Наверх
19 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "НЕСМЫВАЕМОЕ ПЯТНО"

Взрыв на нефтяной платформе ВР в Мексиканском заливе привел к самой крупной экологической катастрофе в истории. Добывать нефть на шельфе от этого не перестанут, но правила безопасности станут жестче.    Месяц назад, 20 ап-реля, на принадлежавшей ком-пании British Petroleum платформе Deepwater Horizon произошел мощный взрыв, положивший начало крупнейшей в истории экологической катастрофе. До сих пор нефтяная корпорация не нашла способа унять нефтяной поток, поднимающийся со дна Мексиканского залива, справиться с последствиями катастрофы также не удается. Нефть уже загрязнила воды залива у берегов Луизианы, Алабамы и Миссисипи, сейчас пятно движется к берегам Флориды, часть нефти осела на дне. Компания с 20-летним опытом подводной добычи оказалась беспомощной перед лицом катастрофы, и это говорит о необходимости заново осмыслить риски шельфового бурения на больших глубинах. Россия, как известно, тоже добывает нефть и газ на шельфе и строит новые большие планы на этот счет. После трагедии в Мексиканском заливе планы, возможно, придется корректировать. Недаром исполнительный директор ВР Тони Хейворд недавно заявил, что катастрофа изменит ситуацию в индустрии.    ГЛУБИННЫЕ ПРОБЛЕМЫ    Разобраться, почему «рвануло» в Мексиканском заливе, пока не удалось, а без этого нельзя понять, как обезопасить глубинную добычу от ранее неведомой опасности. Полупогружная платформа Deepwater Horizon, которая потерпела крушение, — это очень известный, широко используемый проект. «По всему миру их работают сотни», — говорит Алексей Кокарев, замдиректора по развитию Группы компаний (ГК) «Каспийская энергия», которая занимается в нашей стране проектированием, разработкой и созданием технических средств освоения шельфа Мирового океана.    Если исходить из оценок профессора Калифорнийского университета Беркли Роберта Би, считающегося крупным специалистом в области обеспечения безопасности при проведении буровых работ, то взрыв на нефтяной платформе, скорее всего, произошел из-за пузыря метана, поднявшегося из скважины. Он возник на большой глубине из-за нагревания в результате химической реакции, начавшейся при цементировании скважины — одном из стандартных технологических про-цессов при подводном бурении. Рост температуры вызвал переход метана из жидкого состояния в газообразное, после чего пузырь, увеличиваясь в размерах по ме-ре подъема с глубины и падения давления, прорвал барье-ры на своем пути и вырвался на поверхность.    Первый взрыв, скорее всего, произошел в двигателях, установленных на буровой платформе, которые из-за попадания в них газа стали работать на предельно высокой скорости. Последовавшее возгорание привело к взрыву нефтяной смеси, которую выбросило на поверхность вслед за метаном.   В ВР эту версию не опровергли и не подтвердили. Представители британской компании заявили, что они начали собственное рассле-дование обстоятельств аварии. Как отмечается в сообщении ВР, в настоящий момент специалисты пытаются найти ответ на один из ключевых на сегодня вопросов — почему не сработало противовыбросовое оборудование, установленное на морском дне. Во время взрыва 20 апреля оно не заблокировало поступление нефти из поврежденных аварией скважин.   НА ЧЕМ СТОИМ   По словам Алексея Кокарева, платформы, используемые в России, отличаются от той, что потерпела крушение в Мексиканском заливе. «Для «ЛУКОЙЛа» на шельфе Каспийского моря была установлена стационарная платформа. У «Роснефти» на Сахалине тоже стационарные ледостойкие платформы», — говорит Алексей Кокарев. По словам же представителя компании Sakhalin Energy Ивана Черняховского, их платформы тоже являются стационарными и крепятся ко дну железобетонной «ногой». «Можете себе представить конструкцию размером с два футбольных поля, которая весит 100 тыс. тонн? Она просто стоит на дне, — констатирует Черняховский, отмечая, что и глубины, на которых работают российские компании и ВР в Мексиканском заливе, разные. — У нас это 50 м, а у ВР — 1,5 км». Но при этом, как говорят в Sakhalin Energy, несмотря на то, что буровые установки компании являются одними из самых современных и безопасных в мире, это не исключает разливов нефти. «С 1999 года наши разливы в совокупности составили около 300 литров, а мы фиксируем каждые 300 миллилитров», — сообщили в компании-операторе проекта «Сахалин-2».   Однако эксперты не берутся утверждать, что российские платформы принципиально лучше той, которая потерпела крушение у берегов Луизианы. «Анализ показывает, что в 90% таких сложных случаев первичным является человеческий фактор, поэтому говорить, что у ВР была плохая платформа, а наши отличаются принципиально в лучшую сторону, я бы не рискнул», — отмечает Алексей Кокарев. По его словам, при проектировании любой платформы принимаются во внимание самые неблагоприятные природные ус-ловия, которые могут произойти, — сейсмические, вол-новые, ветровые, штормы, ураганы. В общем, все, что может произойти за сто лет. При этом ко всем этим неблагоприятным условиям до-бавляется двух-, трехкратный коэффициент запаса прочности. Плюс происходит дублирование всех систем. Если необходимо, к примеру, два генератора, то их ставят четыре и еще аварийную систему да источники бесперебойного питания. По словам Алексея Кокарева, все морские объекты строятся под систему нулевого сброса. Так, чтобы ни при каких условиях ничто не попало в окружающую среду. Надо полагать, в ВР постарались учесть все риски, и потому сейчас очень сложно что-то говорить о причинах катастрофы. В Государственном университете нефти и газа им. И.М. Губкина просьбу «Профиля» проанализировать обстоятельства катастрофы оставили без ответа.   ПЕЙЗАЖ ПОСЛЕ БИТВЫ   Однако какими бы ни были причины катастрофы, эксперты уверены: бесследно для отрасли она не пройдет. По словам начальника аналитического отдела компании «Брокеркредитсервис» Максима Шеина, каждая крупная катастрофа, особенно такая, как происшествие в Мексиканском заливе, служит толчком для совершенствования технологий добычи или транспортировки нефти. «Помимо позитивной составляющей в виде заказов в смежных отраслях есть прямой эффект пусть по незначительному, но увеличению удельных затрат на добычу нефти. В краткосрочном периоде закрытие крупной скважины напрямую приводит к сокращению предложения нефти на рынке, а значит, поддерживает высокие цены», — заключает аналитик. Таким образом, в самом ближайшем будущем стоит ожидать пересмотра требований безопасности на нефтедобывающих объектах. Эксперт считает, что рано или поздно новые затраты скажутся и на цене нефти. {PAGE}   Как именно могут измениться требования? По словам официального представителя Минэнерго Ирины Есиповой, на настоящий момент рано говорить о каких-либо конкретных инициативах, но министерство анализирует ситуацию в заливе. «Безусловно, сейчас в России на шельфе не разрабатываются такие масштабные месторождения, как у ВР в Мексиканском заливе. Тем не менее анализ ситуации идет», — сказала Ирина Есипова «Профилю». При этом она напомнила о большом потенциале российских шельфовых месторождений, в том числе арктических, где бурение будет идти на большой глубине.    Арктический шельф — крупный и до настоящего времени практически не использованный резерв нефтегазовой промышленности России. Без его освоения невозможно решить задачи Энергетической стратегии России до 2030 года. Общая геологическая изученность российского Арктического шельфа намного уступает другим регионам, таким как Северное море, Мексиканский залив, шельф Западной Африки и др. Тем не менее три крупных района — Центрально-Баренцевский, Южно-Карский газоконден-сатные и Печорский нефте-газоконденсатный — характеризуются хорошими перспективами по части возмож-ности открыть новые месторождения.    Ясно, что российское правительство не откажется от использования этих богатейших ресурсов, но освоение арктических запасов потребует дополнительных затрат, в том числе на обеспечение безопасности. Очевидно, что опираться на международный опыт при разработке технологий и правил будет недостаточно, хотя без него и не обойтись. Окончательный вердикт по поводу причин взрыва платформы в Мексиканском заливе внесет в это свою лепту, но, во-первых, каждый шельф имеет свои особенности, а во-вторых, как теперь стало ясно, даже многолетняя практика не гарантирует, что при подводной добыче и бурении учтены все риски.   

   ВЗРЫВНАЯ ЦЕНА
   ВР заявила о готовности выделить $100 млн на ли-квидацию последствий. Однако, по оценкам рейтингового агентства Fitch Rating, стоимость очистки зоны загрязнения может варьироваться от $2 млрд до $3 млрд. По оценкам других аналитиков, ликвидация последствий может вылиться в сумму от $1,1 млрд до $14 млрд.

   

   ПЛАТФОРМЕННАЯ РАЗНИЦА
   Полупогружная нефтяная буровая платформа используется при глубинах бурения до 10 000 м и глубине моря до 3000 м. Размещается на понтонах. Ее нельзя перемещать, она удерживается якорями массой 15 тонн. Поддержание постоянной нагрузки на плавучей конструкции является трудной и дорогой операцией, поэтому на некоторых платформах, например Deepwater Horizon, используется компьютерная система динамического позиционирования, которая с помощью мощных подводных двигателей постоянно удерживает платформу на определенном месте, с точностью до нескольких метров.
   Стационарную нефтяную платформу экономически выгодно устанавливать на глубине от 14 до 500 м. На большей глубине ее трудно устанавливать, а на меньшей — осложняется подход танкеров, кроме того, здесь невозможно строить подводные нефте- и газопроводы.
   Однако в 2004 году такая платформа установлена в Мексиканском заливе на глубине 5610 футов (1711 м), что является мировым достижением. Ее эксплуатирует добывающая компания Dominion E&P Inc.
   Плавучая (самоподъемная) буровая установка — понтон, над которым расположена буровая вышка. На нем размещаются буровое и вспомогательное оборудование, многоэтажная рубка с каютами для экипажа и ра-бочих, электростанция и склады. По углам платформы установлены многометровые колонны-опоры. После буксировки на точку бурения колонны выдвигаются и, достигнув дна, поднимают платформу над уровнем моря. Высота подъема корпуса выбирается с учетом вероятных высот волн и приливов.

   

   ПОДРЫВ ОСНОВ
   Взрыв на платформе Deepwater Horizon, расположенной на расстоянии 80 км от берегов штата Луизиана, произошел 20 апреля. В результате катастрофы погибли 11 человек, сама платформа при этом затонула. Катастрофа привела к утечке нефти в Мексиканский залив со скоростью 760 тыс. литров в сутки. Несмотря на усилия спасателей, установивших заградительные боны на границах растущего нефтяного пятна, 4 мая оно достигло побережья Луизианы, а затем двинулось к Алабаме и Миссисипи. 7 мая специалисты BP завершили спуск на дно залива 100-тонного защитного купола, который должен был перекрыть утечку нефти из поврежденной скважины на 85%. Набирающуюся в него нефть откачивали танкеры с помощью специального оборудования, при монтаже которого возникли проблемы. Кроме того, гидраты на внутренней поверхности купола стали образовываться в гораздо большем объеме, чем предполагалось. Последовавшая затем попытка справиться с ситуацией при помощи купола меньшего размера (так называемой заглушки) тоже не дала результатов.
Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK