Наверх
22 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2011 года: "Между деньгами и насилием"

Китай, долгие годы считавшийся мотором мировой экономики, сам сталкивается с конъюнктурными трудностями. Многие заводы, работавшие на экспорт, встали. Рабочие выходят на демонстрации. И даже молодой средний класс протестует.

   Перед зданием администрации Дунгуаня вышагивает рабочий Лю* в компании почти трехсот своих коллег с завода Bill Electronic, который постигло банкротство. "Отдайте нам наши кровные!" — скандируют они. Но вот лозунги сменяются криками ужаса.
   Полицейский спецназ появляется из ниоткуда. Несколько сотен мужчин в форме и шлемах, со щитами и дубинками, а также многочисленные сотрудники в штатском выскакивают из фургонов оливкового цвета. Полицейские с собаками изолируют застрельщиков, в том числе Лю, от толпы. Чтобы подавить протест, властям КНР нужны считанные минуты.
   Демонстрантов, большей частью молодых женщин и мужчин, заталкивают в желтые автобусы и везут назад, на завод. Там представители властей ставят их перед жестким выбором: государство готово компенсировать 60% суммы, которую предприятие задолжало работникам. Кто не согласится с таким решением до обеда, не получит вообще ничего.
   Новый глобальный кризис достиг Китая. Долговые проблемы Европы — крупнейшего торгового партнера КНР — омрачают будущее в том числе и "мировой фабрики". Неопределенность усугубляется неустойчивой конъюнктурой в экономике США и опасностью торговой войны между двумя сверхдержавами. В ходе начинающейся президентской гонки американские политики силятся перещеголять друг друга протекционистскими заявлениями, направленными против идеологического конкурента Штатов.
   Октябрь стал третьим месяцем подряд, когда объем китайского экспорта сокращался. Вместе с ним ослабевали и надежды немецких производителей, что растущий азиатский рынок поможет им выйти из глобального кризиса, как это случилось после 2008 года. Учитывая серьезные внутренние проблемы (пузырь на рынке недвижимости и большую долговую нагрузку на местные бюджеты), КНР сама может стать источником риска для мировой экономики.
   Для рабочего Лю китайское экономическое чудо на время осталось в прошлом. Он по 12 часов в день собирал комплектующие для DVD-проигрывателей. Работы становилось все меньше, вспоминает он. А недавно начальник посетовал, что заказы из Европы иссякают.
   После "общения" с полицией оробевший Лю отправляется бродить по пыльным улицам города. Справа и слева тянутся ограды заводов и стены общежитий для рабочих. "Ведь мы только и хотели, что получить свои деньги сполна. А они натравили на нас полицейских", — сокрушается он. Его вера в партию и государство улетучилась.
   В "лаборатории китайского капитализма" Гуандуне, где сосредоточены экспортирующие предприятия страны, редкий день обходится без объявлений о банкротстве или акций протеста. На обувной фабрике Юэ Чень в Дунгуане, принадлежащей тайваньской компании и производящей спортивную обувь таких брендов, как New Balance, сохраняется чрезвычайное положение. Заказов становится все меньше, и руководство уволило уже 18 менеджеров. Переработок не стало, зарплаты едва хватает на жизнь. Положение представляется настолько безнадежным, что кое-кто из рабочих присоединился к протестующим у здания администрации. В столкновениях с полицией ранено около десяти человек, рассказывают молодые работницы.
   Ситуация перед серым комплексом заводских построек напряженная. Молодчики в штатском охраняют вход. Всякого, кто вступает в контакт с рабочими, фотографируют и пытаются запугать. На заводе продолжается проба сил между менеджментом и трудящимися. Китайцы праздно сидят на корточках в слабо освещенных цехах: руководство обесточило часть рабочих мест.
   В других городах Китая тоже останавливается все больше производств. Так, в Вэньчжоу на востоке страны, известном во всем мире благодаря дешевым зажигалкам, обуви и одежде, многочисленные предприниматели скрываются от кредиторов — частных теневых банков, которые последними согласились дать деньги взаймы. Некоторым бизнесменам удалось незаметно вывезти оборудование.
   Спад спроса в странах Европы дает о себе знать даже в образцово-показательных провинциях КНР. Компания Suntech Power Holdings, расположенная в городе Вукси, что неподалеку от Шанхая, и производящая солнечные батареи, в третьем квартале отчиталась об убытках в размере 116 млн долларов. За тот же период прошлого года ее прибыль составила 33 млн долларов.
   Еще недавно казалось, что Китай и убытки — это вещи несовместимые. Чемпион мира по экспорту вызывал восторг у иностранных бизнесменов и политиков, пророчивших, что из глобального финансового кризиса страна выйдет победителем. Кое-кто даже полагал, что авторитарный госкапитализм пекинского образца являет собой превосходную альтернативу для рыночной экономики Запада, столь подверженной кризисам.
   Немецкий автопром, воодушевленный китайским ростом, осуществлял масштабные инвестиции. Для концерна Volkswagen КНР давно стала важнейшим рынком сбыта. Руководство в Вольфсбурге рассчитывает, что в 2011 году в Китае будет продано 2 млн автомобилей.
   Однако автомобильный бум стихает. "За последние 9 дней мы не смогли продать ни одного автомобиля, — делится обходительный сотрудник дилерского автосалона Porsche в Дунгуане. — Такого еще не было". У многих топ-менеджеров туго с финансами: "Если еще недавно они, как правило, платили наличными, то сегодня предпочитают кредит".
   Дешевые китайские марки, такие как BYD (Build Your Dreams), тоже испытывают трудности с продажами. В прошлом году закончилось действие важных для автопрома программ государственного стимулирования спроса. Плюс такие мегаполисы, как Пекин, пытаются бороться с пробками, вводя ограничения на регистрацию новых автомобилей. В октябре китайцы приобрели на 7% меньше автомашин, чем месяцем ранее.
   А ведь казалось, что пекинские госкапиталисты нашли рецепт вечного роста: в 2009 году началась реализация крупнейшего в истории пакета мер по оживлению конъюнктуры стоимостью 4 трлн юаней (около 430 млрд евро), предусматривавших строительство множества автострад, вокзалов и аэропортов. Налоговые льготы подвигли миллионы крестьян к покупке их первого компьютера или холодильника.
   Банки как по приказу партии принялись раздавать деньги народу. Особенно активно брали взаймы местные власти — к концу 2010 года их задолженность достигла 10,7 трлн юаней, что соответствует почти четверти китайского ВВП.
   Большая часть этих средств непосредственно или опосредованно направлялась на строительство недвижимости. Местные власти открыли для себя, что участки, отведенные под застройку, мо-жно выгодно продать, а можно использовать в качестве залога, чтобы получить свежие банковские кредиты. Крестьян тысячами сгоняли с земель, на которых строились дачные поселки и вырастали многоквартирные дома.
   Многие из этих зачастую гигантских строек сегодня являют собой города-призраки. В пятнадцати крупнейших городах Китая количество участков под застройку, проданных на торгах, в октябре сократилось на 39% по сравнению с тем же месяцем 2010 года.
{PAGE}
   На Западе продолжают надеяться, что Китай разрешит долговой кризис еврозоны и долларового пространства, воспользовавшись собственными валютными резервами. Тем временем в стране растет пропасть между богатыми и бедными. "Гармоничное общество", на верность которому неизменно присягает глава государства и партии Ху Цзиньтао, в опасности.
   Чтобы совладать с инфляцией, с середины 2010 года Центробанк пять раз поднимал учетную ставку, одновременно возлагая на банки страны обязанность увеличить размер резервов. В Пекине надеются, что это позволит обеспечить "мягкое приземление" после бума потребления. Но с таким маневром связаны и определенные риски: вслед за строительной отраслью, бывшей локомотивом китайской экономики, могут сбавить темпы роста, в частности, и производители цемента, стали или мебели.
   Если пузырь на рынке недвижимости лопнет, то против властей восстанет и крепнущий средний класс. До сих пор китайские нувориши считали партию гарантом своего благополучия. Однако недавно в самом центре Шанхая на улицы вышли владельцы квартир, негодующие по поводу снижения цен на их собственность.
   28-летний Ван Цзянь указывает на почти достроенный многоквартирный дом в Антине — районе на окраине мегаполиса. Менеджер фирмы, производящей программное обеспечение, в начале сентября приобрел квартиру на 16-м этаже, отдав за нее 138 тыс. евро. Для 82 м2 это недешево, тем более что квартал зажат между заводами и автострадами. Однако Ван хотел во что бы то ни стало заработать на буме, как это делают другие. У него не нашлось времени даже на то, чтобы побывать на стройплощадке перед покупкой. Да и во что еще ему было инвестировать свои сбережения, как не в недвижимость?
   Государственные банки Китая предлагают отрицательные ставки по вкладам, а шанхайскую биржу по уровню риска принято сравнивать с казино: поговаривают, что горстка государственных игроков произвольно манипулирует курсами.
   Дом, в котором расположена будущая квартира Вана, еще не достроен. Однако радость от предвкушения предстоящего переезда уже отравлена. Дело в том, что теперь застройщик продает аналогичные квартиры в том же квартале примерно на 20% дешевле.
   Ван считает, что его обманули, так как продать свою квартиру за те же деньги, которые он заплатил, ему не удастся: "Что они себе позволяют? Разве так можно — взять и уничтожить часть моих инвестиций?"
   Им — можно.
   Недавно Ван вместе с многочисленными "товарищами по несчастью" заявились в офис продаж строительной компании, чтобы выразить свой протест против снижения цен. Вдруг кто-то начал "сносить" миниатюрную модель жилого квартала, вспоминает Ван. После этого события развивались стремительно: охранники схватили его и загрузили возмутителей спокойствия в несколько микроавтобусов, доставивших их в отделение полиции.
   "Нас допрашивали до двух часов ночи", — рассказывает Ван. Нескольких участников протеста до сих пор не выпускают, а их родных держат в неведении.
   И в Дунгуане или в Шанхае — повсюду в китайском обществе появляются едва заметные трещины. Пока диктатура партии обеспечивала рост, выражавшийся двузначными числами, китайцы были готовы мириться со своей несвободой. Теперь же Пекин стоит перед дилеммой: жесткие меры едва ли позволят долго предотвращать последствия конъюнктурного спада. Но и вновь "подстегнуть" рост посредством государственных субсидий тоже непросто. Ни деньги, ни насилие делу не помогут.
   Недавно премьер-министр Вэнь Цзябао анонсировал "точное регулирование" своей экономической политики: нужно, чтобы банки с большей щедростью предоставляли кредиты — в первую очередь малым и средним экспортным предприятиям.
   На этот раз экономическая ситуация намного сложнее, чем после начала глобального кризиса в 2008 году, отмечает экономист Линь Цзянь. Тогда произошло резкое снижение экспорта, и около 25 млн трудовых мигрантов, уволенных с заводов, вернулись в свои провинции.
   К счастью для властей, в ближайшее время рабочий Лю в Дунгуане едва ли сможет протестовать: для начала нужно найти новое жилье. Ведь вместе с работой он потерял и свое койко-место в общежитии электрозавода.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK