Наверх
12 ноября 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2004 года: "Падение Берлина"

Берлинале сделал ставку на трансвеститов, содомитов и борцов с кровавым режимом. И проиграл. Фирменный лейбл Берлинского фестиваля — «политика и толерантность» — не обновляется уже много лет: здесь всегда предпочитают социальную значимость художественному качеству. Примирять непримиримое, соединять несоединимое и призывать весь мир к терпимости даже к нетерпимому — сверхзадача смотра, проводимого в стране, на совести которой развязывание двух мировых войн. Наверное, 90% фестивальных картин (по каталогу их около 400) — драмы: про болезни, безработицу, всевозможные притеснения, унижения и любые формы инаковости. Очень ценятся сексуальные меньшинства — в программе всегда есть фильмы про гомосексуализм. Нынешний директор фестиваля Дитер Косслик не добавил к этому ничего нового, поэтому на пресс-конференции говорили о том, как важно, чтобы политика вернулась в кинематограф, а на экране все больше норовили просветленно рассказать о самых разнообразных перверсиях. И чем длиннее выстраивалась вереница из борцов с тоталитаризмом, мономанов-извращенцев, жертв социальной несправедливости и представителей всяческих меньшинств, тем очевиднее становилось, что поляна не просто изрядно вытоптана — на ней уже не осталось ни одного клочка свежей травки.

Борцы и жертвы

Глубокое осознание общественно-исторической миссии искусства приводит иногда к результатам, вызывающим, мягко говоря, некоторое недоумение. Вот перед нами имена первого ряда: Кен Лоуч, Эрик Ромер (он снял политический триллер про русского шпиона «Тройной агент») и Джон Бурмэн. И если в случае с патентованным мэтром «пролетарских драм» (фильм «Ae fond kiss» — про любовь шотландки к эмигранту) Кеном Лоучем все заранее предсказуемо и потому не особенно разочаровывающе, то в случае с другим британским классиком — Джоном Бурмэном, обладателем «Оскара», автором «Генерала», «Экскалибура» и «Ада в Тихом океане» — все куда печальней. Бурмэн, режиссер безусловно мощный, снял нуднейшую историю под диковатым названием «Страна моего черепа» о расследовании последствий апартеида, которое ведут два журналиста — черный и белая (Самюэль Джексон и Жюльетт Бинош). Два с половиной часа они сидят в залах суда и бродят по степям, а зритель ожидает любовной истории, которая по законам драматургии должна бы завязаться. Она и завязывается к концу второго часа, но потом коллеги, сделав свое дело, разбредаются каждый по своим семьям. Невыносимо скучно, но, учитывая политические тенденции фестиваля, могут и приз дать.

Извращенцы и меньшинства

Следующий чрезвычайно популярный и уже давно затертый бренд — внимательное и любовное изображение всяческих маньяков или, на худой конец, персонажей «со странностями». К этому окошечку, хоть и с разных концов, но обязательно приходят все, даже такие, казалось бы, антагонисты во всем остальном, как Голливуд и европейские интеллектуалы. И здесь Берлинале, безусловно, есть чем гордится. Первый у них представлен хитом «Монстр». Это дебютный фильм Патти Дженкис, основанный, что особенно модно сейчас в Голливуде, на «реальных событиях». Главная фишка этого фильма — специально набравшая 15 килограммов Шарлиз Терон (что и было отмечено «Золотым глобусом» и вполне может быть отмечено берлинским «Медведем»), которая играет проститутку, зверски убивавшую своих клиентов. Убивает, натурально, будучи не в силах снести жестокость окружающего мира и отсутствие любви. А кто бы сомневался, что из каких других соображений, — таких трагических историй уже видано-перевидано!

Вторых, то есть европейских «мастеров авторского кино», представляет итальянец Маттео Гарроне — восходящая «звезда», автор нашумевшего «Таксидермиста». Его фильм «Первая любовь» рассказывает милую историю про юношу, который то ли из-за сексуальных проблем, то ли из-за обостренного чувства прекрасного может заниматься любовью только с очень худыми девушками. Поэтому он морит голодом свою очередную возлюбленную — девушка, слыханное ли дело, весит аж 55 килограмм! Но если вы думаете, что это нечто веселенькое, то вы глубоко ошибаетесь. Тут комедией и не пахнет, тут глубокая психологическая драма: в финале парень начнет девушку унижать и наказывать, а она шарахнет ему по голове монтировкой.

Безусловно, самый достойный персонаж в этой категории — кореец Ким Ки Дук. Фильм его называется «Самаритянка», и сделан он в фирменном кимкидуковском жанре жесткой шокирующей притчи. Одна из двух школьниц-подружек — проститутка, вторая — праведница. Проститутка выбрасывается из окна, а праведница начинает спать с клиентами своей подруги и возвращать им деньги, заработанные той. Конечно, никакого исследования психологии девочки, вставший на порочный путь, Ким Ки Дуком не предполагалось, а предполагалось некое философическое высказывание о человеческой природе и современном мире. Но когда штампуешь по четыре фильма в год, то в какой-то момент результат может неприятно удивить: «Самаритянка» слишком невыразительна, если не сказать — некачественна.

Когда этот номер уходил в печать, были показаны еще далеко не все фильмы. Возможно, Ромер, или Лоуч, или еще один патриарх — Тео Ангелопулос (его фильм «Трилогия: плачущий луг» считается одним из фаворитов) и расцветят тусклую фестивальную палитру, но пока впечатление от просмотров просто ужасающее: если даже один из тройки крупнейших фестивалей планеты не может найти 20 хороших картин, впору всерьез говорить о кризисе — как кинематографа, так и фестивального движения.

Нынешний Берлинский фестиваль в очередной раз (вслед за Каннским, Венецианским и многими другими) доказал то, что уже давно и так понятно: все и всяческие «экстримы» на экране (к чему бы они ни призывали — к толерантности ли, к революции ли) совершенно утратили всякую художественную силу. Это поле мертво, и искать здесь больше нечего. Если что из фестивального кино и может оказаться живым и продуктивным — то это нечто диаметрально противоположное: подчеркнуто простые человеческие истории о подчеркнуто простых, обыденных отношениях, где нет ничего ни особенно прекрасного, ни особенно ужасного, но есть глубина и парадоксальность. Нечто похожее, скорее, на «Трудности перевода» Софии Копполы, чем на разнообразных монстров и прочих уродов.

ЕЛЕНА СЛАТИНА, ЕЛЕНА СТАФЬЕВА

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK