Наверх
12 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2003 года: "НЬЮ-ЙОРК С ВИДОМ НА БАШНИ"

В проекте Дэниэла Либскинда (Daniel Libeskind) отражены трагедия и несгибаемый дух городаГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВО
С практической точки зрения здание Еврейского музея в Берлине не лишено изъянов. Там, например, маловато туалетов, а зигзагообразные стены для любого смотрителя как страшный сон, ставший явью. Но с точки зрения эстетики здание в форме изломанной звезды Давида очень красноречиво. Запоминающееся, мощное, оно одновременно и исполнено чувства, как дань евреям, живущим в Германии, и памятник жертвам холокоста, и образец самой современной архитектуры. Оно находит отзыв в сердцах людей: за полтора года с момента официального открытия музей посетили более миллиона человек. Еврейский музей стал вторым по посещаемости выставочным центром немецкой столицы после музея Пергамон, где хранится подлинный алтарь Зевса из греческого храма. «Будь это обычное здание, квадратная коробка с хорошим освещением, к нам не приходило бы столько народу, — считает Михаэль Блюменталь (W. Michael Blumenthal), директор Еврейского музея. — На здание приходят посмотреть многие».
Успех Еврейского музея принес работающему в Берлине архитектору Дэниэлу Либскинду мировое признание. И когда власти Нью-Йорка объявили конкурс проектов по застройке места бывшего Всемирного торгового центра (ВТЦ), они специально обратились к Либскинду с просьбой принять в нем участие. Либскинд, сын уцелевших в холокосте евреев, приехавший в Нью-Йорк 13-летним подростком, стал одним из двух финалистов конкурса. Окончательное решение властей будет объявлено в конце февраля.
Всеобщее признание его первого серьезного проекта принесло ему и его Studio Daniel Libeskind множество крупных заказов по всему миру. Архитектор, создавший в Еврейском музее Сад изгнания как символ диаспоры, доказал, что умеет проектировать и торговые площади, и даже бензоколонки. И хотя основными его заказчиками остаются все-таки музеи, например заказавшие проекты дополнительных площадей Victoria & Albert Museum в Лондоне и Denver Art Museum, он также проектирует и концертный зал в Бремене, и конгресс-центр в Тель-Авиве, и торговые центры в Германии и Швейцарии.
Из-за того, что его дело разрослось столь стремительно, для реализации своих проектов 56-летний Либскинд обычно создает совместные компании с местными архитектурными фирмами. Эти отношения держит под контролем его жена и партнер, Нина (Nina). Она так описывает процесс: «Сначала к нам приходят партнеры, мы завязываем отношения, потом отправляем нашу группу для работы в их офисе». Фирмы делят работу и доход 50 на 50. В мастерской Либскинда по всему миру работают около 130 человек, а годовой доход, по словам Нины, в последние годы составляет в среднем $12—14 млн.
Если власти Нью-Йорка примут проект Либскинда, пусть и измененный, без участия других архитекторов в его реализации не обойтись: непосредственно мемориалом, как и прочими элементами проекта, включая административные здания, будут заниматься другие. «Над этим и должны работать разные архитекторы, — считает Либскинд. — Ведь Нью-Йорк строился именно так». В любом случае, он и его жена (и младший из их троих детей) вернутся в Нью-Йорк, который он считает родным городом, и откроют там офис, как и запланировали еще несколько месяцев назад.
ВТЦ в 100 раз больше Еврейского музея, площадь которого составляет 120 000 кв. футов (1 кв. фут = 0,093 кв. м. — «Профиль»), но в обоих случаях налицо сходная концептуальная проблема: здания должны отражать происшедшую трагедию, но при этом демонстрировать стойкость и волю к жизни. В отличие от множества остальных проектов, начинающихся на уровне горизонта, Memory Foundations Либскинда начинаются в котловане, на месте эпицентра на глубине 70 футов (1 фут = 30,4 см. — «Профиль»). «В основе многих проектов — какой-то один грандиозный элемент, — говорит Либскинд. — Но они никак не отражают того, что стоит за архитектурой: ни общественных проблем, ни того, как города развиваются… Надо начинать с самого низа и двигаться вверх. Я в буквальном смысле так и сделал». По его проекту должен быть сохранен весь огромный бетонный бассейн, отвоеванный у вод Гудзона и служивший фундаментом обеих башен. Это будет место покоя и медитации. Музей будет «прокладкой» между коммерческой частью и ставшей как бы священной землей внизу. Для посетителей вид на котлован сверху будет открываться с изогнутой балюстрады.
В небоскребах, обращенных скошенными фасадами и крышами к эпицентру, будет примерно 7,4 млн. кв. футов офисных площадей, т.е. примерно 70% от того, что было. Самая большая башня должна вознестись над городом на 1776 футов и стать символом: здесь целые этажи будут заняты садами, потому что сады, по словам Либскинда — это постоянное утверждение торжества жизни. Его проект предполагает и строительство жилья по периметру — около 1750 новых квартир, а также обширных торговых площадей, театрально-концертных залов и парковок. Однако, возможно, масштабы строительства на самом деле будут меньше, чем планировал Либскинд. Проект должен «сочетаться с бурлящей вокруг жизнью и оптимистическим духом Нью-Йорка, а не быть обращенным только в прошлое», — отмечает Либскинд, ставший финалистом вместе с нью-йоркской группой THINK. Этот проект предусматривает возведение двух решетчатых башен из стали высотой 1665 футов.
Проектирование нового ВТЦ станет еще одним шагом в превращении Либскинда из историка архитектуры в ведущего, активно работающего архитектора. Либскинд родился в Польше и вспоминает, как прибыл в Америку на борту корабля с названием Constitution (конституция. — «Профиль») и впервые плыл мимо статуи Свободы: «Когда приезжаешь сюда как иммигрант, на тебя обрушивается весь груз истории этой страны, всех возможностей, которые дает тебе здесь свобода, и это что-то необыкновенное».
Сегодняшний Либскинд — внешне до последней черточки модный архитектор с мировой известностью, в черной рубашке, черных брюках и очках с черной оправой, но при этом истый патриот. Презентация его проекта ВТЦ начинается и заканчивается изображением статуи Свободы. Либскинд изучал архитектуру в престижном нью-йоркском Cooper Union, а до победы на конкурсе проектов Еврейского музея в 1989 году преподавал в лучших архитектурных школах мира. Но теория стала для него практикой только в этом музее.
Создание Еврейского музея как нельзя лучше подготовило его к работе над ВТЦ. Чтобы возвести отделанное цинком здание, Либскинд десять лет сражался с мещанскими взглядами, нехваткой денег и бюрократией. Хотя его проект и победил на очень серьезном конкурсе, однако, по его словам, никто не верил, что дело дойдет до реализации. У города совсем не было денег, и на каком-то этапе власти даже решили было отказаться от проекта. Либскинд считает, что успех во многом обеспечило решение архитектора перебраться в 1989 году в Берлин, чтобы лично руководить реализацией проекта. По мнению Блюменталя, «Либскинд — очень хороший политик». Либскинд спроектировал наклонные стены. Но когда из-за слишком больших затрат против этого высказался высокопоставленный берлинский чиновник, Либскинд пошел на уступки: идея была хоть и интересная, но не принципиальная.
Разумеется, нью-йоркский ВТЦ — средоточие множества противоречий и политических амбиций. Хотя Lower Manhattan Development Corp. отобрала двух финалистов, земля принадлежит администрации порта, где главенствуют губернаторы Нью-Йорка и Нью-Джерси. При этом башни-близнецы были сданы в аренду девелоперу Лэрри Сильверштейну (Larry Silverstein), который ясно дал понять, что ему не нравится ни один из проектов. В принятии окончательного решения будут участвовать все стороны. У жителей Нью-Йорка тоже свой взгляд на вещи: Либскинд получил по электронной почте несколько сотен отзывов на свой проект, и далеко не все из них положительные. Он говорит, что отвечает на все письма, по крайней мере пока. Остается еще и денежный вопрос. Ведь оба проекта обойдутся в миллиарды долларов, так что от проектировщиков самым жестким образом будут требовать урезания сметы. Учитывая все это, проекты, по мнению исполнительного директора нью-йоркского отделения American Institute of Architects Рика Белла (Rick Bell), лучше рассматривать как «вдохновляющие идеи».
Как и в случае с Еврейским музеем, при проектировании ВТЦ Либскинд серьезно изучал историю. Перед началом работ по музею он перевернул нацистские архивы в поисках информации о жителях этого района, сгинувших в концлагерях. В случае с ВТЦ Либскинд, ставший гражданином США в 1965 году, перечитал Декларацию независимости (отсюда и башня высотой 1776 футов) и описания Нью-Йорка в художественной литературе XIX века таких авторов, как Герман Мелвилл (Herman Melville) и Уолт Уитмен (Walt Whitman). По его словам, цель его проекта — «создать осязаемый и жизнеутверждающий образ Нью-Йорка, подобного тому, который Уитмен дал в Leaves of Grass («Листья травы» — сборник стихов Уолта Уитмена. — «Профиль»). Это ощущение прошлого Нью-Йорка может очень помочь Либскинду сыграть важную роль в будущем города.

ДЖЕК ЮИНГ (JACK EWING) В БЕРЛИНЕ C РОБЕРТОМ МАКНЭТТОМ (ROBERT MCNATT) В НЬЮ-ЙОРКЕ. — BUSINESS WEEK

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK