Наверх
9 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2009 года: "ОТЕЦ БЕДНЫХ"

Страна, расположенная между Игуасу и Амазонкой, считается примером успеха, ее президент — звездой. Глава Бразилии Лула да Силва надеется, что вскоре государство войдет в пятерку крупнейших экономик планеты.    Уже несколько часов Элизет Пиауи стоит в тени мангового дерева и ждет. На ее ногах пластмассовые сандалии, широкие бермуды болтаются вокруг тонких ног. Воздух плавится от жары, 40 градусов — температура, редкая даже для Барры, городка в центре Сертана, района в сердце бразильского северо-востока. 45-летняя женщина не ропщет: сегодня у нее великий день. Ей предстоит встретиться с президентом, обещавшим провести к ее хижине водопровод.
   О прибытии Лулы да Силвы извещает приближающийся рокот лопастей. Перед посадкой белый вертолет делает круг над толпой. Эскорт мотоциклистов сопровождает главу Бразилии к месту встречи.
   Лула выходит из лимузина, на нем белая льняная рубаха и зеленая армейская шляпа. Местная знать ждет в темных костюмах, но Лула игнорирует власть имущих и направляется прямиком к людям, толпящимся за ограждением. Lula, Papai! — восклицает Элизет: «Лула, отец родной!» Он прижимает ее к груди, жмет руки, позволяет себя пощупать, обнять, погладить. Капли пота текут по раскрасневшемуся лицу, кто-то тянет президента за рубаху, но это не мешает Луле наслаждаться «купанием» в людской толпе. Здесь, в богадельне Бразилии, он чувствует себя как дома.
   Три дня займет поездка президента по Сертану. Маршрут ему известен, впервые он побывал здесь 15 лет назад, во время своей предвыборной кампании. Тогда он ездил на автобусе, ночевал в дешевых пансионах. Сегодня к его услугам вертолетыи бронированные автомобили, по проселочным дорогам главу государства сопровождает полиция с мигалками. В пристанищах, сооруженных специально для президента, помощники налаживают кондиционирование и накрывают шведский стол, а время от времени даже расстилают к его приезду красный ковер. Прессе это дает повод для злословия, но большинство бразильцев такое расточительство не смущает: они гордятся своим президентом. Он добился успеха, значит, может и пожинать плоды. «Он остается одним из нас, — гово-рит Элизет, — для бедных он как отец».
   Нелегкая доля нордестинцев, как называют население бедного северо-востока страны, известна да Силве не понаслышке. Он появился на свет в Сертане, и лишь некоторое время спустя его мать вместе с детьми отправилась в кузове грузовика в Сан-Паулу, расположенный в 2000 км. В Сертане стояла засуха, урожай погиб, скот околевал от жажды.
   Лула хочет превратить пустыню в цветущий оазис. Воду планируется отбирать из Сан-Франсиску, реки длиной 2700 км, этой голубой артерии страны. Она обеспечивает электроэнергией 5 штатов, но обходит Сертан стороной, делая большую петлю. Два канала должны будут «поставлять» речную воду в глубь засушливого региона на расстояние свыше 600 км. «Это самое малое, что я могу для вас сделать», — восклицает Лула, обращаясь к жителям Барры.
   Стоимость мегапроекта составит 6,6 млрд реалов, около 2,6 млрд евро; инженерам предстоит преодолеть разность высот в 200 м. Лула уже привлек к строительству каналов военнослужащих. Бульдозеры вгрызаются в бразильскую степь, копошатся 8000 рабочих. К 2025 году все должно быть готово. В идеальном случае от перераспределения вод реки выиграют 12 млн бразильцев. Это самый крупный по размаху и по затратам, но в то же время и самый спорный проект Лулы.
   Сторонники сравнивают да Силву с президентом США Франклином Рузвельтом: в 30-х годах американец воздвиг плотину на реке Теннесси, чтобы обеспечить регион электроэнергией, разработал масштабную инвестиционную программу для преодоления всемирного экономического кризиса, провозгласил «новый курс». Критики, напротив, опасаются, что миллиарды будут просто закопаны в землю. Защитники окружающей среды протестуют, епископ Барры дважды объявлял голодовку. Он опасается, что река еще более обмелеет.
   Самого епископа в Барре нет, у него якобы встречи за городом. На самом деле священнослужитель избегает встречи с президентом: критика в адрес да Силвы не прибавляет ему популярности среди прихожан. Лула говорит на языке простых людей, вспоминает, как мать посылала его за водой и он возвращался, водрузив тяжелый сосуд с водой на голову — тогда ему было пять лет.
   Когда-то Бразилию называли «Белиндией». Такое название ей дал некий экономист, считавший, что гигантская страна являет собой нечто среднее между Бельгией и Индией и сочетает в себе европейское благосостояние с азиатской нищетой. Казалось, пропасть между бедными и богатыми непреодолима. И только Луле да Силве удалось перекинуть между двумя Бразилиями мост.
   Сегодня он — любимец банкиров и в то же время кумир бедноты: при «президенте трудящихся» в страну потянулись инвесторы со всего мира. Джим О’Нил, глава отдела глобальных экономических исследований Goldman Sachs, ввел в употребление аббревиатуру БРИК, объединяющую четыре страны с переходной экономикой: Бразилию, Россию, Индию и Китай. Тогда же он предсказал южноамериканцам блестящее будущее. Коллеги подняли его на смех: Китай и Индия — куда ни шло, но вот Бразилия… На протяжении десятилетий она считалась титаном, обессилевшим вследствие постоянных кризисов и инфляции.
   Сегодня «Б» — звезда среди государств БРИК. По прогнозам экспертов, в следующем году рост ВВП страны составит до 5%. Бразильская экономика развивается сегодня быстрее российской, в отличие от Индии, страна не обременена этническими и территориальными конфликтами. Внутренний рынок Бразилии с ее 192 млн жителей характеризуется стабильностью, на экспорт приходится всего 13% ВВП: это автомобили и самолеты, соя и железная руда, нефть и целлюлоза, сахар, кофе и говядина.
   С начала 2009 года крупнейшим торговым партнером Бразилии является Китай, что позволило стране не так сильно ощутить на себе последствия штиля на рынке Соединенных Штатов. Бразильские банки сильны и надежны, кризис не создал для здешних финансовых институтов практически никаких затруднений. А политическая система Бразилии — стабильная демократия западного образца.
   Страна выплатила внешний долг и, более того, стала кредитором МВФ. Ее валютные резервы превышают $200 млрд, реал считается одной из самых твердых валют ми-ра. Международные эксперты предсказывают, что в ближайшие 10 лет в стране будут сохраняться благосостояние и экономический рост. К 2016 году Бразилия войдет в пятерку крупнейших экономик планеты, уверен Лула. В том же году здесь пройдут Олимпийские игры, двумя годами ранее, в 2014-м, — чемпионат мира по футболу.
   Страна располагает практически неограниченными сырьевыми резервами, колоссальными запасами пресной воды и нефти. Бразилия экспортирует больше мяса, чем США, Китай зависит от поставок бразильской сои. В ангарах Embraer неподалеку от Сан-Паулу бразильские инженеры создают воздушные суда для авиалиний всего мира, в частности самолеты для местных рейсов Lufthansa производятся именно там.
   Иными словами, оснований для осознания собственного достоинства у президента Лулы предостаточно. Обама и Саркози добиваются его расположения, Уолл-стрит лежит у его ног. Плюс ко всему в январе в кинотеатрах начнется показ художественного фильма «Лула, сын Бразилии»: это сага о пути, проделанном да Силвой от чистильщика обуви до президента.
   Вся Бразилия купается в лучах славы «отца нации». Почти 7 лет спустя после его инаугурации политику Лулы поддерживают свыше 80% граждан. Оппозиция выжидает, конгресс безмолвствует. Лула руководит страной как патриарх, его предшественник Фернанду Энрике Кардозу уже обвиняет его в «авторитаризме» и считает, что Бразилия на верном пути к государственному капитализму.
   Кардозу прав в одном: Лула никогда особо не доверял самоисцеляющей силе рынка, он считает, что именно государство должно выступить творцом нового социального порядка. Луле по нраву грандиозные проекты и жесты националистского толка. Он прагматик, который, однако, с презрением относится к спекулянтам. Это «бледнолицые с голубыми глазами» привели мир на край пропасти, недавно заявил президент, имея в виду банкиров.
{PAGE}
   Финансовый кризис лишь усилил его скептическое отношение к капитализму. Бразилия лучше других справилась с кризисом потому, что ее правительство своевременно приняло контрмеры, убежден Лула. Борьбу с бедностью и справедливое распределение доходов нельзя оставлять на произвол рынка.
   Миллионы бразильцев в годы его президентства стали жить лучше, средний класс вырос. Происшедший социальный переворот ощущается повсеместно. Шумные семейства жителей пригородов заполняют торговые центры Рио-де-Жанейро и Сан-Паулу. В очереди к стойкам регистрации в аэропортах стоят мамаши, для которых это первый в их жизни полет. «Разрыв между богатыми и бедными сокращается», — считает экономист и социолог, исследующий проблемы низших слоев общества, Рикардо Паеш де Баррош.
   Перераспределение благосостояния — пожалуй, величайшее в бразильской истории — стало возможным благодаря социальной программе «Семейный бюджет». Любая мать, испытывающая финансовые затруднения, может получать от правительства до 200 реалов в месяц, что приблизительно соответствует 80 евро, — при условии, что ее дети учатся в школе. На первый взгляд это немного, однако на северо-востоке страны на это государственное пособие живут миллионы.
   Сначала специалисты по социальным проблемам раскритиковали программу, заклеймив ее «раздачей милостыни», но сегодня она во всем мире считается образцом, достойным подражания. Субсидии получают свыше 12 млн семей, большая часть из которых живет на северо-востоке страны. Благодаря «Семейному бюджету» недавняя «богадельня» преобразилась и стала регионом экономического бума. Многие нордестинцы основали небольшие фирмы или открыли магазины, северо-восток стал рынком сбыта для бразильской промышленности. «Теперь регион развивается уже за счет собственных сил», — говорит Паеш де Баррош.
   Конечно, Луле да Силве повезло: его предшественник Кардозу еще в 1994 году, будучи министром финансов, стабилизировал экономику, страдавшую хронической гиперинфляцией. Он же провел денежную реформу и по закону обязал правителей страны придерживаться разумной бюджетной политики. До сих пор да Силва в этом вопросе ничего не менял.
   Не пришлось действующему президенту и заново изобретать инструменты экономической и социальной политики. Государственный дирижизм имеет в Бразилии давние традиции и уходит корнями в 30-е годы прошлого столетия.
   Штабы оперативной экономической политики расположены в двух презентабельных высотках в центре Рио-де-Жанейро. В башне из стекла и стали находится национальный банк экономического и социального развития Бразилии BNDES. Основанный с помощью американцев по примеру немецкой банковской группы KfW, он финансировал реализацию бразильской версии плана Маршалла.
   В 90-х годах BNDES успешно осуществил приватизацию многих госпредприятий. Сегодня банк оказывает поддержку при слиянии компаний, помогает фирмам, испытывающим денежные затруднения, финансирует стратегические инвестиции правительства.
   BNDES пользуется солидной репутацией. Как считается, этот финансовый институт практически не подвержен коррупции; он платит самые высокие оклады по стране. «Год назад ко мне обращались зарубежные банкиры и спрашивали, готова ли Бразилия к финансовому кризису», — вспоминает Эрнани Тейшейра, один из финансовых директоров банка. И слышали успокоительный ответ: BNDES дополнительно предоставил 100 млрд реалов, что соответствует примерно 40 млрд евро. За прошедший финансовый год он выдал больше кредитов и предоставил больше гарантий по займам, чем вся группа Всемирного банка, вместе взятая, что, однако, не помешало BNDES получить хорошую прибыль.
   Наискосок возвышается второй столп бразильского экономического чуда: в здании из бетона, фасад которого по ночам подсвечивается желтым и зеленым, цветами национального флага, находится штаб-квартира наполовину государственного энергетического концерна Petrobras. В ближайшие четыре года последний намерен инвестировать $174 млрд. Планируется, что буровые платформы, нефтеналивные суда и прочая техника для освоения крупных нефтяных месторождений на шельфе будут изготавливаться в Бразилии.
   Полтора года назад Petrobras открыл новые залежи нефти на дне Атлантического океана. Правда, находятся они под соляным пластом на глубине не менее 6000 м, так что их освоение — задача не из простых. Эксплуатация первой скважины может начаться не ранее, чем через шесть лет. Доходы должны поступать в фонд, средства из которого направляются правительством главным образом на строительство новых школ и университетов.
   Недавно Лула выступил с инициативой принять закон, который бы регулировал разработку месторождений нефти на шельфе: он хочет закрепить за Petrobras положение монополиста. Эксперты опасаются, что в результате появится новый влиятельный, подверженный коррупции мегаконцерн.
   Не было ли масштабное отключение энергии, имевшее место три недели назад и парализовавшее многие штаты Бразилии, сигналом, что государство уже сегодня не справляется со взваленными на себя задачами? Модернизация устаревшей инфраструктуры продвигается крайне медленно. Миллиардные инвестиции в порты, строительство новых дорог и энергосистему до сих пор остаются лишь на бумаге. Реализация пробуксовывает из-за засилья бюрократии, достойной пера Кафки, и неповоротливости юстиции. Борьба с преступностью тоже не приносит заметных результатов.
   У Лулы в запасе всего год: он не поддался искушению и не стал менять Конституцию, чтобы гарантировать себе избрание на третий срок. Тем не менее да Силва хотел бы передать свое наследие в добрые руки. Невзирая на сопротивление собственной Партии трудящихся, он объявил преемницей главу президентской администрации Дилму Руссеф.
   Руссеф, после путча 1964 года состоявшая в группировках левых герильеров и впоследствии несколько лет проведшая за решеткой, пользуется репутацией компетентного технократа и вместе с тем личности неприступной и авторитарной. Она ездит по стране вместе с президентом, открывает автодороги и электростанции. Лула работает на ее рейтинг, как если бы это была его собственная предвыборная кампания.
   Дилма сопровождает президента и во время его поездки по северо-востоку страны, несмотря на то, что несколько месяцев назад ей вырезали опухоль в подмышке. Как сообщается, она успела поправиться, сейчас носит парик — память о химиотерапии. На бледном лице как будто застыла улыбка. Направляясь к микрофону, президент увлекает Руссеф с собой. Многократно повторяет ее имя: большинству здешних жителей оно не знакомо.
   Элизет Пиауи, еще не пришедшая в себя от встречи с президентом, видела ее по телевизору и прежде; женщина знает, это — кандидатка Лулы. Элизет будет агитировать за Дилму, несмотря на то, что больше всего на свете ей хочется, чтобы Лула остался. «Я проголосую за любого, кого он предложит», — говорит она.
   В конце концов Лула обещал вернуться. До того как истечет срок его президентских полномочий, да Силва желает убедиться, что строительство канала от реки Сан-Франсиску продвигается нужными темпами. Возможно, надеется Элизет, в тот день сбудется и ее мечта: женщина хочет подать ему стакан воды. Из собственного водопровода — перед собственной хижиной.

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK