Наверх
23 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2001 года: "Ой, мама, Шикотан!"

Требуя у России отдать четыре острова Курильской гряды, японские руководители вряд ли надеются их получить. Это вопрос, скорее, внутренней политики — если дорог тебе твой рейтинг, то, придя к власти, немедленно требуй возврата «северных территорий».Хороший тон по-японски

На прошлой неделе экс-премьер Японии Иосиро Мори заявил, что 25 марта сего года на иркутской встрече с президентом России он, Мори, и Владимир Путин договорились касательно проблемы «северных территорий» и что вот-вот начнутся консультации о передаче Японии двух островов Курильской гряды — Шикотана и Хабомаи. Судьба двух других островов — Итурупа и Кунашира — тоже будет обсуждаться, но в рамках отдельных консультаций.
Это сенсационное заявление наделало много шуму как в Стране восходящего солнца, так и в российских дипломатических кругах. Во всяком случае, российский МИД не только опроверг то, что на иркутской встрече было достигнуто согласие насчет островов, но и выразил недоумение по поводу столь громкого заявления. При этом МИД РФ подчеркнул: «В российской дипломатической практике не принято публично комментировать содержание доверительных бесед на высшем уровне».
Разразившийся скандал депутат Думы от ЛДПР Алексей Митрофанов объясняет тем, что заявление бывшего японского премьер-министра есть не что иное, как ответ нынешнему министру иностранных дел Японии госпоже Танака, публично обвинившей Мори в том, что он ничего не добился во время иркутской встречи с Путиным. Что на самом деле происходило в Иркутске, что и какими словами говорил Путин японскому коллеге, сделавшему впоследствии столь рискованное заявление,— об этом узнать никак невозможно, разве что по прошествии времени.
Кстати, упомянутая госпожа Танака — дочь того самого японского премьера Какуэя Танаки, который первым из руководителей Японии решился ступить на территорию Советского Союза через семнадцать лет после восстановления дипломатических отношений и подписания Совместной декларации между СССР и Японией в 1956 году. В этой декларации есть 9-я статья, где написано, что Советский Союз соглашается передать Японии острова Шикотан и Хабомаи после подписания мирного договора (мирный договор между Москвой и Токио не подписан до сих пор). Так вот, во время того своего официального визита Танака пытался настаивать на возвращении Японии сразу четырех островов Курильской гряды, но наткнулся на неизменный ответ союзного министра иностранных дел Андрея Громыко, прозванного «мистером Нет».
Так что визит Танаки, хоть и был с советской стороны обставлен весьма основательно, коренного вопроса японской дипломатии не решил, а спустя год и сам Танака был отправлен в отставку из-за скандала по делу компании «Локхид» (члены его кабинета обвинялись в получении взяток от вышеназванной фирмы).
Между тем, если присмотреться, то «северные территории» для японских руководителей многих поколений — это проблема, скорее, внутренней политики. Требовать Курилы у японских политиков считается непреложной составляющей хорошего политического тона. Не хочешь, чтобы рейтинг упал до нуля,— требуй, придя к власти, возвращения островов. Именно поэтому каждый новый японский кабинет министров своей первоочередной задачей объявляет окончательное («четырехостровное») разрешение проблемы. И не важно, что долгие годы эта проблема никак не сдвинется с мертвой точки.
Сменивший Мори нынешний глава японского кабинета Дзюнъитиро Коидзуми тоже следует установившейся традиции. После выступления Мори он заявил, что собирается предложить российскому президенту встретиться и подписать наконец-то мирный договор, но хочет, чтобы при этом Японии отошли не два, а сразу четыре острова.
Так что, какова бы ни была цель скандала, затеянного Мори, он, говоря о якобы имевшей место договоренности по двум островам, явно проигрывает в эффектности своему преемнику Коидзуми. Тем более что летом в Японии парламентские выборы, и если премьер не станет соблюдать упомянутые правила хорошего тона, его правящая либерально-демократическая партия рискует эти выборы проиграть, а тогда Коидзуми автоматически потеряет премьерский портфель.
Три записки

О том, почему японцы считают возможным требовать за мирный договор четыре острова, а не два, как это сказано в декларации 1956 года, рассказывает Борис Славинский — японист, старший научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений: «В 1956 году японцы были согласны заключить с нами мирный договор, тем более с прилагающимся подарком в виде двух островов. Но когда об этом узнали американцы, они заявили японцам, что, если те согласятся на два острова вместо четырех, Америка никогда не отдаст Японии Окинаву, которая была в то время оккупирована США. Японцы испугались, и мирный договор с СССР не был подписан. А по поводу заключенного в 1960 году договора о безопасности между Японией и США советское правительство направило Токио три записки. В них указывалось на недружественное поведение японцев, вступивших в откровенно антисоветский военный союз с Америкой и предоставивших свою территорию для военных баз США. В этих условиях, было сказано далее, СССР не может пойти на выполнение 9-й статьи и заявляет, что никакой передачи двух островов не будет до тех пор, пока с территории Японии не будут выведены американские войска и ликвидированы американские военные базы (которые находятся в Японии до сих пор.— «Профиль»). В третьей записке была поставлена жирная точка: Советский Союз считает вопрос о четырех островах решенным по результатам Второй мировой войны».
В 1973 году, во время встречи упомянутого премьера Танаки с генсеком Леонидом Брежневым в Москве, советский лидер на вопрос о спорных территориях что-то невнятно буркнул. Японцы восприняли этот звук как готовность советской стороны вести переговоры по островам и дали СССР большие кредиты на разработку Южно-Якутского месторождения каменного угля, на строительство порта в Находке и на проект освоения лесных ресурсов в Сибири и на Дальнем Востоке. Все зря.
С приходом Михаила Горбачева японцы вновь заговорили об островах. В 1991 году они организовали Горбачеву роскошный прием во время его официального визита в Токио. Однако тот, «сориентированный» военными, которые настояли, чтобы он ушел от обсуждения проблемы Курил, с присущей ему витиеватостью и умением заматывать любую тему японскую сторону ничем не порадовал.
Кстати, за год до горбачевского визита Японию посетил Борис Ельцин. И хотя он остро нуждался тогда в международных контактах и связях, на посулы был весьма скуп, заявив, что для решения вопроса о спорных территориях требуется пятнадцать—двадцать лет. Позже, став президентом, Ельцин с японскими премьерами встречался часто и даже без галстуков. Но, пообещав «другу Рю» решить проблему островов к 2000 году, благополучно ушел на заслуженный отдых, оставив «японскую головную боль» своему наследнику Путину.
Не исключено, что Ельцин все же оставил Путину некий план действий, но в любом случае ельцинское наследство в части спорных островов может доставить большие сложности державнику Путину. Тем более что, в отличие от 1973 года, сегодня японцам уже не интересны совместные разработки чего бы то ни было — они просто упорно настаивают на передаче им Южных Курил, которые считают своей исторической территорией и с которыми связывают вопросы собственного международного престижа.
Несостоявшаяся экспедиция

Между тем историческая принадлежность Южных Курил до сих пор вызывает немало споров. Японист, кандидат исторических наук, эксперт думского комитета по энергетике, транспорту и связи, заместитель председателя общественного комитета защиты территориальной целостности России Алексей Плотников говорит: «Японцы уверяют нас, что острова — исконно японская территория и Советский Союз до 1945 года, когда по решению Ялтинской конференции Курилы были переданы нашей стране, никогда Южными Курилами не владел. С одной стороны, действительно, когда в 1855 году с Японией были установлены официальные дипломатические отношения и известный генерал-адъютант Ефимий Путятин подписал Симодский трактат, этим договором была демаркирована первая граница, которая прошла между Урупом и Итурупом. Уруп и все Курильские острова к северу были признаны владениями России, а Итуруп и южная часть Курильской гряды — владениями Японии. Японцы в переговорах об исконной принадлежности Курил всегда ссылаются именно на Симодский трактат. Однако наши пограничные контакты на Курилах зафиксированы еще в XVIII веке.
Тогда Россия в полном соответствии с международным правом считала все Курильские острова, включая южные, своей территорией. Впервые Южные Курилы посетила экспедиция Мартына Шпанберга — англичанина, состоявшего на русской службе, в 1739 году. Он составил описание островов и карту. Кстати, описание и картографирование с точки зрения международного права — первый и очень важный шаг к получению правового титула.
Было зафиксировано и наше хозяйственное освоение островов: мы привели местное население, айнов, в подданство, брали с них дань шкурами морских животных, часть айнов обратили в православие, построив на острове Шумшу в середине XVIII века часовню во имя святого Николая, а в 1755 году на том же острове организовали школу для детей айнов. Тогда сборщиками дани чаще всего были крещеные местные айны, возглавляли же их казацкие сотники или пятидесятники. Было создано несколько поселений и зимовий, в том числе на Кунашире, куда периодически прибывали промысловые партии, бившие морского зверя — котиков, нерпу. В 1766 году было основано стационарное поселение на острове Уруп. Все это говорит о том, что айны были подданными российского императора. На уровне императорских указов факт этот был зафиксирован, а в атласе Российской империи, изданном при Екатерине II в 1796 году, все Курильские острова закрашены в тот же цвет, что и российская Камчатка. Административно они входили в Южно-Камчатский округ Охотской области Иркутского наместничества.
Япония же до 1868 года была страной абсолютно закрытой — режим изоляции был введен в XVII веке военными правителями сегунами, и японцам запрещалось под страхом смертной казни выезжать за пределы страны, общаться с иностранцами, строить морские корабли, которые могли бы далеко отдаляться от территории. Неизвестно ни одного правительственного акта Японии, где бы говорилось, что Южные Курилы — их территория. Конечно, японцы, нарушая закон своей страны, контактировали с Южными Курилами, но, повторяю, первой Курилы «застолбила» Российская империя. Наши первопроходцы, когда шли по Курилам, ставили русские кресты, и японцы не отрицают, что в конце XVIII века они заменяли их своими столбами. При этом никаких действий для официального юридического закрепления этих территорий они предпринять не могли в силу закрытости японского режима.
Российской территорией Южные Курилы объявил императорский указ 1786 года. Кстати, японцы и сами не отрицают факта русского присутствия на Курилах в то время. Японский исследователь Кондо Морисиги сообщает, что в 1768 году «рыжие» айну (то есть русские) взимали дань, что они дали айнам ружья, порох, одежду, крестили и научили говорить по-русски. Однако в начале XIX века японцы постепенно нас вытеснили, потому что на содержание островов у нас не хватало ни сил, ни средств: на Курилах не были построены гарнизоны и крепости с поселениями,— и острова постепенно перешли под контроль японцев, став как бы их сферой влияния, но не более».
Некоторые историки говорят, что Россия потеряла свое историческое право на Южные Курилы из-за несостоявшейся по причине войны с Турцией экспедиции Муловского — она должна была отправиться из Петербурга в 1787 году и установить на островах столбы с чугунными гербами Российской империи и надписью «Земля российского владения», как это было сделано на Чукотке и Аляске, а также зарыть в землю специальные чугунные медали с государственной символикой.
Новые курильские ценности

Так или иначе, сейчас Южные Курилы наши и с 1945 года успели обрасти новыми для нас ценностями. Алексей Плотников рассказывает: «Площадь группы Южных Курил — 15,6 тысячи квадратных километров, больше половины площади всех Курильских островов. Основа экономики — рыбопереработка, учитывая, что морская экономическая зона вокруг Южных Курил считается одной из богатейших в мире по продуктивности рыбо- и морепродуктов на один кубокилометр площади. Крупнейшая рыбопереработка находится на Шикотане, есть она и на Кунашире, и на Итурупе.
Из разведанных полезных ископаемых примерная калькуляция составляет $45—50 млрд.— это цветные и редкоземельные металлы (германий, титано-ванадиевые руды, медно-цинковые, свинцовые и стратегически важные титано-магниевые руды). Обнаружены перспективные нефтегазоносные месторождения — все они сосредоточены со стороны Южных Курил у Тихого океана.
Значение Южных Курил усилилось в 70-е годы, когда была введена экономическая двухсотмильная зона — она и включает в себя основной рыбопромысловый район. Здесь водятся камбала, навага, лососевые, крабы, кальмары, моллюски, и промысловые водоросли. К тому же Курилы находятся на пути миграции тихоокеанских лососей. Ежегодный улов в районе Южных Курил оценивается в $2 млрд.— это примерно 1,5 млн. тонн рыбы».
Это что касается экономики. Есть и военный аспект. У спорных островов базируется российский Тихоокеанский флот, и в случае их передачи Японии свобода передвижения флота будет весьма ограничена зависимостью от японской стороны.
Так что, похоже, ситуация со спорными островами в обозримом будущем не изменится. Пока же, как справедливо было замечено в телепередаче «Тушите свет»: «На Курилах у нас хотя и не рай, но зато и не самурай!»

ИНЕССА СЛАВУТИНСКАЯ

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK