Наверх
17 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "Новый глава Центробанка может вдохнуть новую жизнь в российские банки"

Прежде всего, необходимо действовать быстро, потому что экономике нужны настоящие банки, способные ее кредитовать.Ситуация в банковском бизнесе России — одна из самых скандальных. В то же время в ней заложены нереализованные возможности. Ежедневно тысячи россиян приносят свои сбережения в отделения Сбербанка, которых насчитывается 21 тысяча. Это контролируемый государством коммерческий банк, где аккумулируется 90% всех рублевых вкладов. Но лишь очень небольшая часть этих средств возвращается населению в форме, например, выплат под залог, ссуд на покупку машин или кредитов на развитие малого бизнеса. В основном, утверждает Роланд Нэш (Roland Nash), глава московской брокерской фирмы Renaissance Capital, Сбербанк предоставляет кредиты крупным московским клиентам с политическими связями, и процентная ставка при этом ниже уровня инфляции. При такой системе работы с кредитами, которая просто высасывает деньги, неудивительно, что постсоветская Россия — за исключением Москвы, Санкт-Петербурга и некоторых областных центров — по-прежнему остается экономической пустыней.
Но, возможно, близится время перемен. 15 марта российский президент Владимир Путин отправил в отставку председателя Центрального банка Виктора Геращенко — «тяжеловеса» банковской системы советских времен, в которой большая часть назначений осуществлялась по знакомству. В его империю и входил Сбербанк с активами в $19 млрд., который на 63% принадлежит ЦБ.
На место Геращенко Путин назначил не очень известного, но подающего большие надежды заместителя министра финансов Сергея Игнатьева. В начале 90-х годов его привел в правительство Егор Гайдар, либерально ориентированный премьер времен Бориса Ельцина. 54-летний Игнатьев — экономист с репутацией рыночника и честного человека. Внешне он выглядит занудой в очках и напоминает Алана Гринспена (Алан Гринспен — глава Федеральной резервной системы США. — «Профиль»). Назначение такого человека — четкий сигнал к началу реформ. Примерно такой же, как прошлогоднее увольнение еще одного «тяжеловеса» советской эпохи, главы «Газпрома» Рема Вяхирева.
Итак, что нужно будет делать Игнатьеву? Прежде всего, действовать быстро. Времени уже не осталось. В 2000 году темпы роста российской экономики составляли 9%, в прошлом году — 5%, а в этом — при падающих ценах на нефть — хорошо, если получится 3%. Геращенко был больше заинтересован в сохранении монополии Сбербанка, чем в формировании конкурентоспособного и здорового банковского сектора. В итоге на долю банков России приходится лишь ничтожных 3% инвестиционного капитала ежегодно. Дефицит кредитов может постепенно лишить экономику всех возможностей для возобновления динамичного роста.
Затем Игнатьев должен сделать Сбербанк «честным перед Богом», открыв правила и условия предоставления им кредитов. «Никто не знает, чем они руководствуются при предоставлении кредитов, кому они их дают и сколько эти кредиты стоят», — говорит один из директоров Сбербанка Вадим Кляйнер (Vadim Kleiner) из Hermitage Capital Management, представляющий интересы миноритарных акционеров. Сам же Сбербанк, однако, настаивает на том, что «он выполняет все требования по предоставлению информации о деятельности банка».
После того, как появится ясность с правилами кредитования, Сбербанк должен будет изменить и саму практику предоставлении кредитов. То есть меньше выдавать их по политическим соображениям и перенаправить какую-то часть средств из портфеля государственных ценных бумаг ($7,6 млрд.) на кредиты для населения. По оценке Элизабет Уоллес (Elizabeth Wallace), директора управления малого бизнеса Европейского банка реконструкции и развития, объем кредитов на развитие малого бизнеса, ежемесячно выдаваемых Сбербанком, может возрасти с нынешних $8 млн. до $50 млн.
Еще один пункт в повестке дня Игнатьева — лишение Сбербанка исключительного права на предоставление государственных гарантий по вкладам. Почему бы всем российским банкам с надежным менеджментом и хорошей капитализацией не пользоваться таким же правом в борьбе за скудные ресурсы?
Точно так же нужно снять жесткие ограничения на деятельность иностранных банков в России. России все равно придется сделать это, если она намерена вступить в ВТО, сторонником чего является Путин. «Не думаю, что стоит ожидать больших изменений в политике кредитования до тех пор, пока не существует таких альтернативных источников кредитов, как иностранные банки», — говорит Сергей Толмачев, бывший майор, ныне владеющий в Самаре консалтинговой фирмой по работе с недвижимостью. Как и большинство занимающихся малым предпринимательством, Толмачев может финансировать свою фирму только или за счет прибыли, или на деньги друзей и семьи.
Пора дать таким, как он, возможность вздохнуть свободно. 20 марта Игнатьев заявил законодателям, что планирует осуществлять перемены осторожно. Будем надеяться на то, что эти слова — проявление осмотрительности, а не пугливости. Имея за спиной Путина, «он может делать что хочет», отмечает Кляйнер. Реформа плохо функционирующего банковского сектора — последняя из крупных реформ постсоветской России. Вперед, г-н Игнатьев.

Пол Старобин (Paul Starobin) пишет о российской политике и экономике из Москвы. — Business Week.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK