Наверх
12 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "МАЛО НЕДРУГОВ — МАЛО ПОЧЕТА"

В Брюсселе главы ЕС неожиданно быстро смогли договориться, кому доверить новые высокие посты.    Кому теперь позвонит президент Соединенных Штатов, если понадобится срочно обсудить с ЕС спорный вопрос? Как и прежде, он будет звонить в Берлин, или в Лондон, или в Париж — во всяком случае, точно не в Брюссель. Ангела Меркель, Николя Саркози и Гордон Браун — крупные европейские политики, но не слишком ярые «европейцы» — на саммите глав ЕС в середине ноября проявили редкую солидарность. На капитанском мостике Евросоюза не появится никого, кто мог бы составить им конкуренцию.
   То, что первым постоянным председателем Совета ЕС стал бельгийский премьер Херман ван Ромпей, а первым высоким представителем Евросоюза по внешней политике и политике безопасности — комиссар ЕС по вопросам торговли британка Кэтрин Эштон, «демонстрирует, чего можно сегодня достичь в ЕС», с горечью констатирует глава фракции социалистов в Европарламенте Мартин Шульц.
   Пока это немного.
   Вот уже почти 10 лет Европейский союз борется за рождение новой Европы. Некогда ожидалось, что конституция даст континенту флаг и гимн — выражение единства и новой силы ЕС. «Облегченная» версия начинания — Лиссабонский договор, призванный унифицировать правила сотрудничества 27 государств-членов ЕС — задумана, чтобы Евросоюз обрел «одно лицо и один голос». Во всяком случае, так комментировал нынешний председатель Совета ЕС, глава правительства Швеции Фредрик Рейнфельдт, на тот момент еще только предстоявшие выборы двух ключевых европейцев.
   Однако из первоначальных предложений о том, кому доверить новые, созданные Лиссабоном посты, реализовано не было ни одного. Такой председатель Евросовета, как Тони Блэр, такой глава дипломатического ведомства, как Йошка Фишер, придали бы названию «Европа» определенную звучность. Однако именно этого не захотели те крупные политики, которые испугались за собственный статус самостоятельных геополитических игроков.
   У «заслуженных» европейцев, таких как премьер Люксембурга Жан-Клод Юнкер, шансов просто не оставалось. «У них немало сторонников, но есть и решительные противники», — объясняет соотечественик Юнкера, министр иностранных дел Жан Ассельборн, коварную логику переговорной игры. Кандидатура Хермана ван Ромпея, напротив, особого воодушевления не вызвала — «зато никто не был категорически против».
   Решающую роль в судьбе «темной лошадки» сыграл премьер Британии Гордон Браун. Вместе с французским президентом Николя Саркози он не дал жребию пасть на Жан-Клода Юнкера — после чего уже в одиночку добился, чтобы притязания Великобритании на пост главы внешнеполитического ведомства в Брюсселе были удовлетворены. Ради этого он в конечном счете отказался от требования избрать первым «президентом Европы» своего предшественника, Тони Блэра.
   Британец предложил европейским социалистам на выбор три имени: Питера Мендельсона, бывшего некогда главным теоретиком Блэра, Джоффа Хуна, министра обороны страны времен войны в Ираке, и Кэтрин Эштон, малоизвестного комиссара ЕС по вопросам торговли. Социалисты остановили свой выбор на даме из лагеря лейбористов, христианские демократы, и прежде всего канцлер Меркель, ее кандидатуру одобрили. Взамен они смогли избрать ван Ромпея. Все решилось единогласно.
   В результате первым министром иностранных дел Европы станет женщина, не имеющая опыта в сфере внешней политики. Блэр делегировал ее как баронессу Эштон оф Апхолланд в палату лордов. Надо признать, что в Великобритании — оплоте британского евроскептицизма — ей удалось добиться ратификации Лиссабонского договора. Она надеется приступить к исполнению новых обязанностей так же, как выполняла прежние — неприметно, но не бесталанно. «Я — не ходячее эго», — заявила она вечером после выборов.
   Как и его ведущие коллеги в Евросовете, председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу может быть доволен: новые политические величины его не затмят. Первый постоянный председатель Совета — человек прежде всего малоизвестный. Правда, ему приписывают фантастический дар доводить до логического завершения любые самые сложные переговоры. Он надеется, что сможет угодить всем: «В результате переговоров в выигрыше должна оставаться каждая из наций».
   Бельгийский политолог Тобиас ван Асше и вовсе видит в ван Ромпее «идеального лидера ЕС». Согласно одному исследованию, в таких дисциплинах, как «самоуверенность» и «властность», 62-летний премьер Бельгии набирает меньше очков, чем его коллеги. «Он стремится к консенсусу и умеет слышать оппонентов», — аргументирует Асше.
   Иными словами, ван Ромпей — своего рода наименьший общий знаменатель. А вместе с Баррозу и Эштон он еще и гарант, что в Европе в целом все останется по-старому: договоренности и впредь будут вырабатываться за закрытыми дверями. Риска «новой Европы» можно не опасаться.
   Зато континент станет чуточку более литературным. В кругу коллег ван Ромпей известен под прозвищем «хайку-Херман»: его хобби — стихи в японском стиле. Одно из них обобщает жизненный опыт политика: «Волосы развеваются на ветру, // прошли годы, и ветер все дует, // но волос — увы — уже не осталось».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK