Наверх
7 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2007 года: "«Панцирь»: ПВО малой дальности с дальним прицелом"

РУСЛАН ПУХОВ, директор Центра АСТ. В августе на традиционном Московском авиакосмическом салоне публике впервые будет представлен «Панцирь-С1». Разработанный тульским Конструкторским бюро приборостроения (КБП) зенитный ракетно-пушечный комплекс — образец оружия нового поколения.«Из тумана холодного прошлого…» 

Сегодня российская оборонка проходит критическую точку, в которой советское технологическое наследие вот-вот перестанет обеспечивать создание конкурентоспособных образцов вооружений. Пятнадцать лет наша военная промышленность жила колоссальным советским технологическим, научным и промышленным заделом, который и позволил при почти нулевых инвестициях в новые разработки, без внутреннего заказа, используя в основном устаревшее оборудование, тем не менее устойчиво входить в число лидеров мировой торговли оружием. Но все когда-то заканчивается, и теперь лидерами в борьбе за новые экспортные контракты и заказы Российской армии становятся компании, которые вовремя занялись разработкой систем вооружений следующего поколения.

Таких систем, может быть, пока немного, но они создаются — причем практически для всех видов вооруженных сил. Запущено серийное производство учебно-тренировочного самолета Як-130, полномасштабная разработка которого началась уже в российское время. Ведется строительство серии корветов нового поколения «Стерегущий». Заложен головной фрегат «Адмирал Горшков». Активно разрабатываются истребители МиГ-35 и Су-35. 

А в области средств противовоздушной обороны в 2007 году тульское Конструкторское бюро приборостроения (КБП) приступило к серийному производству новейшего зенитного ракетно-пушечного комплекса (ЗРПК) «Панцирь-С1».

Сначала он звался «Романом»… 

Техническое задание на его разработку было выдано тулякам войсками ПВО СССР еще в 1990 году. Планировалось, что новый комплекс, тогда он назывался «Роман» (это был вариант мини-«Тунгуски» для ВДВ), должен прикрывать на ближних подступах от ударов высокоточного оружия мощные дальнобойные зенитные ракетные системы С-300П и радиолокационные станции в глубине территории страны. 

То есть уже тогда военные хотели создать своеобразный тандем систем большой и малой дальности. Опыт использования зенитных средств в локальных конфликтах неоднократно показывал, что парное применение комплексов различного назначения и дальности дает великолепный результат. 

Например, во время октябрьской войны 1973 года на Ближнем Востоке основной урон израильская авиация понесла в первые дни боев от огня египетских ракетных комплексов «Куб», действовавших совместно с пулеметными «Шилками». Уходя от ракетного обстрела «Кубов» на малую высоту, израильские пилоты попадали под огонь «Шилок». В итоге две трети уничтоженных или поврежденных израильских самолетов пришлось именно на «дуэт» «Куб»—«Шилка».

Система «Роман» в то время вызвала интерес не только у ПВО, но и у сухопутчиков. В Сухопутных войсках будущие «Панцири» должны были защищать от воздушных атак танковые и механизированные части на марше. То есть уже тогда, на самом раннем этапе, закладывалась философия комплекса как межвидовой системы оружия, пригодной для ПВО, сухопутчиков, а в дальнейшем и для моряков. 

Первый этап разработки комплекса пришелся на трудный период первой половины 90-х годов, когда государство практически прекратило финансирование новых военных разработок. Поэтому когда в 1995 году был изготовлен первый вариант комплекса, он не произвел впечатления на заказчика. «Роман» не имел никаких особых преимуществ в сравнении с уже имевшимися в войсках «Тунгусками» и «Торами». Комплекс не мог работать в движении и поражал цели на расстоянии всего 12 км. Не понравился военным и локатор управления огнем. 

Казалось бы, в истории нового комплекса была поставлена жирная точка. И для советского «Романа» так оно и было. А вот история российского «Панциря» только начиналась.{PAGE}

…А «Панцирем» стал с подачи Эмиратов

В 1996 году после долгой и упорной бюрократической борьбы с «Росвооружением» тульское КБП получило право самостоятельного экспорта своей военной продукции на внешний рынок. Руководство предприятия сразу начало активный поиск иностранного заказчика на комплекс, отвергнутый российскими военными. Интерес к нему проявили Объединенные Арабские Эмираты. В то время ОАЭ, закупившие более восьмисот БМП-3, имели довольно тесные связи с российским оборонным комплексом. 

Арабские военные, однако, выдвинули настолько высокие технические требования, что фактически это означало создание совершенно нового ЗРПК. Нужно было заменить и интегрировать практически все элементы комплекса: разработать новую ракету, радар, скорострельные пушки. Дальность действия нового комплекса, получившего название «Панцирь-С1», увеличивалась в полтора раза. По условиям контракта, на разработку системы отводилось всего два года, а поставка 50 комплексов в ОАЭ должна была завершиться в течение трех лет. 
 
Чтобы понять, насколько жесткими были эти условия, нужно вспомнить историю запуска в серийное производство комплекса предыдущего поколения, «Тунгуски». По оценке специалистов, по сложности и технологичности этот ЗРПК уступает «Панцирю» примерно в два с половиной раза. Так вот, Ульяновский завод при плане в 17 комплексов на 1982 год — первый год серийного производства — смог выпустить всего 4, а военной приемке удалось сдать только 2 из них. И это в советское время, когда и денег было больше, и гигантская отлаженная система государственного управления и партийного контроля и принуждения исправно работала. Здесь же, в условиях ограниченности финансовых ресурсов, полной анархии в отношениях с поставщиками руководство КБП пообещало в первый же год передать в ОАЭ сразу 12 комплексов.

Несмотря на запредельные технические условия и невыполнимый график работ, начальник КБП Аркадий Шипунов подписал в апреле 2000 года контракт стоимостью $734 млн, согласно которому с 2003-го по 2005 год армия ОАЭ должна была получить 24 колесных и 26 гусеничных «Панцирей». Контракт подвергся критике со стороны «Росвооружения» и конкурирующих предприятий: подписав соглашение по несуществующему «Панцирю», Шипунов закрыл эмиратский рынок для отработанного серийно производимого «Тор-М1» — этот ЗРК десятками поставлялся в это время в Китай и в Грецию.

Как легко было предвидеть, КБП не выдержало напряженных сроков контракта. Тогда почти ни у кого в стране не было опыта реализации сложных индустриальных проектов в рыночных условиях. 

На поверхность вылезли старые и новые технические проблемы (например, все с тем же радаром управления огнем). Создание комплекса проходило на фоне постоянных конфликтов со смежниками, разработку некоторых блоков и систем тулякам пришлось взять на себя. Так, КБП самостоятельно разработало и подготовило к серийному производству новую радиолокационную станцию. 

А по пути еще и деньги на разработку кончились. Пришлось полностью переработать контракт по срокам и по финансовым условиям. В 2003 году удалось передвинуть начало серийных поставок на конец 2006 года и получить от ОАЭ на продолжение конструкторских работ дополнительно $66 млн.

«Панцирь» раскуплен влет

Годы напряженной и очень сложной работы наконец дали результат, и к сегодняшнему дню разработка «Панциря» в основном завершена, начато его серийное производство. В работе по состоянию на середину 2007 года находится уже около десятка комплексов, и в конце этого года начнутся первые поставки заказчику. Более того, еще до завершения конструкторских работ первые комплексы были приняты стартовым заказчиком, КБП подписало еще два крупных экспортных контракта. 

В прошлом году новыми заказчиками «Панциря» стали еще две арабские страны — Алжир и Сирия. Алжир закупил эти системы в составе большого пакета контрактов, подписанного в марте 2006 года во время визита в эту страну президента Владимира Путина. Сирийцы вынуждены закупать дорогостоящие, но самые новые системы ПВО российского производства, потому что не в состоянии конкурировать с Израилем в области военно-воздушной мощи. Дамаску нет большого смысла приобретать пусть и более дешевые, но хорошо известные на Западе, а, значит, и в Израиле комплексы ПВО, разработанные еще в советское время. {PAGE}

Так что портфель заказов на «Панцирь-С1» составляет теперь уже $2,5 млрд из общей суммы контрактных обязательств КБП на $4,2 млрд. Количество законтрактованных комплексов, похоже, превысило 100 единиц.

Если не наращивать существующих промышленных мощностей, эмиратский, сирийский и алжирский контракты обеспечивают КБП работой по «Панцирю» на пять лет вперед. Но эмиратская армия — это своего рода технический эталон для других государств Персидского залива и арабского мира в целом. Так что можно ожидать подписания новых контрактов в ближневосточном регионе, а быть может, и в других частях света. Возобновился интерес к «Панцирю» и со стороны Российской армии. Вскоре противовоздушные войска начнут получать новейшие ЗРС большой дальности С-400, для прикрытия которых идеально подходит обновленный «Панцирь». Потребности ВВС России определяются как минимум в 100 комплексов данного типа.

Зениткой проложим дорогу себе

С высоты сегодняшнего дня ясно, что контракт 2000 года если и был технической и коммерческой авантюрой, то авантюрой, вполне оправдавшей себя. Мучительно и долго создававшийся «Панцирь» сегодня стал лучшим российским, более того, лучшим в мире предложением на рынке средств ПВО малой дальности, и спрос на него, более чем вероятно, может вскоре превысить производственные возможности КБП. И если основная часть российской оборонки переживает кризис перехода от недофинансирования и выживания к восстановлению потенциала нормальной серийной работы только сегодня, то КБП прошло эту фазу еще в 2000 году. 

В этом отношении эпопея с «Панцирем» напоминает аналогичную историю с проектом Су-30МКИ, которая тоже уходит корнями в середину 90-х годов. Другой — столь же противоречивый, но, бесспорно, и столь же харизматичный и легендарный, как и Аркадий Шипунов, — «генерал» ВПК Михаил Симонов убедил тогда индийские ВВС закупить истребитель Су-30МКИ, который еще предстояло создать. В работе над этой машиной тоже пришлось преодолеть колоссальные технические и организационные трудности и немалые финансовые проблемы. Был и выход из графика работ (кстати, тоже примерно трехлетняя задержка), и мучительное выяснение отношений с заказчиком. Но в результате всех этих трудов был получен продукт, который обеспечил жизнь и развитие участвующих в проекте компаний на годы вперед. Сегодня производители Су-30МКИ, как и разработавшее «Панцирь» КБП, загружены заказами до 2012 года.

С началом серийных поставок в саге о «Панцире» открывается новая глава. После успешного преодоления технических проблем и запуска серийного производства перед КБП встает сложная задача трансформации из конструкторского бюро, силой обстоятельств вынужденного серийно производить разработанную им продукцию, в корпоративную структуру по производству высокоточного оружия разных типов. И тогда мы увидим нового военно-промышленного игрока уже не национального — глобального уровня.



   Краткая история тульского КБП
   История КБП началась в 1927 году, когда на Тульском оружейном заводе было создано проектно-конструкторское бюро для разработки авиационных пулеметов. В 30-е годы бюро выделилось в самостоятельную единицу.
   С 60-х годов КБП специализируется на создании различных образцов высокоточного оружия — прежде всего противотанковых ракетных комплексов и управляемых артиллерийских снарядов и мин. Другими областями специализации КБП стали разработка боевых отделений для боевых машин пехоты БМП-1, БМП-2 и БМП-3, зенитных автоматов и морских зенитных артустановок. Наиболее известными видами продукции КБП являются зенитный ракетно-пушечный комплекс «Тунгуска», противотанковые ракетные комплексы «Метис» и «Корнет», корабельный ЗРПК «Кортик/Каштан», управляемый артснаряд «Краснополь».
   В российское время КБП сумело получить право самостоятельных поставок своей военной продукции за рубеж и быстро вырвалось на ведущие позиции среди российских экспортеров вооружений. В последние годы стабильно делит с РСК «МиГ» вторую-третью позиции, уступая по объемам поставок только компании «Рособоронэкспорт». Ежегодно КБП поставляет продукции на $350—400 млн. Портфель заказов КБП составляет $4,2 млрд, из них $2,5 млрд приходится на новейший ЗРПК «Панцирь-С1».
   Численность персонала — около 8 тыс. человек, объем реализации продукции — от 10 млрд до 14 млрд рублей в год. Генеральный конструктор и начальник предприятия — Александр Леонидович Рыбас.



   Отличительные характеристики ЗРПК «Панцирь-С1»
   Возможность поражения одновременно как минимум двух целей ракетным оружием благодаря наличию современной радиолокационной станции управления огнем. Возможно увеличение этого показателя до 4 целей.
   Дальность поражения цели ракетным оружием в 2 раза больше, чем у последней «Тунгуски» — 20 км против 10 км. Наличие такой «длиннорукой» ракеты позволяет небольшим странам ограничиваться закупкой «Панцирей» и не тратиться на более дорогие системы ПВО, элементы которых, в отличие от «Панциря», не всегда размещаются на одной боевой машине.
   Возможность применения любого шасси по требованию заказчика — гусеничного (для обеспечения ведения огня на ходу), автомобильного, буксируемого или даже стационарного (на базе перевозимых контейнеров).
   Источник: журнал «Вестник ПВО».

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK