича?
М.З.: Он стал более спокойным. У него появился дом, куда всегда тянет вернуться.
М.О.: От какой черты характера Олега Павловича вы больше всего страдаете?
М.З.: Он достаточно упрямый человек. Правда, пытается исправляться. Раньше, если я предлагала свое решение какой-нибудь проблемы, он принимал его в штыки. Теперь прислушивается.
Я тоже не без недостатков. Часто обижаюсь. В первые годы нашей совместной жизни через день складывала чемоданы и собиралась к родителям: то он не оценил мои старания, то сказал что-то не так.
М.О.: На кого похож ваш сын?
М.З.: Внешне больше на меня, хотя по характеру, мировосприятию и даже мимике -- на Олега Павловича. Когда я начинаю изображать сына, муж говорит: "Марин, ты лучше не показывай, ты не характерная актриса".
Муж не хочет, чтобы он стал актером, потому что профессия тяжелая и зависимая. Но у папы талантов много и помимо актерского -- какой-нибудь сыну передастся.
МАРГАРИТА ОЗЕРОВА
