Наверх
29 октября 2021
Без рубрики

Архивная публикация 2007 года: "Наконец-то хорошая жизнь"

Сотни тысяч молодых людей из Восточной Европы уезжают на Запад. Они хотят больше зарабатывать и быстрее сделать карьеру. Перемены на родине идут для них слишком медленно.В свои 30 с небольшим Мацей Ольчик не знает тоски по родине. Он выходит из здания фирмы Skidmore, Owings and Merrill, из своего офиса. Уже три месяца он работает в лондонском филиале этого знаменитого архитектурного бюро, одного из ведущих в своей области. Его специалисты проектировали башню Sears Tower в Чикаго и семизвездный отель Burj al-Arab в Дубае. Сейчас Ольчик вместе с десятью своими коллегами проектирует офисный центр в элитном районе Лондона Docklands: на берегу Темзы будет построена башня высотой 130 м.

У Ольчика отличное настроение. Он проходит мимо паба «Канониры» на Сити-стрит. «Мы с коллегами часто сюда заглядываем», — говорит Ольчик, усиленно произнося слова по-английски в нос. Он старается избавиться от польского акцента: «Мы — международная фирма, со мной работают люди из разных стран Европы». Сам он из Варшавы, в Лондоне недавно.

Ольчик только что заключил договор об аренде квартиры: 750 фунтов стерлингов за две большие комнаты в хорошем районе. Сейчас он зарабатывает в четыре раза больше, чем еще совсем недавно у себя на родине, в Варшаве. В апреле к нему должна приехать жена Аня с малышом Максом. «Конечно, я по ним скучаю, но все равно я правильно сделал, что приехал сюда. В ближайшее время мы возвращаться не собираемся».

Около трех лет тому назад Польша, Чехия, балтийские страны, Венгрия и Словакия вступили в Евросоюз. С тех пор сотни тысяч граждан этих восточноевропейских стран хлынули в Великобританию, Ирландию и Швецию. Потому что эти три страны сразу же и безо всяких оговорок открыли свои границы для новичков. А соседние Германия и Австрия установили до 2011 года временный порядок, защищающий их от притока рабочей силы с востока. По оценкам польского Министерства труда, в настоящее время 2 млн. из 38 млн. поляков ищут счастья и заработка за пределами своей родины. В одной Ирландии сейчас работает 196 тыс. поляков. Более 60 тыс. латышей и несколько десятков тысяч литовцев покинули Прибалтику, чтобы воспользоваться возможностями, которых у них не было на родине, — просто переселение народов в миниатюре.

Уезжают из Восточной Европы представители самых экономически важных слоев населения. Большая часть уехавших моложе 35 лет, четверть — специалисты с высшим образованием. Их цель — хороший заработок, хорошее жилье, быстрая карьера. Они хотят лечиться в оборудованных по последнему слову техники больницах. Они хотят, чтобы их дети ходили в хорошие детские сады, учились в хороших школах и университетах. А в Польше безработица 14%. И в Словакии — 13,3%. Правда, и там теперь не хватает квалифицированных рабочих.

После нескольких недель, проведенных в Англии, Ольчик ездил в Варшаву. В следующий раз он, видимо, соберется домой не скоро. Несмотря на экономический бум последних лет, его родной район Бемово в южной части столицы не слишком изменился: не появились новые жилые дома, не открылись новые кафе и рестораны. Только McDonald’s украсил этот район своим филиалом. Похожее на контейнер строение из бетона и гофрированного металла вполне вписывается в этот печальный пейзаж.

В Варшаве Мацей Ольчик жил с женой Аней и маленьким Максом на 30 квадратных метрах. Слева кухня с двухконфорочной плитой, уходящими под потолок полками с книгами и стоящим на полке компьютером с выдвигаемой клавиатурой. Вторая комната — одновременно спальня, гостиная и детская.

Зарабатывал Ольчик в своем варшавском бюро 3 тыс. злотых (примерно 780 евро) — вполне приличная зарплата по польским меркам. На берегах Темзы он получает 2 тыс. фунтов (2930 евро). «Разумеется, деньги тоже свою роль играют — и для меня, и для большинства людей. Но важнее профессиональный рост. В Варшаве я бы больше ничему не смог научиться», — говорит он.

И вот прошлой осенью Ольчик принял решение. Включив компьютер, он принялся искать по Интернету работу за границей. Первое же собеседование оказалось успешным. «Нам за 30, мы начали поздновато. А те, кому сейчас 40, воспользовались переменами в Польше в полной мере», — говорит Ольчик.

Тогда, в начале 90-х, на востоке начался настоящий бум. Иностранные и местные частные фирмы вербовали целые выпуски прямо на университетской скамье. «Эти люди и сегодня еще молоды, и они закрывают путь наверх нам, идущим за ними», — говорит Ольчик.

Томашу Гавликовскому 25 лет. Ему повезло. Он психолог, работает в кадровом агентстве «Кадры Польске» в Ополе. Едва ли его можно называть хедхантером. Гавликовский сидит в офисе Варшавского союза работодателей и ищет сотрудников для местных и зарубежных фирм: «У нас проблемы со сварщиками и другими квалифицированными специалистами. Ищем иногда неделями — все уехали в Англию».

Однажды Гавликовский в отчаянии позвонил ксендзу. Пастыри обычно много знают о планах своих овечек. Кроме того, Гавликовский посылает вербовщиков в клубы болельщиков футбольных команд. Там они раздают бланки заявлений о приеме на работу. «Молодые поляки толпами уезжают из страны. Работы здесь хватает, но заработки не поспевают за ценами. И как раз молодым специалистам приходится работать очень много и за жалкую зарплату».

Гавликовский пытается убедить работодателей платить им больше и предлагать соцпакет: например, помощь в поисках жилья или при планировании карьеры: «Принцип «нанимай и увольняй», действовавший в 90-е, уже изжил себя. Польские рабочие хотят, чтобы за них боролись».

Еще хуже, чем в частном секторе, дела обстоят с бюджетниками. Даже те мизерные зарплаты, которые получает обслуживающий медицинский персонал на Западе, очень привлекательны для медсестер из стран Восточной Европы. А врачи могут без проблем зарабатывать в десять раз больше, чем дома.

Высококвалифицированные специалисты, как Роман Браздил, главный анестезиолог в Карловых Варах в Чехии, получают в пересчете до 1000 евро. Его клинику только что отремонтировали, она отвечает современным западным стандартам. И все-таки персонал уходит. За прошедшие два года одних анестезиологов на Запад уехало 8. «После окончания института врач только через 6 лет может начать работать самостоятельно. И как раз тут-то он и уезжает», — возмущается Браздил.

Бреши он заполняет кадрами из соседней Словакии. Эта страна тоже член ЕС, но там зарплаты еще ниже, чем в Чехии. «В здравоохранении происходит настоящее переселение народов. Врачи из Германии, Франции и Англии уезжают в США, их место занимают чехи и поляки, а к нам приезжают болгары и румыны».

По весьма осторожным оценкам, в ближайшие годы одних болгар отправится на Запад 200 тыс. С тех пор как София стала членом Евросоюза, болгары согласно правилам ЕС имеют право работать и жить, где хотят.

Правда, британский рынок уже насытился. Для болгар и румын он закрылся. Еще одной волны дешевой рабочей силы Великобритания не выдержит. По крайней мере, таково мнение профсоюзов.

Хотя надо сказать, что именно благодаря притоку иммигрантов сейчас в Великобритании наблюдается высокий экономический рост: 2,7%. Об этом говорят результаты исследований конъюнктуры. Приток иммигрантов не снизил уровня заработной платы, он просто воспрепятствовал ее быстрому росту. Иммигранты стимулируют спрос на внутреннем рынке и исправно платят налоги. Но главное, они стали делать ту работу, за которую не брались британцы.

В Англии поляков и чехов сейчас можно встретить везде. Они водят автобусы, гладят белье, убирают парки, чистят окна, разливают пиво.

Во многих местах, например в лондонском районе Хаммерсмит, возникают небольшие польские анклавы. Там можно купить пиво «Жывец», шоколад фабрики Веделя и пироги с кислой капустой. Банки и телефонные операторы рекламируют свои услуги по-польски и по-чешски. С недавнего времени в графстве Чешир в северо-западной части острова на ведущем в сторону Манчестера шоссе А4 появились надписи на польском языке.

В отделении оператора мобильной связи Vodafone в городе Кру работают тысячи поляков. В Северной Ирландии недавно созданная полиция Police Service of Northern Ireland пополняет свои ряды поляками. В этой беспокойной провинции не хватает своих католиков, чтобы среди стражей порядка их было ровно 50%, как предусматривает мирное соглашение.

С каждым днем Мацей Ольчик чувствует себя в Лондоне все лучше. Иногда он заходит в дорогой индийский ресторан The Green Leave и со знанием дела заказывает экзотические блюда. «Чиккен Тикка» и «Пападам» приводят его в философское настроение.

Обычно поляки доказывают, что они патриоты. Похоже, однако, родина им поднадоела.

«Во Второй мировой войне нас оккупировали немцы, потом был коммунизм с его дефицитной экономикой, затем наступил дикий капитализм, — говорит Ольчик. — Все это отложилось в нашем сознании. Мы больше не хотим просто сидеть дома и ждать, пока все наладится. Мы тоже хотим наконец пожить хорошо».

Оперативные и важные новости в нашем telegram-канале Профиль-News
Больше интересного на канале Дзен-Профиль
Самое читаемое
28.10.2021