Наверх
14 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "Нелегкий протекционизм"

Правительство решило поддержать легкую промышленность. Однако наилучшая помощь для нее — декриминализация. И, заметим, не только для нее.В принципе, программа поддержки легпрома мало чем отличается от уже утвержденных аналогов по автопрому, металлургии и лесопромышленному комплексу. Основные идеи очень похожи: освободить от ввозных пошлин технологическое оборудование, не имеющее российских аналогов, не сильно прогибаться на переговорах с ВТО по вопросу снижения ввозных пошлин на готовую продукцию, субсидировать за счет бюджета кредитные ставки в тех случаях, когда производство имеет сезонный характер.
При этом по легкой промышленности, в отличие, скажем, от автопрома, вопрос о повышении импортных пошлин на готовые изделия даже не ставится. Правда, расчеты к программе показывают, что если требования ВТО выполнить полностью, то легпром в России усохнет еще на четверть. Это было бы совсем неприятно, ибо именно эта отрасль с 1991 по 1998 год обрушилась сильнее всего. По оценкам — более чем в 5 раз. После дефолта, считая от низкой базы, она выбилась в лидеры роста, но в прошлом году и он остановился.
Вопрос о том, куда девать несчастных безработных ткачих, мотальщиц и швей, снова встал во всей своей социальной остроте. (А их вместе с членами семей больше 2 млн. человек.) Вроде бы все как всегда.
Но новые подходы к постановке вопроса Минпромнауки все-таки прозвучали. Точнее, наверное — концентрировано проявились. Напомним, что по автопрому и ЛПК вопрос о декриминализации отраслей рассматривался как бы по касательной. Хотя и тогда говорили о том, что приход иностранных инвесторов в автопром, кроме всего прочего, позволит побороть систему «серого» дилерства, а внедрение системы долгосрочной аренды лесных участков — систему «черного» экспорта кругляка.
Легпром же по степени криминализации обогнал даже эти отрасли и наряду со спиртовым и контрафактным видеоаудиопрограммным производством вошел в тройку «братковских» отраслей. По оценкам специалистов, доля «серого» рынка здесь составляет до 60%. Например, по обуви и швейным изделиям налоги платятся лишь с одной седьмой части продаваемой в России продукции. Конкуренцию «белому» производству составляют и «серый» импорт, и выпуск неучтенной продукции на зарегистрированных предприятиях, и незарегистрированные «цеховики». Напомним, что недавно в 10 км от МКАД была обнаружена швейная фабрика, на которой, как оказалось, многие годы прятались и работали 3000 вьетнамцев-подпольщиков. Слава Богу, это были не чеченские боевики!
Остается надеяться на то, что сегодня подход к декриминализации станет более системным. Ведь часть проблем, прежде всего по борьбе с коррупцией, будет решаться в ходе административной реформы, часть, связанную с общим повышением прозрачности денежных потоков в экономике, неминуемо придется решать для того, чтобы Россию приняли в FATF и в рамках исполнения резолюций ООН по антитеррору.
Тут, между прочим, поле тоже почти непаханое. Например, оказывается, что ГТК и МНС оперативно не обмениваются информацией по фирмам—участникам ВЭС. Если бы обменивались, то, как считают специалисты, проблема фирм-однодневок — контрабандистов и воров НДС из бюджета (возврат при «ложном» экспорте) — решилась бы быстро, всерьез и надолго. Или еще пример: оказывается, комбанки при открытии счета клиенту не имеют официальной возможности (не то что обязанности) «пробить» его по базам МВД и МНС. Вот и плодятся фирмы и счета, открытые на паспорта покойников или каких-то непонятных вьетнамцев. Комбанк, формально являясь агентом валютного контроля, имеет легальную возможность фактически ничего не знать о своем клиенте. Какой после этого с них спрос? Так, недавно в одном московском банке со счета, открытого накануне, на который сразу же капнуло $20 млн., клиенту все до цента выдали налом. Помогли донести до машины полтора центнера денежной массы, а потом сказали милиционерам (деньги оказались-таки ворованными), что из всех особых примет клиента заметили три: он был вьетнамцем, уехал на синей «девятке», «девятка» была без номеров.
А между прочим, $20 млн. — это месячный фонд заработной платы всех ткачих нашей необъятной Родины.
Действительно, получается, что говорить о субсидировании сезонных кредитов для легпрома из бюджета аж на 50 млн. рублей в год как-то несерьезно. Не лоббисты, а щипачи какие-то, без фантазии и размаха.

НИКИТА КИРИЧЕНКО

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK