Наверх
12 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2008 года: "Операция прошла успешно. Вопросы остались"

Начальник Главного управления боевой подготовки и службы войск Вооруженных сил РФ генерал-лейтенант, Герой России, воевавший в Карабахе и Чечне, Владимир ШАМАНОВ называет августовские события на Кавказе «пятидневной войной». И не согласен с теми, кто говорит о проведенной с блеском победоносной операции.— Так что же произошло в Южной Осетии?
   — Это была прямая агрессия силовых структур Грузии против российских миротворцев и Южной Осетии.
   К войне в Грузии готовились. Только недавно нам стало известно, что происходило это не без помощи других наших соседей. Как оказалось, в течение пяти-шести месяцев Украина активно довооружала грузинскую армию. С боевого дежурства были сняты даже комплексы противовоздушной обороны БУКМ-1, которые во время боевых действий управлялись гражданами Украины. Такие вот теперь новые реалии международного сотрудничества на Южном Кавказе.
   Несмотря на то что все внимание было приковано к Олимпиаде в Пекине, руководство страны оперативно оценило ситуацию и отдало четкие команды, которые Вооруженные силы, наученные горьким опытом первой и второй чеченских кампаний, выполнили в максимально короткие сроки.
   Думаю, события начала августа войдут в историю как «пятидневная война». Хотя, если реально, активная фаза боевых действий продолжалась только двое с половиной суток, а в остальное время предпринимались попытки восстановления диалога уже собственно на территории Грузии. Там российская армия решала уже не боевые, а административные задачи: по обеспечению правопорядка в населенных пунктах (даже таких крупных, как Гори) и недопущению мародерства со стороны преступных элементов, которые, как стервятники, появляются на каждой войне.
   — На что рассчитывал президент Грузии Саакашвили, когда начинал войну?
   — Я не могу рассуждать о том, на что он рассчитывал в политическом плане. Но моя точка зрения как военного сводится к следующему.
   Довольно длительное время подготовкой грузинской армии занимались иностранные специалисты. Это не голословное заявление. В подтверждение своих слов могу сослаться на большое количество захваченных нами в Грузии презентационных материалов различной направленности. Активная подготовка к боевым действиям велась с 2006 года. А наиболее детальная проработка планов по натовским стандартам, согласно оказавшимся в нашем распоряжении документам, велась с марта 2008 года. Причем это был не только инструктаж, но и графические документы, исполненные на принятых в блоке НАТО стандартах.
   — А что же разведка: неужели у вас не было упреждающей информации? Куда смотрели остальные спецслужбы, которых у нас не одна?
   — Это из области тех самых вопросов, которые требуют детализации и корректировки. Безусловно, есть претензии к разведке всех уровней. Например, как могло случиться, что дальнобойные средства коллективного поражения, системы залпового огня «Град» смогли дислоцироваться и развернуться на огневых позициях — и никто этого не заметил? Как получилось, что целые подразделения и даже части вооруженных сил Грузии смогли выдвинуться к границе Южной Осетии — и это осталось вне поля зрения наших разведслужб? Так что вопросов много.
   Были трудности и в организации устойчивой связи, причем эти проблемы возникли отнюдь не сегодня. Во время первой и второй чеченских кампаний мы сталкивались с тем же. Дело в том, что отечественная промышленность вот уже сколько десятилетий затягивает начало серийного выпуска современных средств закрытой связи, которые бы обеспечивали устойчивое управление, особенно так называемого комплекта «поле боя».
   В итоге, как показывает анализ, до 50% переговоров наших командиров осуществлялись с использованием мобильных телефонов, а они все были завязаны на грузинского оператора сотовой связи. И при помощи специальной американской аппаратуры проводилось автоматическое считывание с анализом и передачей данных по закрытым каналам связи и по прямому назначению. Словесная шелуха автоматически отфильтровывалась, и грузинские военные получали только действительно необходимую им на данный момент информацию. Артиллерийский огонь велся только по тем квадратам, где «засвечивались» сигналы мобильников. Таким же образом попали под огонь и некоторые журналисты.
   У нас есть подобные разработки, но мы, к сожалению, находимся пока только в начале пути.
   — Только разведка и связь? Больше проблем не было?
   — Были. Нам нужно незамедлительно вносить дополнительные коррективы в вопросы полевой выучки. Что и было сделано сразу после завершения этих событий. Полевая выучка войск — вот главное, на что нужно обращать внимание.
   Существует крылатое выражение: поле — академия солдата. Но в последние годы это почему-то забыли. Уделялось внимание одиночной подготовке, совершенствованию материальной базы, но пребывания войск в полевых условиях, причем длительное время, — этого не было. А ведь только это помогает адаптироваться в естественных условиях и вести себя максимально адекватно.
   Как показывает практика, на первичную адаптацию, в зависимости от степени подготовки, уходит от 3 до 10 дней. Например, десантники тогда, в августе, приспособились быстро.
   — Потому что они — десантники?
   — Не только поэтому, а потому, что они в этом районе как раз накануне завершили учения. Здесь же, неподалеку, на Тарском и Дарьяльском полигонах. Псковские и ивановские десантники там проводили учения «Кавказ-2008». Планом прошедшего накануне учения как раз и предусматривались задачи, которые им предстояло решать. А именно: стабилизация границы Южной Осетии и вопросы перегруппировки.
   Получилось, что десантники в течение 15—20 дней находились в поле, и не успели они выйти из ставшего уже привычным состояния, как их опять вернули в те же условия — только уже не учебные, а боевые. Поэтому они смогли эффективно и успешно решить поставленные задачи.
   — Во время чеченских кампаний было немало случаев, когда контрактники проявляли себя, мягко говоря, не самым лучшим образом. Тогда вы говорили, что контрактная система несовершенна. Что вы думаете сейчас?
   — Ну, и сейчас я бы сказал, что служба по контракту все еще остается непривлекательной. Прежде всего из-за низкого уровня денежного содержания и отсутствия социальных гарантий: жилья, детских садов, обеспеченности работой членов семей и др.
   А раз так, то сегодня служить в армию по контракту идут не самые лучшие представители нашего общества. Но я надеюсь, что в ближайшее время ситуация изменится к лучшему. Руководством страны по материалам, подготовленным Министерством обороны, принята федеральная целевая программа, в которой упор делается на подготовку и формирование профессионального корпуса младших командиров из числа контрактников всех видов и родов войск и плавсостава Военно-морского флота.
   На днях прошло заседание рабочей группы межведомственной комиссии, где я являюсь одним из заместителей председателя. Был рассмотрен план дальнейших действий по реализации этой программы. Одновременно на государственном уровне рассматривается вопрос повышения социального пакета для контрактников. В общем, возможности у государства имеются.
   — А что вы скажете по поводу подготовленности к военной службе выпускников вузов?
   — Тоже проблема. В армии наблюдается большая текучесть. Наши высшие военные учебные заведения, в сущности, работают «по нулям». Потому что количество ежегодно выпускаемых молодых офицеров практически равно количеству увольняющихся.
   Этот вопрос нас очень волнует. Для того чтобы снизить напряженность в частях постоянной боевой готовности и создать определенные условия для стабилизации положения, министр обороны доложил президенту свои предложения и получил поддержку.
   В целях стимулирования воинского труда в частях постоянной готовности выделено 100 млрд рублей на три года. Издан Приказ №400 о поощрении лучших офицеров деньгами. По результатам наших годовых проверок во второй и третьей декадах октября мы определим лучших офицеров во всех родах войск. Эти командиры — а их более 30 тыс. — в течение следующего года будут получать существенную прибавку денежного содержания. По разным категориям она составит от 30 до 70 тыс. рублей. Это серьезный стимул для того, чтобы офицер постоянно работал над повышением своей классной квалификации. Надеюсь, это стабилизирует обстановку в воинских коллективах.
   — Много говорят о том, что наши призывники идут служить неподготовленными. Так ли это?
   — К сожалению, так. В этом году, как сказал генерал-полковник Василий Смирнов, предстоит призвать 219 тыс. призывников. Сегодня вновь подтверждается та негативная тенденция, которая была очевидна по итогам призывных кампаний прошлых лет. Статистика действительно удручающая: из 10 призывников к несению воинской службы годны только 2—3.
   Это результат того пренебрежения к детскому и юношескому спорту, военно-патриотическим играм, да и вообще физическому и нравственному здоровью подрастающего поколения, которое за последние 20 лет стало практикой. Исключение — Москва, Краснодарский край и Ростовская область, где, несмотря на все сложности, сохранились хорошие традиции. Не случайно ведь Ростовская область по количеству завоеванных на прошедшей Олимпиаде медалей обогнала даже Москву.
   — Как скоро, по-вашему, Грузия и Украина смогут войти в НАТО?
   — Не факт, что они туда вообще войдут. Особенно Украина. Мы ведем активный диалог с ведущими странами Североатлантического блока, где с каждым днем растет понимание подоплеки того, что произошло на Южном Кавказе. Думаю, что, если бы мы не вступились за Южную Осетию и Абхазию, дуга нестабильности замкнулась бы, что имело бы непредсказуемые последствия, и не только для России. В Старом Свете очень ценят стабильность.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK