Наверх
15 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2002 года: "Обратная сторона Европы"

Европейцы требуют от России политического решения чеченской проблемы. Однако в самой Европе тлеет сразу несколько подобных конфликтов, и ни один из них до сих пор не удалось погасить мирными средствами.Отечество и свобода

Баски, крупный по европейским меркам народ (около миллиона человек), населяющий горы и предгорья Пиренеев по обе стороны испано-французской границы, заслуженно считаются главными возмутителями спокойствия в Европе. Уже почти полвека баскские сепаратисты из группировки ЭТА («Эускади Та Аскатасуна», что можно перевести как «Отечество и свобода») пытаются при помощи террора добиться от испанских и французских властей признания независимости своей родины.
Оснований для таких требований у них немало. Баски являются уникальным этносом, говорящим на языке, не имеющем ничего общего с остальными европейскими языками. Лингвисты, предпринимавшие попытки установить происхождение баскского языка («эускеро», как называют его сами баски), связывали его то с корейским, то с японским, то с грузинским.
Кроме того, баски — один из древнейших народов в Европе. Они занимали свои земли в Пиренеях еще до прихода туда римлян. Примечательно, что название этноса с тех пор практически не изменилось: римские авторы, писавшие об Иберийском полуострове, упоминают народ васконов, живший в тех же местах, которые сейчас населяют баски. Этот народ успешно пережил вторжение римлян, несколько волн варварских нашествий и арабское завоевание.
Тем не менее прочную государственность баски создать так и не сумели. Их небольшие княжества не могли соперничать с соседними Кастилией, Наваррой и Францией. К XIV веку баскские земли были полностью поглощены этими королевствами, а позднее большая их часть вошла в состав Испании.
Баски никогда не отличались преданностью испанской короне и верностью испанским законам. Они умело извлекали выгоду из положения разделенного народа с никому не известным языком: контрабандная торговля на испано-французской границе процветала. Возможно, поэтому идея независимого государства вызревала в умах басков очень долго. Даже в конце XIX века, когда в Стране Басков начало оформляться националистическое движение, его лидеры, братья Сабино и Луис де Арана, требовали лишь автономии в составе Испании.
Не исключено, что этим требованием дело бы и ограничилось, тем более что в 1931 году баски получили автономию из рук республиканского правительства. Однако после прихода к власти в Испании франкистов баскская автономия была ликвидирована, а использование языка эускеро запрещено не только в официальных учреждениях, но и в личном общении.
Такая политика вызвала закономерное возмущение басков. В годы гражданской войны в Испании они едва ли не поголовно выступили на стороне республиканцев. С тех пор прочного мира в Стране Басков не было.
Террористическая группировка ЭТА возникла в конце 50-х — начале 60-х годов прошлого века, после того как основные силы баскского партизанского движения были разгромлены войсками Франко. Примечательно, что первые шаги баскских террористов, организовывавших покушения на военных, жандармов и политиков-франкистов, были встречены если не с одобрением, то с пониманием испанцами, у которых было немало поводов для недовольства режимом.
Франко, одержавший победу в гражданской войне, оказался бессилен перед горсткой боевиков ЭТА. Несмотря на крайне жесткие меры по отношению ко всем заподозренным в сотрудничестве с группировкой, террор не шел на убыль. Под угрозой находились все — от простого государственного служащего до генерала. А наивысшим «достижением» ЭТА стало убийство премьер-министра Испании Карреро Бланко в декабре 1973 года.
Баскские боевики специализировались на терроре, что, однако, нисколько не препятствовало им заниматься банальными грабежами. Похищения с целью выкупа, вымогательство денег на нужды революции, в том числе и у предпринимателей-басков, были не менее важным направлением деятельности ЭТА, чем борьба с диктаторским режимом.
Очевидно, построенный на терроре бизнес группировки оказался достаточно прибыльным. По крайней мере, когда в 1979 году баскам вернули их автономию, ЭТА не успокоилась. Целью ее деятельности была отныне объявлена борьба с испанскими колонизаторами за создание независимого государства. Восстановление автономии внесло в жизнь группировки только одно существенное изменение: ЭТА обзавелась политическим крылом, партией «Ери Батасуна» («Народное единство»), которая могла участвовать в выборах и представлять интересы террористов в парламенте Страны Басков.
Испанские власти после 1979 года вели себя по отношению к ЭТА очень последовательно, ни при каких условиях не вступая в переговоры, но в то же время и не пытаясь ограничить автономию Страны Басков. Пожалуй, наиболее жесткой политической мерой правительства по отношению к сепаратистам стал запрет деятельности партии «Батасуна» в конце августа этого года.
В то же время нельзя сказать, что такая тактика принесла значительный успех в борьбе с терроризмом. Конечно, его масштабы несколько сократились по сравнению с временами Франко, однако полностью ликвидировать его так и не удалось. Проблема заключается в том, что большинство баскского населения одобряет если не методы, то цели террористов. Причем самое неприятное для Мадрида заключается в том, что идеи сепаратистов пользуются горячей поддержкой отнюдь не среди социальных низов или в сельской глубинке, а у наиболее динамичной части общества — молодых горожан, принадлежащих к среднему классу. Именно они вышли на улицы городов Страны Басков, протестуя против запрета «Батасуны».
Чечня в Средиземном море

Другая «горячая точка» современной Западной Европы — остров Корсика. Его население, составляющее приблизительно 300 тыс. человек и говорящее на одном из диалектов итальянского, в течение нескольких десятилетий добивается независимости от французского правительства. Надо сказать, что Корсика — один из самых отсталых районов в Европейском союзе. Основные отрасли ее экономики — сельское хозяйство и туризм. При этом корсиканцы и в XXI веке сумели сохранить крайне архаичные формы общественного устройства — традиции кровной мести живы на острове до сих пор.
Остров Корсика вошел в состав Франции в 1769 году в результате соглашения французов с генуэзцами. Многие корсиканцы, переезжая на материк, делали прекрасную карьеру во французской армии — как, например, Наполеон Бонапарт. Однако органичной частью французских владений Корсика так и не стала. Власть Парижа всегда была здесь довольно условной — благодаря корсиканским традициям гостеприимства и круговой поруке французы никогда не могли добиться от местного населения выдачи преступников. Сейчас этим с успехом пользуются террористы.
Требования корсиканцев о предоставлении автономии острову в Париже очень долго оставляли без внимания. Законодательство Франции вообще не предусматривает существования в стране каких-либо национальностей, кроме французов. В практическом плане это, в частности, означает запрет на изучение родного языка в школах. Неудивительно, что вспыльчивые корсиканцы перешли к насильственным методам борьбы.
Крупнейшая на острове террористическая организация, действующая под сепаратистскими лозунгами, «Фронт национального освобождения Корсики», была создана в 1976 году. Счет ее жертв, главным образом представителей французских властей и жителей острова — некорсиканцев, идет на тысячи. Средства на освободительную борьбу корсиканские террористы добывают при помощи грабежей, вымогательств и торговли наркотиками.
Кроме «Фронта национального освобождения Корсики» на острове действует еще порядка двадцати террористических организаций. Подготовка терактов поставлена в буквальном смысле слова на поток: ежегодно происходят десятки взрывов.
Власти пока бессильны в борьбе с террором. Недавние уступки сепаратистам в виде предоставления автономии Корсике не привели к желаемым результатам, боевики просто стали требовать большего. Попытки обезвредить лидеров террористов упираются в корсиканскую круговую поруку. Жители острова, вне зависимости от своего отношения к сепаратистам, не выдают преступников. Так, французским спецслужбам известно имя человека, среди бела дня застрелившего префекта Корсики Клода Эриньяка в феврале 1998 года. Однако арестовать его так до сих пор и не удалось.
Столетняя война

Конфликт в Северной Ирландии нисколько не уступает по остроте баскскому и корсиканскому, а по сложности связанных с ним политических противоречий даже превосходит их. Кроме нескольких сепаратистских террористических группировок здесь действуют организации, пытающиеся путем насилия подавить сепаратизм. Кроме того, межнациональный конфликт (англичане — ирландцы) осложняется межконфессиональным (протестанты — католики).
История присоединения Ирландии к Великобритании по своему драматизму не уступает истории присоединения Чечни к России. Вместе с тем, хотя Ирландия была завоевана британцами, за столетия совместной жизни два народа во многом сблизились. С этим и связано происхождение современного конфликта в Северной Ирландии, значительная часть населения которой после предоставления независимости ирландцам в начале прошлого века предпочла сохранить британское подданство. Ирландский Ольстер остался в составе Великобритании, что было окончательно закреплено англо-ирландским договором 6 декабря 1920 года.
Приобретение этой территории было для британцев успехом сомнительным. Вместе с ней они получили острый межнациональный и межконфессиональный конфликт, мощные сепаратистские группировки и терроризм.
Ирландская республиканская армия (ИРА), крупнейшая из террористических организаций Северной Ирландии, ставящая перед собой цель достижения независимости от Великобритании, насчитывает почти столетнюю историю. Она выросла из боевых групп, созданных при ирландской националистической партии Шинн Фейн («Мы сами») в 1905 году.
Боевики ИРА стали одними из первых в мире террористов в современном смысле этого слова. Не обладая достаточными силами для того, чтобы воевать с английскими регулярными войсками, они сосредоточились на убийствах государственных служащих, полицейских, офицеров. Отдельным направлением их деятельности в 20-е годы прошлого века стали погромы офисов местных налоговых органов. Кроме того, Ирландская республиканская армия активно занималась разрушением электросетей, линий связи, железных дорог, уничтожением промышленных объектов, надеясь таким образом нанести ущерб английской экономике. При этом география деятельности ее боевиков была расширена далеко за пределы Северной Ирландии и охватила такие центры, как Лондон, Манчестер, Глазго, Ливерпуль, Ньюкасл. Масштабы террористической войны, развязанной ИРА против англичан, характеризует тот факт, что будущий британский премьер Уинстон Черчилль в 1920 году едва не стал жертвой боевиков.
Начала Второй мировой войны ирландские сепаратисты ждали с нетерпением. По их расчетам, ослабленная Англия уже не смогла бы сопротивляться отделению Северной Ирландии. В начале 1939 года руководство ИРА даже обнародовало своеобразный ультиматум британскому правительству с требованием вывода дислоцированных на территории Ольстера войск, копии которого были направлены Франклину Рузвельту, Гитлеру и Муссолини.
Поскольку власти никак не отреагировали на ультиматум, Ирландская республиканская армия привела все свои угрозы в исполнение. Надо сказать, что нетерпение сепаратистов, поторопившихся с выдвижением ультиматума, сослужило хорошую службу Великобритании. Хотя новый всплеск террора был беспрецедентным по размаху, англичане успели подавить его до начала войны. Уничтожение верхушки ИРА обеспечило относительное спокойствие в Северной Ирландии, продолжавшееся вплоть до середины 50-х.
Оправившись от разгрома 1939 года, боевики ИРА вновь принялись за старое. Нападения на полицейские участки и таможенные посты на границе с Ирландией продолжались с небольшими перерывами в течение почти полутора десятков лет. Наконец в 1969 году британское правительство ввело войска в Северную Ирландию. С тех пор там, то затухая, то вспыхивая, идет настоящая война между террористами и армией Соединенного Королевства.
Положение осложняется тем, что в этой войне принимают участие протестантские террористические организации, пытающиеся бороться с католиками из ИРА их же методами. Причем «Ассоциация обороны Ольстера» и «Добровольческие силы лоялистов», крупнейшие из организаций такого рода, организуют нападения не только на функционеров ИРА и сепаратистской партии Шинн Фейн, но и на тех политических и общественных деятелей Северной Ирландии, которые выступают за мирное разрешение конфликта. Достается и британским госслужащим, если они нарушают гражданские права протестантов, то есть, например, по соображениям безопасности запрещают им проводить массовые манифестации.
Столетней войне в Северной Ирландии не видно конца. Несколько лет назад, после прихода к власти в Лондоне Тони Блэра, в политической программе которого урегулирование этого конфликта было одной из «ударных» тем, появилась надежда на мирное решение ольстерской проблемы. Впервые за всю историю противостояния британское правительство начало переговоры с лидерами партии Шинн Фейн, политического крыла ИРА. Надежда эта оказалась напрасной. Боевики не стали выполнять условия соглашения. А Лондон в ответ отказался от каких-либо уступок сепаратистам.
Обратная сторона евро

Сепаратистские террористические организации, не желающие идти на компромисс со своими правительствами, не являются узколобыми националистами, которые готовы воевать со всем человечеством. История их деятельности в Европе показывает, что между собой они прекрасно находят общий язык. Баскские боевики из ЭТА по мере сил поддерживают корсиканцев. Ирландская республиканская армия сотрудничает и с теми и с другими, заодно, кстати, пользуясь услугами левых террористических группировок во всех европейских странах.
Влияние сепаратистского интернационала распространяется и за пределы Европы. ЭТА, ИРА и корсиканцы находятся под покровительством ливийского лидера Муамара Каддафи, который снабжает их оружием и деньгами. Боевики этих организаций проходили подготовку в лагерях террористов Организации освобождения Палестины, а в сложные времена всегда могли найти приют на Кубе.
Однако угрозу безопасности Европейского союза сепаратисты представляют не только своими обширными связями. Хуже то, что их идеи представляют собой своеобразный вирус, который все быстрее распространяется по Европе. Если десять лет назад сепаратизм существовал только в Стране Басков, на Корсике и в Северной Ирландии, то сейчас он охватывает уже почти десяток европейских стран.
Сравнительно недавно широкую известность приобрело шотландское движение за отделение от Великобритании. Шотландская национальная партия, действующая с середины 30-х годов прошлого века, прямо заявила о своих намерениях бороться за независимость. Конечно, в Шотландии все очень мирно и демократично, по крайней мере до сегодняшнего дня, но сама тенденция настораживает.
Во французской Бретани ситуация значительно тяжелее. Здесь уже создаются боевые группы, ставящие своей целью вооруженную борьбу за национальное освобождение. К этому списку можно добавить каталонцев и галисийцев в Испании, фламандцев в Бельгии. Сепаратистские настроения растут и в Италии, где их подпитывают значительные диспропорции между уровнем экономического развития северной и южной частей страны. Чем может это закончиться на Сицилии с ее богатыми патриархальными традициями, гадать не нужно: пример Корсики рисует такую перспективу исчерпывающе.
Как оказалось, бурно протекающий процесс европейского объединения никак не останавливает рост сепаратистских настроений. Из того, что Франция, Испания, Великобритания, Италия отказываются от доли своего суверенитета в пользу наднациональных органов управления, совершенно не следует, что баски или корсиканцы откажутся от мечты о собственной государственности. Напротив, идея Европы без границ служит большим соблазном к тому, чтобы эти границы пересмотреть. И провести на их месте новые.

ЮРИЙ ЗВОНАРЕВ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK