Наверх
18 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "«Мой муж, феминист…»"

Знаменитая российская феминистка и писательница Мария Арбатова, как ни странно, окружена заботой и вниманием мужа и поглощена воспитанием сыновей-близнецов.Ольга Казанская: Маша, подавшись в политику, писательство не забросили?
Мария Арбатова: Выборы в Госдуму два года назад, которые я проиграла, отняли столько времени и сил, что свои писательские планы я временно заморозила. Все книги, которые сейчас выходят, это старые духи, разлитые в новые флаконы.
О.К.: О чем ваши истории?
М.А.: Главная героиня одного романа — среднестатистическая телезвезда. Красивая девушка приехала из провинции в Москву и столкнулась со всеми подлостями мужского мира.
Второй роман — о выборах. О том, через что я прошла и с чем столкнулась во время собственной избирательной кампании,— захватывающий политический триллер и гангстерский боевик.
О.К.: И с чем же таким вам пришлось столкнуться?
М.А.: Полный набор — от экстрасенса, пытающегося сбить меня с верного пути, до пробивания черепа начальнику моего избирательного штаба. Были угрозы расправы над детьми. Мне приходилось ходить с охранником. Окна в моей квартире бронировали, а дверь поставили такую, которая выдерживает гранатометную очередь.
О.К.: Ужас… И как вы из всего этого выбирались?
М.А.: Я практикующий психолог, знаю хорошие механизмы для восстановления.
О.К.: А может, и не стоило идти в политику — чтобы потом не восстанавливаться?..
М.А.: Я проиграла выборы только частично. Не попала в Госдуму, но приобрела бесценный человеческий и писательский опыт, который важнее, чем мандат. Любой проигрыш — колоссальное образование. Только пропахав округ носом (от префектур до дворников), понимаешь, что реально происходит на этом участке страны.
О.К.: Чем сегодня занимаетесь?
М.А.: Я руковожу организацией «Клуб женщин, вмешивающихся в политику».
О.К.: Старая шутка гласит: «Женщина, говорящая речь, называется спичкой»…
М.А.: Признаюсь, слышу это выражение впервые. Так могут говорить только мужчины, которые боятся уступить свое место на политической трибуне женщине.
Мой клуб существует потому, что в России есть реальный круг женщин, которые разочарованы всем тем, что мужики делают во власти.
О.К.: Мужики — какие? Коммунисты или правые? Задорнов, Чубайс или Лужков?
М.А.: Не люблю «деяния» Кириенко, Лужкова и Михаила Задорнова.
О.К.: Какие именно деяния вам не по душе?
М.А.: Они не виноваты в том, что они мужчины, просто мне не нравятся их двуличие и методы, которыми они пробиваются во власть.
О.К.: Но, например, Роза Люксембург тоже была политиком и тоже ратовала за равноправие женщин, а закончилась все печально. Видимо, дело не в женщинах и мужчинах, а в том, что они предлагают и делают. Не думаете?
М.А.: Конечно, женщина должна идти в политику, когда ей есть что сказать, а не просто быть во фронде. Ум украшает женщину в любом месте. Наверное, Люксембург была этого украшения лишена.
О.К.: Вы называете себя феминисткой, но замужем, растите детей. Чем занимается ваш муж?
М.А.: Олег — ведущий эксперт Фонда эффективной политики, возглавляемого Глебом Павловским. Друзья считают нас идеальной парой. Но есть стабильная причина для наших ссор и ругани — разные политические позиции. Некоторым политикам, с которыми общается муж, я никогда не подам руки.
О.К.: И сколько лет уживаются вместе два политических оппонента?
М.А.: Восемь.
О.К.: Все-таки институт брака вам не противопоказан.
М.А.: Я не считаю, что штамп в паспорте что-то меняет. Со своим первым мужем, например, брак пришлось зарегистрировать потому, что я жила в арбатской коммуналке и мои соседи требовали соблюдения формальностей для совместного проживания с мужчиной.
О.К.: Вопрос без формальностей: почему же вы не остались одна?
М.А.: Зачем же оставаться одной, если влюбляешься?
О.К.: Почему, если не секрет, распался ваш первый брак?
М.А.: Мы прожили с Александром (он оперный певец) почти двадцать лет, у нас замечательные дети, сыновья-близнецы. Брак разрушила новая реальность: мы по-разному вписались в рынок. В застой Саша был успешным певцом, объездил весь мир, его ждал отутюженный фрак. Я же сидела дома, гладила костюм, растила детей и писала пьесы, запрещенные цензурой.
В 1991 году мои пьесы стали активно ставить в театрах, а у мужа начался закат карьеры. Он мог бы петь хоть в Ла Скала, хоть в кабаке, но всех своих ангажементов должен был добиваться сам. Он не нашел сил стать собственным менеджером. Нужно было как-то жить, оплачивать учебу детей в частном лицее. Я бралась за любую работу, а он в депрессии сидел дома.
В какой-то момент я поняла, что не потяну троих детей. Мы разошлись, два года я пребывала в свободном полете, наслаждалась жизнью. Каждое утро начинала с песенки: «Как хорошо проснуться одному в своем уютном холостяцком «флете», ни за кого не будучи в ответе и будучи не должным никому». У меня сейчас идеальный брак, но то время я вспоминаю с ностальгией.
О.К.: А в каких отношениях вы с бывшим супругом?
М.А.: Отношусь к нему как к близкому родственнику. Я отдала его в хорошие руки. Познакомила со своей приятельницей. Она полковник космических войск, красавица, умница.
Был период, когда бывший муж оказался без крыши над головой,— он жил в моей новой семье. Между обоими моими мужьями сложились замечательные отношения.
О.К.: Как вы думаете, бывшему мужу не было больно каждый день видеть вашу новую семью?
М.А.: Я же сказала: мы остались не просто друзьями, а родственниками. Нормальными взрослыми людьми, у которых распался один брак и сложились новые.
О.К.: Дети часто расплачиваются за «бурную молодость» родителей. Хотели бы вы, чтобы кто-то из близнецов оказался на месте вашего первого мужа, в роли «третьего лишнего»?
М.А.: Надеюсь, жилищный вопрос к тому времени у моих детей так остро стоять не будет. Мой муж не был «третьим лишним». Для детей нормальный отец никогда не может быть лишним, а мой новый муж — здравомыслящий человек.
О.К.: Как познакомились со вторым мужем, Олегом, помните?
М.А.: Я познакомилась с ним 4 октября 1993 года, в день второго путча. В кабинете главного редактора «Общей газеты», где я тогда работала обозревателем, я увидела Олега и сказала себе: «Это мой будущий муж».
Провожая меня в тот вечер до метро, на мой совет застегнуть куртку он сказал: «Я в четвертый раз женат, и все мои жены пытались меня переделать. Давайте сразу договоримся, что вы меня переделывать не будете». Я поняла, что наши планы на будущее совпадают.
О.К.: Олег был женат?
М.А.: Я считаю, что нельзя разрушить счастливую семью, нельзя увести взрослого человека из жизнеспособного брака. Четвертая жена Олега, Аня,— известная питерская феминистка, красавица, моложе меня. Сделала блестящую карьеру: она продвинутый социолог, преподает в Финляндии. О всех своих детях от предыдущих браков Олег заботится, сохранил ровные отношения и с бывшими женами.
О.К.: У Олега много детей?
М.А.: У нас на двоих с мужем шестеро (у него трое своих и одна падчерица). День рождения Олега мы обычно встречаем у него на родине, в Питере, там собирается вся наша многочисленная детвора. К счастью, мы все дружим.
О.К.: Как ваши сыновья отнеслись к появлению Олега в доме?
М.А.: Когда мы познакомились, детям было по шестнадцать лет. В этом возрасте нужен отец — духовный лидер. Олег отвечал за образовательно-научную компоненту их воспитания, а бывший муж — за музыкальную. Петр отлично играет на барабане, а Павел — бас-гитарист.
О.К.: Где учатся ваши дети?
М.А.: В поисках своего места в жизни они бросили не один институт. Петр защитил диплом магистра по специальности «культурология» в РГГУ, планирует продолжить образование в аспирантуре. Павел в том же вузе изучает психологию.
О.К.: Вы были матерью-наседкой или воспитывали детей по-спартански?
М.А.: Я была вполне вменяемой мамой, воспитывала их, скорее, по-европейски, раскованно, всегда старалась дистанцировать опеку.
О.К.: А если у детей проявится склонность к дурным привычкам, по-прежнему будете дистанцировать опеку?
М.А.: Надеюсь, Бог нас милует. У меня замечательные дети. Разумеется, опека с моей стороны была и будет. Но — в разумных пределах. Давить на ребенка нельзя, иначе ему как раз захочется уйти из дома, где на него «давят», и «вдохнуть глоток свободы».
Когда родились Петр и Павел, мне только исполнилось двадцать. Я не знала, как воспитывают детей в принципе и тем более близнецов. Литературы о близнецах в Союзе было очень мало, только специальная научная. Я перерыла всю библиотеку МГУ, где тогда училась на философском факультете.
Мои дети — лучшее, что я создала в жизни.
О.К.: Значит книги, политика для вас на втором месте? Какая же вы феминистка?
М.А.: Феминизм не вступает в противоречие с хорошей семьей. Он вступает в противоречие с семьей, в которой нарушены права женщин. Для сведения: в России от домашнего насилия погибает около 14 тысяч женщин в год.
В нашей стране 90% женщин — феминистки, просто они не знают об этом. Женщина, которая способна заработать деньги, считает себя не глупее мужчины, полагает, что может на равных принимать участие в политической жизни, и есть феминистка.
О.К.: Но если все пойдут в политику, мы же умрем с голоду! Кто будет растить детей, работать в школе? Мужчина и женщина, наверное, потому и разные, чтобы дополнять друг друга.
М.А.: Равноправное участие в политической жизни лишь одно из прав свободной женщины. Если она захочет, она этим правом воспользуется. Если не захочет — будет учить детей, готовить еду, лечить людей и т.д. И очень хорошо, если рядом с ней будет сильный и любящий мужчина.
От обычных женщин феминистки отличаются только тем, что они не позволяют плохо обращаться с собой и нацелены на самореализацию. Представлять феминисток мужененавистницами безграмотно.
Феминистки первыми заявили, что женщина — не объект сексуального потребления.
О.К.: Но с таким же успехом мужчины могут сколотить организацию под лозунгом «Женщины — убийцы», имея в виду распространенность абортов. И зарабатывать не хуже феминисток.
М.А.: Лично я на своей общественной деятельности не заработала ни рубля. А насчет абортов — подобные организации существуют. И как раз на этом больном вопросе зарабатывают еще какие деньги.
О.К.: Муж разделяет ваши взгляды?
М.А.: Олег — феминист, как любой образованный европеец. Он не считает свою работу важнее моей. В нашей семье права и обязанности одинаковы. Когда я говорю: «У меня немытая посуда, у меня пустой холодильник», муж поправляет: «У нас немытая посуда, у нас пустой холодильник». Он считает, что быт — это общая проблема. У нас нет домработницы, просто домашние хлопоты разделены поровну.
О.К.: Олег заботится о вас?
М.А.: У меня есть страсть: когда работаю за компьютером, грызу семечки. Олег следит за тем, чтобы на рабочем месте у меня всегда был полный пакет семечек. Каждый вечер мы гуляем с ним за ручку по старой Москве, проходим арбатскими переулками, делимся новостями. В повседневной жизни так мало времени, чтобы побыть вдвоем, но мы его обязательно находим!
О.К.: Вы любите своего мужа?
М.А.: Обожаю!
О.К.: Если бы стоял выбор, смогли бы пожертвовать ради мужа политической или писательской карьерой? Поехали бы за ним в Сибирь?
М.А.: Надеюсь, такой выбор — особенно Сибирь — перед нами не встанет. Но рядом с Олегом я хотела бы быть всегда.

ОЛЬГА КАЗАНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK