Наверх
15 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 1999 года: "Минское динамо"

Идя на объединение с Александром Лукашенко в единое государство, Кремль не думает ни о чем, кроме выживания семьи и ближайшего окружения Бориса Ельцина.Дан приказ ему на Запад

2 июля в Минске Александр Лукашенко начал крупномасштабное наступление на Москву. Выступая перед парламентариями России и Белоруссии, он заявил, что если Москва будет по-прежнему тянуть с объединением в единое государство, то он, Лукашенко, повернется лицом к Западу: он якобы уже приказал своему министру иностранных дел наладить с Западом самые теплые отношения. «Считайте мое нынешнее выступление последним предложением пойти на интеграцию»,— пригрозил белорусский лидер.
Всю неделю после этого белорусская тема в Москве была в числе главных, а сам Лукашенко предпринял агитационный блиц-вояж по российским регионам. В конце недели премьер-министр Сергей Степашин, выступая в Москве на исполкоме Союза России и Белоруссии, сказал, что объединительный договор почти готов и может быть подписан уже осенью. Правда, эту картину немного портит мазок Бориса Ельцина: в те же дни российский президент заявил по ТВ что-то вроде того, что мы будем разговаривать, договариваться и посмотрим, что из этого выйдет.
Спрашивается: кому и зачем все это надо?
Нелегитимный сожитель

В первую очередь это нужно Александру Лукашенко. И, что интересно, экономические выгоды от объединения с Россией сейчас отошли у него на второй план, уступив место политическим.
Напомним, что в 1996 году Лукашенко провел то, что сам он называет референдумом, тем самым продлив срок своего правления до 2001 года, после чего разогнал оппозиционный Верховный Совет.
Продолжает независимый депутат Госдумы Сергей Юшенков: «Тот референдум на самом деле был просто опросом населения. Мнение народа было необходимо оформить соответствующими законами, чего не было сделано, так как парламент не поддержал этот так называемый референдум и был распущен. Европейское сообщество тоже не признало этот референдум и вряд ли будет иметь дело с нелегитимным президентом. Не случайно на встрече со Степашиным руководитель белорусской делегации премьер-министр Линг подчеркнул: «Разногласий нет, есть только вопрос о сроках».
Так вот, о сроках. Все дело в том, что срок законного пребывания Лукашенко у власти заканчивается уже 20 июля, после чего для Совета Европы и ОБСЕ он перестанет быть президентом Белоруссии (это к вопросу о повороте Лукашенко лицом к Западу). При всем декларируемом презрении Александра Лукашенко к западным демократиям он вряд ли хочет оказаться в положении лидера-изгоя. А объединившись с Россией в одно государство, он более или менее узаконит свое положение в глазах Запада — так или иначе, эта его проблема станет проблемой Москвы. Тогда уже Кремлю придется объяснять, с кем он, в конце концов, сожительствует.
С последним Кремль как-нибудь справится, тем более что белорусский проект нужен и ему.
Сергей Юшенков: «Кремль не отвергает этот проект, очевидно, потому, что у него возникает возможность своеобразного третьего срока для Бориса Ельцина: можно попытаться стать президентом российско-белорусского союза. К тому же после объединения Ельцин будет выглядеть не столько разрушителем Советского Союза, сколько объединителем постсоветских земель».
При этом нельзя сказать, что окружение Бориса Ельцина окончательно решило утрясти свои финансово-политические дела вышеуказанным способом. Об этом свидетельствует хотя бы упомянутая невнятная реакция российского президента на нынешний пароксизм интеграционных усилий белорусского коллеги. Да и сам коллега не зря проехал по российским регионам, критикуя Кремль за нерешительность и подлизываясь к региональным элитам: мол, они-то, в отличие от президентской администрации, понимают всю выгоду и нужность настоящего объединения с Минском.
Самое смешное, что именно региональные элиты, причем самые влиятельные из них, могут стать главным тормозом российско-белорусского объединения. Но об этом позже.
А сейчас о том, как вообще можно объединиться по-настоящему (если Москва этого действительно захочет) и что из всего этого выйдет.
Передача власти в третьи руки

К концу прошлой недели даже приблизительных очертаний предполагаемого договора не было видно, и все предположения касательно его политического содержания были из области политических догадок.
Главное же, о чем всем хочется знать,— это каким образом будет создано и устроено новое российско-белорусское государство (при том, что создание каких бы то ни было надгосударственных образований противоречит Конституции РФ, а изменить ее можно, например, на референдуме) и кто в нем будет хозяйничать.
Не желая гадать на кофейной гуще, «Профиль» обратился к нескольким политикам, попросив их выдать желаемое за действительное. Вот что получилось.
Депутат Госдумы от КПРФ Валентин Купцов: «По предварительной договоренности надо сначала провести референдум. Что же касается чисто политического устройства, то сам договор и доработка его в последней стадии разрешат эту проблему: будет ли там единый парламент, будет ли президент, будет ли вице-президент, какова форма избрания президента.
Главное, по договору это должно быть новое государство — союз государств. И Александр Лукашенко должен иметь право баллотироваться в президенты. А проще всего, конечно, президента единым парламентским собранием избирать. Это было бы проще и быстрее».
Коммунистов можно понять. При очень малых шансах прихода к власти в России кандидата от КПРФ воцарение на самой верхушке власти антилиберала Лукашенко, который демократов иначе как «дерьмократами» не называет, для них лучший из вариантов.
Интересно, что схема коммуниста Купцова почти полностью совпадает со схемой антикоммуниста Юшенкова, правда, Юшенков относится к этому иначе.
Сергей Юшенков: «Логику Ельцина я понять не могу — ему изменяет чувство реальности. Если он собирается на третий срок и, предположим, становится президентом союза, Лукашенко становится мощным лидером объединенной российско-белорусской оппозиции. Но Лукашенко может сразу стать президентом этого союза: он же победит на выборах, по договору предусматриваются прямые выборы президента. Ну а если президента союза будет выбирать объединенный парламент, то у Лукашенко вообще стопроцентные шансы».
Начальник правового управления Думы Владимир Исаков полагает, что все будет сделано гораздо хитрее: «Главный вопрос встанет о механизме избрания-назначения президента нового государства. Механизмы могут быть разные. Наиболее выгодный — это всенародное избрание, в этом случае у лидера больше возможностей. Но для Ельцина это проблематично. Поэтому, скорее всего, будет готовиться другой вариант: либо избрание его по предварительной договоренности объединенным законодательным собранием, либо, что более вероятно, избрание Ельцина советом глав государств России и Белоруссии, то есть самими Ельциным и Лукашенко (или советом союза, где будут два президента и два премьера)».
Кстати, при таком варианте, по мнению собеседника в администрации президента, Лукашенко получает фактически сопрезидентство при больном Ельцине. Ельцин же в любой момент может совсем заболеть и уйти от дел, и тогда главным на хозяйстве останется Лукашенко.
При этом важно, кто будет главным начальником: президенты двух стран каждый по себе или президент объединенного государства.
Здесь, по мнению собеседника в правительстве РФ, может получиться следующее: «Очень скоро может возникнуть вопрос о разделе полномочий между надгосударственным советом и каждым из государств — при этом главные полномочия могут достаться совету. Скорее всего, кинут кость российской Думе и сделают совместный парламент без новых выборов. Это устраивает думское большинство — коммунистов. Заодно нейтрализуется беспокойство красных по поводу третьего срока Ельцина: мол, ребята, мы и вам даем кусок. После всего этого получается, что президентские выборы в России можно проводить без страха: по союзному договору у «внутреннего» российского президента отбирается максимум полномочий, например силовые структуры, и передаются президенту союзному, то есть Ельцину. В случае же выбывания Ельцина Лукашенко занимает его место. При этой схеме кто будет российским президентом без полномочий, для ельцинского окружения уже не столь важно. Это дает гарантии семье — с Лукашенко за такой царский подарок они договорятся железно, и он их не тронет».
Союз России, Белоруссии и Татарстана

Все это хорошо, но, по мнению собеседника из аппарата Совета Федерации, такие планы попросту нереализуемы: «Против этого будет Совет Федерации, прежде всего наиболее весомая его часть — президенты национальных республик. Лукашенко очень неглупый человек и потому понимает, что, объединяясь, он может кое-чего добиться сразу: получить для Белоруссии высокий и совершенно отдельный статус союзной республики, отличный от статуса национальных республик в составе РФ. Он же не хочет, чтобы Белоруссия просто вошла в состав России как обычная республика или, предположим, областями. Но у нас тоже не дураки: зачем руководителям республик отодвигаться на второй план? И вот президент Татарстана Минтимер Шаймиев уже заявил, что, если Минск объединится с Россией на особых правах, Татарстан тоже потребует себе точно таких же прав. Значит, что это будет: Союз России, Белоруссии и Татарстана? А потом и Башкирии, и Якутии и так далее?»
В этом-то и есть главная опасность — и не для какого-то там среднего класса, который Лукашенко, дорвавшись до власти, замордует в первые же недели, а для российского государства, которое может быть просто похоронено под обвалом национал-территориального сепаратизма.
Но, с точки зрения нынешнего Кремля, это ничего не значит — просто потому, что там так далеко не загадывают.
Собеседник «Профиля» в правительстве РФ подтверждает: «Интерес российской стороны, а точнее, президентской администрации к объединению очень забавен. Несколько месяцев назад в администрации президента мне прямо сказали, что интересы страны им побоку, главное — выжить».

ИНЕССА СЛАВУТИНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK