Наверх
20 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Money и величие"

Год президентства Владимира Путина позволил составить впечатление о нем как о лидере, для которого самое главное — иметь и видеть в качестве главной цели возвращение России былого величия. Мелочи, как, например, необходимость платить долги западным кредиторам, рассосутся сами.Поедем, красотка, кататься

Весь минувший год — с появлением в Кремле нового российского президента — западные, да и незападные политики мучились вопросом: «Кто вы, мистер Путин?» Вряд ли германский канцлер Герхард Шредер, приехавший с супругой к Владимиру Путину накануне православного Рождества, рассчитывал ответить для себя на этот вопрос уже в начале года нынешнего. Но кое-что из общения с российским коллегой Шредер, наверное, все же извлек.
Визит был неофициальный — поводом послужило якобы желание совместно отпраздновать день рождения Людмилы Путиной. Хотя справедливости ради стоит заметить, что обеим парам было приятно друг с другом. Настолько, что российский президент, катаясь на тройках с немецким канцлером в Коломенском 7 января, на целых два часа опоздал к Патриарху Алексию II, встреча с которым носила протокольный характер (званый обед) и была заранее внесена в президентский график. В результате в тот день сам Алексий II на два часа опоздал в храм Христа Спасителя к Великой Рождественской вечерне, которую должен был вести.
Между тем праздничная атмосфера катания в Коломенском никак не повлияла на отношение Шредера к главному предмету его визита — немецкий лидер приезжал лично прощупать почву на предмет своевременной уплаты российского долга Парижскому клубу кредиторов, где Германия числится главным российским заимодавцем (см. рубрику «Политинформация»). Жесткая реакция Шредера (дескать, никто не собирается делать России таких «рождественских подарков») говорит о том, что один на один российский президент без обиняков дал понять германскому коллеге, что Москва намерена не платить в срок, но добиваться реструктуризации — отсрочки платежей по висящему на ней советскому долгу перед Парижским клубом.
Позиция Запада пока остается неизменной: надо платить; положение же таково, что денег для этого в бюджете нет. Что до Путина, то, по словам собеседника «Профиля» в правительстве РФ, его это не слишком волнует: «Путин имеет в основном обывательский взгляд на эти вещи: главное — иметь и видеть глобальную цель — возвращение России былого величия, а мелочи как-нибудь сами рассосутся».
Что может сделать Владимир Путин, остается пока под большим вопросом, но о том, что хочет, в общем и целом известно. Об этом он размышлял в доверительном разговоре с бывшей телезвездой Сергеем Доренко, в пересказе которого Путина, например, не волнует избрание на второй срок — в этом он полностью уверен. Мучит его, якобы, иная думка: «Что бы такое для России сделать?»
Путинские тараканы

Понятно, что при такой тяге к стратегии не до каких-то там тактических изысков. А поскольку без повседневной тактики все равно не обойтись, Путин, по наблюдению директора Агентства региональной и прикладной политики Валерия Хомякова, часто пользуется тем, чему уже научен: «Утверждая себя в образе лидера, Путин использовал свой кагэбэшный опыт. Весь год он всех пугал. Народ — террористами, террористов — безоговорочным уничтожением, «олигархов» — тюрьмой и дубинкой, губернаторов — отлучением от политики. Однако в такой тактике есть определенная опасность — это все равно как если ты тараканов дустом моришь, а они через какое-то время к нему привыкают, мутируют и начинают наглеть с еще большей силой.
Что же до реальных достижений Путина за минувший год, то в политике к ним можно отнести создание и утверждение законодательной базы для строительства вертикали власти. В экономике плюс можно поставить за принятие Налогового кодекса. Что касается экономического роста, то «приватизировать» наметившийся успех в дальнейшем будет весьма трудно, потому как во многом этот сдвиг случился из-за удачно сложившейся конъюнктуры на рынке нефти».
Так или иначе, в том, что касается внутренней политики, виды на 2001 год у Путина в основном хорошие. Его главный ресурс — кредит доверия населения — скорее всего, продержится на нынешнем уровне — 60—70%. Несмотря на нынешнее чрезвычайное положение в замерзающей Сибири, жители пока склонны винить во всем не президента, как это было с Ельциным, а энергетиков и местные власти. И в 2001 году Путину вряд ли вспомнят его предвыборный «слоган»: «Как президент я буду отвечать за все».
В нынешнем году будет принят важный для Путина закон о политических партиях — хотя понадобится он позже, во время следующих думских выборов. По замыслу авторов законопроекта партией может считаться лишь организация, насчитывающая не менее 10 тысяч членов и имеющая отделения в половине регионов страны. При таком раскладе, умело занимаясь партийным строительством на местах, Кремль может получить Думу еще более лояльную, чем теперь. Между тем политическое значение Совета Федерации с уходом оттуда губернаторов и заменой их на губернаторских назначенцев будет сведено к нулю.
Собеседник «Профиля» в кремлевской администрации говорит: «В верхнюю палату приходят лоббисты. Уже сейчас место в Совете Федерации стоит от полумиллиона до миллиона долларов. А раз вместо губернаторов сядут лоббисты, то политикой они уж точно заниматься не будут».
Что касается бизнеса и прочих денежных дел, то депутат Думы от ЛДПР Алексей Митрофанов уверен: «В 2001 году Путин не упустит возможности посадить своего человека в «Газпром», тем более что в июне заканчивается контракт нынешнего главы концерна Рема Вяхирева. Не исключено, что Путин проведет и реформу «Газпрома», в результате которой цену на транспортировку газа будет устанавливать само государство. Вообще же президенту достаточно решить вопрос всего с тремя ведомствами — поставить своих людей на командные финансовые посты — в Центральный банк, в Минфин и в Сбербанк — после чего ему не нужны будут уже никакие естественные монополии».
Во внешней политике 2000 год Владимир Путин потратил главным образом на то, чтобы заявить о новой роли России в мире. В общем и целом эта роль выглядит как оппонирование глобальной американской экспансии и становление России как самостоятельного и авторитетного центра силы. На практике пока получается не очень — остановить американцев в их стремлении развернуть новую национальную систему противоракетной обороны (ПРО) так и не удалось. Правда, информаторы в российском МИДе утверждают, что Кремль якобы заручился обещанием Билла Клинтона приостановить реализацию программы ПРО. Но не успели завершиться президентские выборы в США, как администрация нового президента, Джорджа Буша-младшего, объявила, что развертывание ПРО станет для нее одной из важнейших задач. Москва сейчас активно ищет способ надавить на Вашингтон, но без особого успеха. На обвинения в том, что США нарушают записанную в договоре СНВ-2 процедуру утилизации баллистических ракет, американцы огрызаются «утечками» о якобы развернутом в Калининградской области тактическом ядерном оружии. Москва обозначает потепление отношений с Северной Кореей, заявляет о возобновлении военно-технического сотрудничества с Ираном, а США в ответ обвиняют ее в нарушении соглашений о нераспространении ядерного оружия и технологий, в том, что Россия наперекор мировому общественному мнению якшается со странами-изгоями.
Война for ever

Отдельная тема — Путин и армия. Поначалу российскому офицерству, измотанному 10 годами безденежья и отсутствия перспективы, пришлись по сердцу несколько важных публичных заявлений нового президента. Путин твердо обещал нейтрализовать внешнюю угрозу (прежде всего имелось в виду намерение США развернуть систему национальной ПРО — об этом позже), прекратить ослабление военного потенциала страны, ликвидировать мятежный режим в Чечне, сделать армию сильной, а службу в ней — денежной и престижной.
Но уже к середине 2000 года военные заговорили о том, что в ставке Верховного главнокомандующего слишком увлеклись «штабными играми».
До сих пор не понятно, что будет с военной реформой. По сути, Вооруженные силы РФ остались без руководителя. Маршал Игорь Сергеев с весны—лета 2000 года выглядит номинальным министром обороны, исполняя лишь представительские функции. Начальник Генштаба генерал армии Анатолий Квашнин все время оглядывается — на министра, на президента, на секретаря Совета безопасности Сергея Иванова, курирующего военную реформу, и даже на чиновников из президентской администрации. В коридорах Минобороны посмеиваются, когда Сергеев и Квашнин сходятся в очередном споре по поводу военной реформы, а вице-премьер Илья Клебанов и секретарь Совбеза Сергей Иванов вновь и вновь поясняют, что не стремятся занять пост министра обороны.
Между тем решение о судьбе армии все время откладывается. Заседание Совбеза по военным вопросам планировалось на ноябрь, затем на декабрь. Сейчас в Минобороны говорят, что план строительства Вооруженных сил РФ на 2001—2005 годы будет представлен Владимиру Путину не ранее марта 2001 года.
Высокопоставленный собеседник в российском военном ведомстве в недавней беседе с корреспондентом Агентства военных новостей не скрывал досады: «Президент просмотрел уже десятки вариантов реформирования Вооруженных сил, но до сих пор ничего не решил. Возможно, он хочет досконально разобраться в проблеме, но не исключено также, что Путин просто не готов взять на себя ответственность за решение о судьбе Вооруженных сил. Так и не ясно, какая армия нужна России, какой численности, чем должна быть вооружена, каковы функции Министерства обороны, Генштаба, какой министр обороны должен быть — военный или гражданский».
Тем временем потеря боевой квалификации, присущая постельцинской Российской армии, сказывается в Чечне. Войска, во много раз превосходящие силы боевиков, так и не смогли за полтора года очистить республику от вооруженных отрядов. Это при том, что, по данным Минобороны, сейчас на 2000 чеченских боевиков приходится почти 50 000 офицеров и солдат армейских частей, Внутренних войск, ОМОНа и СОБРа. На вооружении федералов около 200 танков (у боевиков их нет), более 1,5 тысячи БМП и 723 артиллерийских орудий и минометов (у боевиков в основном кустарные артустановки). Но стоило Генштабу объявить, что основные силы боевиков уничтожены, как «уничтоженные» резко активизировались. Да так, что в середине позапрошлой недели начальник Генштаба Анатолий Квашнин был вынужден срочно вылететь в Чечню, чтобы устроить головомойку командирам и «простимулировать» боевую активность войск.
Что до Чечни, то, по сведениям из Минобороны, некоторые военачальники и их коллеги из МВД осторожно пытаются внедрить в сознание президента то, что сами знают со времен учебы в академиях: добиться окончательной победы в ситуациях, подобных чеченской, невозможно и пусть, мол, Путин не требует этого ни от армии, ни от милиции. Если же не получается успокоить Чечню, ставя на руководящие должности компромиссные фигуры типа Ахмада Кадырова, надо оставить ситуацию в ее нынешнем виде — благо примеров многолетних военных действий властей на мятежных территориях предостаточно. Если учесть, что Владимиру Путину страсть как не хочется вступать в переговоры с теми, кого он пообещал уничтожить, такая перспектива за неимением лучшей вполне способна его устроить. По крайней мере, готовить к этому на всякий случай армию и общество Владимир Путин может начать уже в 2001 году.

ЮРИЙ ГЛАДКЕВИЧ (Агентство военных новостей), ИНЕССА СЛАВУТИНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK