Наверх
16 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "На усмотрение администрации"

Дмитрий Аяцков один из самых экстравагантных губернаторов России — с шутовским имиджем и железной рукой. Административными методами ему удалось вывести промышленность и сельское хозяйство Саратовской области из кризиса. Однако его мертвая хватка отпугивает потенциальных инвесторов, способных не только поддерживать, но и развивать экономику.Звон скандальный

Имя Аяцкова не сходит с газетных полос и телевизионных экранов. Чего стоит одно его предложение легализовать проституцию или заявление о выходе из Совета Федерации. Однако за публичными скандалами скрывается расчетливый и жесткий руководитель.
После многих лет застоя энергичный и инициативный Аяцков был воспринят обществом как прогрессивный начальник, способный изменить жизнь к лучшему. Победа на выборах губернатора в 1996 году далась ему без особой борьбы.
Чего не скажешь о прошлогодней кампании. В марте 2000 года губернаторство Аяцкову досталось в тяжелом состязании. Простых людей Аяцков теперь уже раздражал шутовством и показушничеством на фоне саратовской нищеты, номенклатура готова была его сдать кому угодно, потому что боялась непредсказуемости.
Однако административный ресурс сделал свое дело. Секретарь обкома КПРФ Валерий Рашкин, основной конкурент в борьбе за губернаторское кресло, за несколько дней до выборов был снят с дистанции при довольно странных обстоятельствах: якобы в подписных листах обнаружились несуществующие люди (и это у прилежных коммунистов!). Но и устранение противников не позволило Аяцкову одержать убедительную победу (всего 60% голосов против 82% в 1996 году).
В последнее время власть ускользает от Аяцкова. Первые серьезные проблемы начались прошлой осенью, когда в области разгорелся жесточайший энергетический кризис, чуть было не повторивший дальневосточный. Тогда губернатор поехал в Москву просить отсрочки долгов у вечного оппонента Чубайса.
Аяцков уже лишился контроля за федеральными структурами (налоговой полицией, прокуратурой, федеральным казначейством, контрольно-ревизионным управлением Минфина). Раньше там находились люди, лояльные губернатору, а теперь сидят назначенцы главного федерального инспектора Рината Халикова, которого трудно заподозрить в симпатиях к Аяцкову. Да и политическая оппозиция (в первую очередь коммунисты) окрепла настолько, что сегодня в области стоит вопрос о вотуме недоверия Аяцкову и досрочных губернаторских выборах.
Финансово-промышленное правительство

Саратовское областное правительство сегодня похоже на огромную финансово-промышленную корпорацию. В администрации контролируют финансовые потоки всех более-менее крупных предприятий.
Пик кризиса в промышленности Саратовской области пришелся на начало 1998 года. Оборонка — главное достояние губернии — стояла. Химические гиганты, которые за бесценок скупили в эпоху приватизации московские «олигархи», были обескровлены.
Но к середине 1999 года администрации области удалось сменить собственников и руководителей на всех крупных проблемных предприятиях. Так, «Интеррос» потерял энгельсовское «Химволокно», МЕНАТЕП — саратовский «Нитрон», московская Машиностроительная корпорация рассталась с балаковским «Иргизом» (все это предприятия химической промышленности).
При Аяцкове областное правительство стало похоже на огромную финансово-промышленную корпорацию, управляющую всеми секторами экономики. Кадровой находкой губернатора оказался Александр Калиниченко, гендиректор АО «Саратовмебель». Назначенный министром промышленности, а затем зампредом правительства, он реализовал замысел шефа. Бригады чиновников, как финансовые пожарные, бросались на заводы выводить их из кризиса. Сам министр, его замы, начальники отделов лично составляли бизнес-планы, искали поставщиков сырья, покупателей готовой продукции.
Губернатор лично подбирал встающим на ноги предприятиям новых собственников. Например, переговоры о продаже «Нитрона» «ЛУКойлу» Вагит Алекперов вел непосредственно с Дмитрием Аяцковым (сделка состоялась летом 1999 года, ее сумма не разглашается, но, по оценкам экспертов, не превышает $20 млн.). По-видимому, губернатор не случайно открыл дорогу «ЛУКойлу» на местный рынок нефтепродуктов, где монопольное положение до этого времени занимала СИДАНКО.
После крупномасштабной чистки особо перспективные предприятия поддержали финансированием на возвратной основе из областного бюджета развития — либо путем предоставления кредитов, либо отсрочкой налоговых платежей (на эти цели ежегодно из бюджета области выделялось 100—150 млн. рублей). Именно отсрочка выплаты налога на имущество помогла АО «Химволокно» начать работу с «чистого листа».
В результате в 1999 году начался рост промышленного производства (115,6%), достигнув в 2000 году рекордной отметки — 119,3% (109% общероссийский показатель). С 41% в 1998 году до 71% в 2000 году увеличилось число прибыльных предприятий.
Впрочем, сегодня многие предприятия вышли на предельные производственные мощности. И новой проблемой для них стало привлечение инвестиций.
Из-за вмешательства в дела собственников и жесткого контроля за ними со стороны областного правительства мало кто соглашается вкладывать деньги в саратовскую промышленность.
Хотя яркая харизма и образ «рубахи-парня» губернатора поначалу привлекли иностранцев. Велись переговоры с несколькими американскими нефтяными компаниями о разработке перспективных месторождений в Дальнем Заволжье с общей суммой инвестиций $600 млн. Примерно такие же деньги предприниматели собирались вложить в строительство международного аэропорта и бизнес-центра в Саратове. Несколько лет говорили, что вот-вот начнется на Саратовском авиационном заводе сборка, а затем и производство немецких комбайнов Caiss. В Нью-Йорке было даже открыто представительство правительства области. Но не одному из этих прожектов так и не суждено было реализоваться.
Экстравагантное поведение саратовского губернатора стало шокировать и отпугивать зарубежных бизнесменов. Английская компания British American Tobacco, владеющая «БАТ — Саратовской табачной фабрикой», не получив от Аяцкова в 1997 году на период модернизации оборудования отсрочки по уплате налогов, резко сократила производство, перенеся выпуск сигарет Pall Mall в Санкт-Петербург.
Была реализована лишь пара-тройка инвестиционных проектов. Самый крупный из них — организация так называемой отверточной сборки автомобилей фирмы Hyundai. Но сегодня и это производство стоит. Дорогие иномарки ($14—22 тысяч) российской сборки оказались не востребованы рынком.
И все же во многом благодаря выжившей промышленности удалось увеличить доходы консолидированного бюджета области с 7,1 млрд. рублей в 2000 году до 10 млрд. в 2001-м. В этом году регион впервые перестал быть дотационным. В 1999 году доля федеральных трансфертов в областном бюджете фактически составляла 40%, в 2000 году — 16,7%.
Однако уже в следующем году область, по-видимому, ожидают новые финансовые потрясения. Это связано со сменой юрисдикции нескольких крупных налогоплательщиков. Речь идет о переподчинении Саратовского Сбербанка Самарскому, переход в структуру Средневолжской межрегиональной управляющей энергетической компании АО «Саратовэнерго» (хотя энергетики и уверяют, что все налоги останутся в области, в эти обещания никто не верит). На очереди — уход Приволжской железной дороги, которая по плану реформирования МПС, должна слиться с одной из соседних региональных дорог. Каждое из этих предприятий дает в бюджет области по 5-7% от всех налоговых платежей.
Все эти неурядицы, как отмечают местные эксперты,— плата за легкую жизнь во времена Ельцина. Четыре года губернаторства Аяцкова его позиция состояла в том, чтобы не платить за потребляемую бюджетниками электроэнергию. Представители естественных монополий во времена фавора саратовского губернатора связываться с ним не решались. Но как только хозяин в Кремле сменился, они предъявили неоплаченные счета, которые за четыре последних года выросли до астрономической суммы — около 5 млрд. рублей.
В период промышленной стабилизации губернатор охотно брал взаймы у банков. Как это ни парадоксально, российский дефолт только помог Саратовской области. Осенью 1998 года Дмитрий Аяцков с нескрываемой радостью заявил, что теперь не придется возвращать большую часть банковских кредитов (всего на тот момент их было привлечено более 2 млрд. рублей): именно прогоревшие в финансовом кризисе банки были активными кредиторами области, особенно в этом деле преуспели СБС-АГРО и Инкомбанк.
Официально в областной бюджет в 2001 году на обслуживание и погашение внутреннего долга заложено 568 млн. рублей. Общая сумма задолженности, в том числе за потребленные энергоресурсы и выполненные работы по облзаказу, составляют, по оценкам оппонентов губернатора, 8—9 млрд. рублей.
Феодально-фермерский строй

Для Аяцкова как профессионального агронома сельское хозяйство всегда было приоритетной отраслью экономики.
После банкротства в 1998 году главного кредитора саратовских крестьян банка СБС-АГРО была запущена иная схема финансирования сельского хозяйства. НК «ЛУКойл» стала одним из главных агентов по снабжению крестьян горюче-смазочными материалами (ГСМ). Поставляя нефтепродукты в качестве товарного кредита под будущий урожай, нефтяники устанавливали завышенный коэффициент мены. Как правило, за тонну солярки брали 3 тонны пшеницы. Крестьяне от такого обмена получали лишь 30% от стоимости зерна, тем не менее шли на такие условия, поскольку кредитов больше никто не давал.
К началу 2000 года появились так называемые агенты по поставкам пшеницы в региональный продовольственный фонд (в 2001 году на эти цели выделено 112,3 млн рублей). Весь зерновой рынок области перераспределили между четырьмя уполномоченными корпорациями: «Зерном Поволжья», Облпотребсоюзом, агрофирмой «Николаевская» и «Саратовптицей», руководители которых — доверенные люди губернатора. За ними закрепили по несколько районов, в которых хозяйства кредитуются из облбюджета: поставляют семена, ГСМ, выделяют деньги. Принципы финансирования похожи на лукойловские (последний также продолжает заниматься кредитованием, правда, в гораздо меньших масштабах, чем два года назад).
Одновременно с этим правительство области проводит политику на постепенное снижение дотаций сельхозпроизводителям из областного бюджета. Если в 2000 году на их поддержку было выделено более 282 млн. рублей, то на этот год запланировано лишь 60 млн. Считается, что сельские хозяйства и сами неплохо справляются в новых рыночных условиях. А тем, для кого они оказались неприемлемыми, открыта прямая дорога к банкротству. Только в прошлом году этой процедуре подверглись 106 хозяйств.
Например, в Новых Бурасах фермерскому хозяйству «Деметра» передали имущество, технику и земли двух бывших колхозов, которые подверглись принудительному банкротству. В результате площадь земель у фермера Батраева, которым не перестает восторгаться губернатор, выросла с 230 до 10 000 га.
Для определения эффективности использования земель областное правительство прибегло к новаторскому методу, решив контролировать все хозяйства в буквальном смысле сверху. В Росавиакосмосе заказывается космическая съемка территории области, на основе которой проводится детальный анализ: что посеяно, какова урожайность и даже степень заболеваемости посевов. Получается как бы тотальная слежка за работой сельхозпроизводителей.
Широко разрекламированная кампания по созданию в России первого закона «О земле» дала более чем скромные результаты. За три года его действия в Саратовской области проведено 332 аукциона по продаже и аренде 1160 участков на сумму всего около 13 млн. рублей. Основная причина отсутствия интереса со стороны инвесторов — невозможность заложить землю под банковский кредит (таковы требования федерального законодательства), а получение денег из других источников довольно проблематично.
Жесткие административные меры позволили более половины сельхозпроизводителей сделать прибыльными. Рост производства сельхозпродукции за 2000 год достиг феноменальной цифры — 122,2%, пищевой промышленности — 125,4%, область опередила по этим показателям все регионы Приволжского федерального округа. Однако совокупная задолженность сельхозпроизводителей по государственным и банковским кредитам к началу 2001 года достигла отметки 5,8 млрд. рублей.
Невменяемый доход

Политика по выводу промышленности из системного кризиса позволила снизить безработицу с 20,3 тысячи человек в 1998 году до 14 тысяч в 2000-м (1% активного населения) и поднять среднюю зарплату в промышленности с 681 рублей до 1893. Фактически полностью ликвидирована задолженность по зарплате перед бюджетниками.
Однако высокие коммунальные платежи (350 рублей за двухкомнатную квартиру для семьи из трех человек), такие же цены на продовольственные товары отчасти нивелируют происшедший рост уровня доходов горожан. О сельских жителях и говорить не приходится: они давно полагаются только на личные подворья, зарплату на селе не получают годами.
Предприниматели до сих пор не могут оправиться от принятого в начале прошлого года решения областной власти: при переходе на единый налог на вмененный доход им определили такие коэффициенты (для каждой сферы бизнеса — отдельно), что в соседних областях налоги оказались в 2—3 раза ниже. 3000 мелких коммерсантов свернули свой бизнес (около 1% от общего числа предпринимателей). Только в результате многочисленных акций протеста удалось снизить налог до приемлемого уровня (такого же, как в Волгоградской области). После этого зарегистрировалось более 10 тысяч новых индивидуальных предпринимателей, а прибыль предприятий малого бизнеса за 2000 год возросла на 25%, налоговые платежи — на 47% (эта сфера дала примерно 12% совокупной массы налогов).
Широко разрекламированная программа газификации области так и не была выполнена. Многие жители сел остались без газа: из своих скудных доходов они не могут заплатить более 3000 рублей за подключение к «трубе».
Тем не менее на протяжении 1998—1999 годов в области с большим размахом возводились социальные объекты — больницы, школы, церкви и дома-интернаты. В Энгельсе построили самую большую школу в России на 1800 учеников, а в Саратове — современный роддом, каких и в Москве немного.

Некоторые основные социально-экономические показатели Саратовской области

ПоказателиНа 1.01.1998 годаНа 1.01.1999 годаНа 1.01.2001 года
Объем промышленного производства (по сравнению с предыдущим периодом)102% — 22—28-е место* (102%)**102% — 6—9-е место (95%)119,3% — 8-е место (109%)
Доля трансфертов федерального бюджета в доходной части местного бюджета43%40%16,7%
Индекс потребительских цен115,3% — 12-е место (111%)184,1% — 6-е место (184,4%)119% — 4-е место (101,6%)
Удельный вес населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума (в общей численности населения региона)32,1% — 28-е место (20,8%)***29,6% — 38-е место (23,8%)***37,2% — 39-е место (32,4%)***
Среднемесячная начисленная заработная плата604,3 тыс. рублей — 67-е место (950,2 тыс. рублей)681 рубль — 66-е место (1051рубль)1893,2 рубля — 68-е место (2508,3 рубля)
Просроченная задолженность по заработной плате722 млн. рублей1147 млн. рублей414,8 млн. рублей
Средний размер назначенных месячных пенсий331,7 тыс. рублей — 72-е место (366,4 тыс. рублей)375,7 рубля — 72-е место (402,9 рубля)792,3 рубля — 73-е место (822,1 рубля)
Средний размер вклада в коммерческих банках региона450 рублей — 24-е место**** (512,2 рубля)511 рублей — 23-е место**** (559 рублей)Нет данных
Общая численность зарегистрированных безработных24,6 тыс. человек20,3 тыс. человек14,7 тыс. человек

Данные на 1.01.1998 года указаны без учета деноминации. Разработка по автономным образованиям не производится, а также не учитываются данные по Чеченской Республике.

* Место среди других субъектов РФ.

** Здесь и далее в скобках указан среднероссийский показатель.

*** Без учета данных по Еврейской автономной области и Чукотскому автономному округу.

**** Без учета данных по Камчатской области, Чукотскому автономному округу, Республике Алтай, Карачаево-Черкесской Республике, Республике Калмыкия.

ВАДИМ РОГОЖИН

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK