Наверх
20 октября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2010 года: "ОНИ НЕ ПРОЙДУТ"

Хочется задать по случаю Женского дня серьезный вопрос: почему в России один из самых низких процентов женщин во власти?    В преддверии 8 Марта о женщинах говорится масса пошлостей в том сально-ироническом ключе, который принят в России в кризисные эпохи. Сальность эта ощутима почти физически и нужна для того, чтобы серьезные слова соскальзывали, съезжали по касательной — и вещи опять не назывались своими именами. Когда Россия в кризисе, она не выдерживает откровенности, прячется от нее — такой же балаган царил накануне Первой мировой. Тогда Серебряный век выдохся, и воцарилось то, что адекватно описал Саша Черный: «Проклятые вопросы, как дым от папиросы, рассеялись во мгле. Пришла проблема пола, румяная Фефела, и ржет навеселе».
   Однако впадать в этот тон не хочется. Хочется задать по случаю Женского дня хоть один серьезный вопрос: почему в России один из самых низких процентов женщин во власти? В населении они преобладают — перевес сейчас, по разным данным, порядка 6 процентов, — а в правительстве и в парламенте никогда. Больше того, уже и наличие в составе правительства двух женщин считается сенсацией: до этого десять лет страной руководили исключительно мужики. Представить себе женщину на посту Госсекретаря — в нашем случае это министр иностранных дел — невозможно. Женщина, возглавляющая силовое ведомство, — плевок в лицо нашим честным парням. Женщина во главе госканала — фактический провал телепропаганды. Мне трудно с ходу назвать не только госкорпорацию, но и сколько-нибудь крупный концерн, во главе которого стояла бы дама; в губернаторском корпусе только-только появилась Наталья Комарова (Югра) — до этого за всех отдувалась Валентина Матвиенко.
   О причинах такого стабильного непопадания женщин в российскую власть можно спорить долго: мачо и феминистки никогда не договорятся. В отличие, допустим, от русских и евреев, которые на что непримиримы, а иногда даже вступают в браки. Да что там — даже армяно-азербайджанский брак возможен, а вот чтобы male сhauvinist pig женился на убежденной борчихе за права женщин — такого история не знает. Мужская версия сводится к тому, что в женщине нет ума и доверять ей руль чего бы то ни было смерти подобно. Женская, напротив, сосредоточена на мерзости мужского мира и круговой поруке его обитателей. Но, боюсь, ни один социолог не дал пока исчерпывающего ответа на простейший вопрос: почему во всем мире, включая Пакистан, где у власти находилась Беназир Бхутто, женщины могут претендовать на высшие государственные посты, а в России со времен императриц не было ничего подобного? В нынешней России женщинам в самом деле стоит выбирать любую карьеру, кроме политической. Причина крайне проста: основой российской политики является страх, а с ним у женщин действительно обстоит неважно.
   Отечественная власть немыслима без иерархии унижения, без священного трепета перед начальством. Трудно сказать, почему женщины храбрей: может, у них в крови, в генетической памяти засело убеждение, что мужчины обязаны им служить и вечно их домогаться, а потому они не в состоянии очень уж серьезно воспринимать мужские потуги на важность и величие. Может, они просто не боятся получить по морде — по крайней мере, от мужчин — или подспудно убеждены, что мужчина в борьбе с ними не пойдет до конца (и в девяноста случаях из ста это верно, ибо здесь нас связывает очень уж глубокое табу). А может, — и это всего естественней — женщина приготовлена природой для родов, а это опыт столь страшный, столь пограничный между бытием и небытием, что мужики, думаю, забоялись бы рожать, и род людской прервался бы. Они и залетать-то боятся, хотя это им никакой физической болью не грозит — разве что головной, и то фигурально. Но как бы то ни было, женщины бесстрашней. А потому для российской власти, основанной на унижении и трепете, женщины не подходят категорически: ни одна не в состоянии изобразить такого гнусного подобострастия, какое с легкостью демонстрируют наши брутальные мачо при виде вышестоящего ничтожества. Сладострастие — это пожалуйста, но подобострастие — никак.
   И потому, дорогие подруги, смиритесь: в легальной российской власти вам делать нечего. Остается тайная — в по-стели, на кухне и в детской: та главная и самая непобедимая власть, перед которой пасуют все вертикали.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK