Наверх
13 декабря 2019
USD EUR
Погода
Без рубрики

Архивная публикация 2008 года: "Перекошенный рейтинг"

Мнения специалистов, виновата ли «большая тройка» международных рейтинговых агентств в глобальном финансовом кризисе, разделились. 

Одни считают, что именно ошибки оценщиков спровоцировали кризис, другие винят инвесторов и регуляторов, слепо доверявших рейтингам.

   Крупнейшие в мире рейтинговые агентства долгие годы наслаждались непререкаемым авторитетом на фондовых рынках. Особо значимой была их роль в оценке разного типа бумаг, крутящихся вокруг ипотечного рынка. Для солидной компании, эмитирующей подобные бумаги, получить высокую оценку Moody’s Investors Service (Moody’s), Standard & Poor’s (S&P) или Fitch Ratings (Fitch) было делом чести и огромных барышей, поскольку именно за бумагами с высокими рейтингами охотились инвесторы во всем мире. Сегодня, когда все фокусы с ипотекой и обслуживающими ее бумагами вскрылись, в США и Западной Европе, наиболее пострадавших из-за кризиса, политики и специалисты задаются вечными русскими вопросами: «Кто виноват?» и «Что делать?».


   Запахло жареным
   Еще в сентябре прошлого года генеральный прокурор штата Нью-Йорк Эндрю Куомо начал проверять крупнейшие рейтинговые агентства на предмет их вклада в погружение США в жесточайший финансовый кризис со времен Великой депрессии. После долгого разбирательства обе стороны пришли к полюбовному соглашению. В июне этого года прокуратура объявила о прекращении дела в отношении Moody’s, S&P и Fitch, которые взамен согласились кардинально изменить основные принципы своей деятельности. Суть изменений заключается в том, что агентства теперь будут более независимыми от эмитентов бумаг, поскольку ключевая информация о конкретных кредитах должна отныне поступать в агентства до того, как закладные будут объединены в пулы, и до начала эмиссии ипотечных и подобных бумаг. Ранее агентства, по существу, оценивали кота в мешке. Кроме того, если ранее эмитенты платили агентствам за услуги по «отдаче», то есть чем выше рейтинг, тем выше комиссионные, то теперь оплата не может меняться в результате присвоения того или иного рейтинга. И, наконец, инвесторы получают право знать, в какие агентства обращался эмитент и почему, допустим, ушел от одного к другому. Ранее эмитенты таким образом искали самых сговорчивых оценщиков, теперь подобные подозрительные ходы смогут увидеть инвесторы.
   Президент Fitch Стивен Джойнт выразил уверенность, что соглашение поможет повысить независимость агентств и их прозрачность, а это будет способствовать восстановлению доверия со стороны инвесторов и стабилизирует ипотечные рынки. Moody’s и S&P, в свою очередь, заявили об ужесточении требований при составлении рейтингов.
   Однако на этом судебное преследование агентств не прекратилось. В августе этого года генеральный прокурор штата Коннектикут Ричард Блюменталь возбудил дело против Fitch, Moody’s и холдинга McGraw Hill Companies (ему принадлежит S&P). Он обвинил все три компании в том, что они намеренно присваивают муниципальным и другим подобным государственным облигациям низкие рейтинги по сравнению с бумагами коммерческих корпораций. В результате, по его мнению, неоправданно тратятся деньги налогоплательщиков, поскольку на страхование бумаг с низким рейтингом (и значит, имеющих высокие риски) уходит больше средств и больше средств тратится на выплату инвесторам процентов по этим бумагам.
   Неудивительно, что прокуратура обратила внимание именно на рейтинги облигаций. В мае 2008 года произошел один из самых громких скандалов, связанных с рейтинговым агентством. По сообщению газеты The Financial Times, в результате ошибки в компьютерной модели рейтингового агентства Moody’s ряд европейских облигаций с фиксированной пропорцией (CDPO) получил завышенный рейтинг. Агентство подтвердило скандальную информацию. По ней 44 транша облигаций на сумму свыше $4 млрд получили наивысший рейтинг ААА, который был на четыре ступени выше расчетного. Агентства, снабдившие максимальным рейтингом подобные облигации, сделали их доступными для покупки обладающими огромными средствами пенсионными фондами, правила которых предписывают держать на балансах только бумаги с наивысшими рейтингами надежности. Присвоение высокодоходным бумагам рейтинга ААА наводнило рынок облигациями CDPO. Суммарный объем эмиссии этих бумаг к 2007 году составил $415,2 трлн. 
   По некоторой информации, в самом агентстве Moody’s знали о проблеме с ошибочными рейтингами, но в течение года так ничего и не исправили. Хотя, если бы ошибка была ликвидирована вовремя, это могло предотвратить большинство проблем, считают эксперты. Сейчас финансовые рынки нестабильны. А это значит, что снижение рейтинга любых облигаций может вызвать катастрофические последствия, так как, например, те же пенсионные фонды обязаны избавляться от любых бумаг с низким рейтингом.
   В попытке оправдаться перед мировой общественностью в августе этого года Moody’s понизило рейтинг почти 90% бумаг CDO (ценные бумаги, обеспеченные пулом из различных типов долговых инструментов, который может включать корпоративные облигации, выданные финансовыми институтами кредиты или транши ценных бумаг, выпущенных в рамках сделок по секьюритизации), эмитированных коммерческими организациями в 2006—2007 годах. Из них 85% ранее получили от агентства высочайший стандарт инвестиционной надежности — ААА. Агентство S&P, в свою очередь, забраковало 84% бумаг CDO, включая 76%, ранее получивших от него же ААА. Но смогут ли сейчас эти меры хоть как-то стабилизировать ситуацию на финансовом рынке — это большой вопрос.

   Золотые яйца
   Есть претензии к S&P, Fitch и Moody’s и у Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC). В частности, регулятора заинтересовала оценка двух типов ценных бумаг: CDO и RMBS (которые обеспечены заложенной жилой недвижимостью). Регулятору не нравится система оплаты услуг, предоставляемых агентствами. Вызывают у него сомнения и методики присвоения рейтингов.
   В руки SEC попали электронные письма менеджеров рейтинговых агентств. В одном из них сотрудник признается, что методология присваивания рейтингов не учитывает даже половину вероятных рисков, в другом менеджер выражает надежду, что всем сотрудникам агентства удастся накопить к пенсии большие деньги, «прежде чем весь этот карточный домик развалится».
   Как заявил в июле этого года Кристофер Кокс, председатель SEC, крупнейшие национальные агентства не смогли защитить инвесторов, потерявших огромные деньги на вложениях в ничего сегодня не стоящие бумаги. А поскольку большинство инвесторов в предвкушении солидных барышей лихорадочно вкладывало деньги только в обязательства, имеющие высокие рейтинги, организации, эмитирующие подобные бумаги, стремились получить самую высокую оценку рейтинговых агентств. И находили поддержку. 
   О том, что агентства подвергались сильному лоббированию, свидетельствуют их бывшие сотрудники. Бывший управляющий директор S&P Ричард Гудлиада утверждает, что поднимал вопрос об ужесточении рейтинговых критериев, однако, директор отдела рейтингов CDO Дэйвид Тешер отрезал: «Нельзя убивать курицу, несущую золотые яйца». А «яйца» и в самом деле были золотыми. Во время пика в 2006 году объем ипотечного рынка США достиг заоблачных высот — $2,5 трлн. Соответственно и прибыли были более чем ощутимые. Так, с 2000 года, когда Moody’s стала публичной компанией, по 2006 год ее активы выросли в 6 раз, а доходы увеличились на 900%.

   Местное мнение
   Что методики исследований, которыми пользуются ведущие международные рейтинговые агентства (МРА), несовершенны, заметили и российские эксперты. «Руководствоваться только рейтингом — ошибка и далеко не самый безопасный вариант при выборе стратегии поведения на рынке, — считает старший менеджер управления корпоративного бизнеса Славянского банка Михаил Пазаев. — Рейтинг компании должен являться весомым индикатором, но всецело полагаться на него не стоит». Ведь есть большое количество других быстро меняющихся показателей, на которые ориентируются успешные инвесторы, например, политические, макро- и микроэкономические факторы, конъюнктура конкретного товарного рынка.
   Конечно, рейтинг компании должен в значительной степени отражать и эти дополнительные факторы, но зачастую есть ощутимый лаг времени между возникновением негативного или позитивного события и его отражением в рейтинге компаний, с которыми это событие связано, объясняет эксперт. Например, у ряда европейских специалистов вызывает озабоченность медлительность ведущих МРА в освещении ухудшения рыночных условий с середины 2006 года. «Свою роль в возникновении кризиса МРА сыграли, — считает Михаил Пазаев. — Кто, как не они, должен был заранее предсказать надвигающуюся угрозу». Управляющий портфелем компании CTrust Asset Management Андрей Царукян тоже считает, что рейтинговые агентства виновны в возникновении кризиса: «Присваивая рейтинги ненадежным заемщикам, они спровоцировали кризис, результаты которого могут быть весьма плачевными».
   Причина ошибочных оценок агентств заложена в кадровых несоответствиях, выдвигает версию начальник управления по связям с инвесторами Промсвязьбанка Андрей Науменко: «Тот, кто хорошо разбирается в кредитных дериватах и может адекватно оценивать их риски, скорее, будет заниматься структурированием сделок, нежели кредитным анализом». Этому способствует структура вознаграждения фронт-офиса в сравнении с аналитическими отделами. Так что зачастую кредитные аналитики — как рейтинговых агентств, так и банков — хуже разбираются в сложных кредитных инструментах, чем те, кто эти инструменты создает, отмечает эксперт.
   Так же, по его мнению, рейтинговый рынок недостаточно жестко контролируется. «МРА, по-прежнему, одни из самых незарегулированных участников рынка, — объясняет Андрей Науменко. — Хотя принято считать, что МРА существуют исключительно благодаря своей репутации, их фактическая ответственность за допущенные в целом ряде случаев многочисленные просчеты, начиная с азиатского кризиса 1997—1998 годов, несоизмеримо ниже, чем, к примеру, у тех же аудиторских фирм». На практике соответствие требованиям регулятора часто оборачивается формальными внутренними процедурами и заведомо негативным углом зрения, зачастую постфактум, то есть уже после начала кризиса, отмечает эксперт. Таким образом, рейтинговые агентства способны усугубить кризис. Ведь в основе деятельности банков лежит доверие клиентов, которое может быть подорвано формальными и предвзято негативными действиями МРА, считает Андрей Науменко.
   Его мнение поддержала руководитель аналитического управления управляющей компании «Альянс Континенталь» Анастасия Жданова: «Рейтинги, безусловно, могут быть использованы и, наверное, используются для манипуляции рынком». Помимо того, что стоимость долга напрямую зависит от мнения МРА, они еще и занимаются консалтингом — как нужно структурировать долг, чтобы получить желанный рейтинг. То, что может стать элементом манипуляции, — плохо, уверена Анастасия Жданова. Хотя она отмечает, что тот же принцип касается аудиторских контор, да и, по сути, почти любых глобальных организаций, которые неподконтрольны ни одному государству.

   Одна вина на всех
   С другой стороны, не все специалисты так категоричны в своих оценках. Есть те, кто считает, что сваливать всю вину за кризис МРА как минимум несправедливо. «Нельзя говорить о значительном влиянии МРА на мировой финансовый кризис, — считает Михаил Пазаев. — Да, они запоздали с негативными прогнозами, а иногда рейтинги той или иной компании могли не соответствовать истинному положению вещей». Однако фактор МРА в развитии кризиса не был одним из основных, уверен эксперт. Ведь сложно представить инвестора, который бы в значительной степени руководствовался рейтингом, нежели прочими факторами. Рынок был в курсе надвигающейся угрозы, и обвинение МРА выглядит, как попытка переложить на них часть ответственности, заключает Михаил Пазаев.
   Влияние МРА на мировую финансовую систему преувеличивать не стоит, поддерживает директор информационно-аналитического департамента инвестиционной компании «Энергокапитал» Денис Демин. По его мнению, свершившиеся события дают право утверждать, что агентства недооценили степень риска многих категорий долговых обязательств и не предупредили краха некоторых сегментов долгового рынка. «Однако этого недостаточно, чтобы обвинять их в неэффективности деятельности или методов оценки, — объясняет Денис Демин. — Ведь на протяжении многих лет в условиях нормального функционирования международной финансовой системы МРА предоставляли рынку вполне объективную и, главное, операбельную картину рисков, чем и заслужили свою нынешнее место в секторе».
   Разумеется, текущая ситуация нетипична и возникла не по вине МРА, отмечает Денис Демин. Однако кризис подталкивает агентства к реформированию. Тем не менее вряд ли речь идет о возникновении качественно новых глобальных структур оценки рисков. Изменения будут заключаться прежде всего в совершенствовании методики анализа рисков, повышении ее прозрачности, росте степени ответственности МРА и в переходе к более консервативной рейтинговой политике, предполагает Денис Демин.
   Аналитик инвестиционной компании «Финам» Константин Романов считает, что ответственность за кризис стоит по справедливости распределить на всех участников финансового рынка: «Возлагать всю вину на агентства не стоит. Есть и финансовые компании, которые вели излишне агрессивную политику, создавая целый ряд пузырей, первым из которых лопнул ипотечный. Есть и сами инвесторы, которые предпочли игнорировать риски». Собственно, именно достаточно мягкий подход к рискам и стал основной ошибкой рейтинговых агентств, полагает эксперт. Однако, по его мнению, это уже вопрос философии и качества анализа.
   Директор департамента международного бизнеса и финансовых институтов Собинбанка Роман Кортава тоже отметил вину других участников рынка: «На мой взгляд, масштабности кризиса в большей степени способствовали не ошибки рейтинговых агентств, а чрезмерная зависимость принимаемых инвесторами решений от рейтингов трех МРА, и роль, отведенная присваиваемым ими рейтингам регулирующими органами». Из-за сложности и трудоемкости анализа кредитоспособности эмитентов и заемщиков и особенно анализа деривативов большинство инвесторов привыкли всецело полагаться на присваиваемые МРА рейтинги, поясняет эксперт. Сейчас они поняли, что когда имеешь дело со сложными микро- и макроэкономическими процессами, нельзя полагаться на мнение одного эксперта, пусть даже очень хорошего, надеется Роман Кортава.
   Он отмечает, что и регулирующие органы, в свою очередь, способствовали «фетишизации» присваиваемых рейтингов. По их требованию, возможность получения кредита и размер резервов на потенциальные потери по ссудам и инвестициям напрямую привязываются к уровню рейтинга трех ведущих МРА. Тем самым регуляторы не только обеспечили монопольный статус этих агентств, но и отвели им неоправданно высокую роль на рынке, заключает Роман Кортава.

   Свободная оценка
   Чрезмерно возвышают значение рейтингов МРА не только западные регуляторы финансового рынка, но и российские госструктуры. «Рейтинги часто используются в законодательной сфере, — рассказывает старший директор по развитию бизнеса и маркетингу Fitch Ratings Алексей Миронов. — Например, размещение страховыми компаниями части резервов осуществляется в банках, с уровнем рейтинга не ниже установленного. Ломбардный список Центробанка содержит перечень ценных бумаг, под залог которых отечественные банки могут получить в Банке России кредит. В качестве одного из критериев вхождения в ломбардный список является кредитный рейтинг ценной бумаги или эмитента на уровне не ниже В+».
   При этом по российскому законодательству официально признаются рейтинги только трех крупнейших МРА. То есть по всем перечисленным пунктам Центробанк ориентируется только на их оценки. Получается, что законодательство обеспечивает российским банкам прямую зависимость от американских рейтингов. А ведь МРА вольны менять свои оценки, особенно на фоне кризиса.
   Конечно, массового снижения рейтингов российских кредитных организаций пока не произошло, но некоторые прогнозы по ним уже изменены. Например, 1 октября текущего года Fitch изменило с «позитивного» на «стабильный» прогноз по рейтингам шести российских банков. «Изменение прогноза отражает значительные краткосрочные риски ликвидности и риски, связанные с качеством активов, для российских банков, хотя эти риски существенно сглаживаются за счет поддержки, предоставляемой в настоящее время сектору властями страны, — поясняет старший директор аналитической группы по банкам Fitch Ratings Джэймс Уотсон. — Масштабных понижений рейтингов российских банков сегодня не ожидается, и данное мнение подкрепляется увеличением значительной поддержки сектора со стороны государства». В то же время, по словам Джэймса Уотсона, сохраняется возможность негативных рейтинговых действий по отдельным банкам ввиду обеспокоенности вопросами ликвидности и качества активов.
   В Moody’s тоже оперативно «отреагировали» на проблемы с ликвидностью в российской банковской системе. «23 сентября 2008 года мы изменили прогнозы рейтингов по 12 российским банкам с «позитивного» на «стабильный», — рассказывает вице-президент — старший кредитный специалист группы агентства Moody’s по работе с финансовыми организациями Ярослав Совгира. По его словам, позитивный прогноз по этим банкам отражал мнение Moody’s, что эти банки были очень хорошо позиционированы в своей рейтинговой категории и существовала высокая вероятность повышения их рейтингов при условии дальнейшего улучшения ключевых показателей.
   Однако текущее развитие событий в банковском секторе в России окажет негативное влияние на фондирование этих кредитных организаций (как внешнее — за счет займов на рынках долговых обязательств, так и внутреннее — за счет средств клиентов), их финансовые показатели и капитализацию, озвучивает ожидания Moody’s Ярослав Совгира. «Поэтому мы пришли к выводу, что повышение рейтингов этих банков в среднесрочной перспективе маловероятно, и пересмотрели прогноз рейтингов по этим банкам», — объясняет эксперт.
   При этом он отмечает, что негативный прогноз по российскому банковскому сектору не означает автоматического массового снижения рейтингов российских кредитных организаций. Здесь следует иметь в виду, что банковские рейтинги в России находятся на относительно низком уровне и такой фактор, как волатильность операционной среды, в них уже учтен, уверяет специалист. Однако в случае сохранения кризисных явлений в течение длительного времени или дальнейшего ухудшения ситуации, снижения рейтингов отдельных банков нельзя исключить, добавляет Ярослав Совгира.

   Нечего бояться
   В общем, МРА не обещают массового снижения рейтингов, но и не исключают его. Но так ли теперь важны после всего случившегося их прогнозы для инвесторов? Эксперты сошлись во мнении, что хоть к оценкам МРА стали относится менее серьезно, но все же без этих рейтингов пока никак не обойтись.
   «Сейчас мы видим глобальное изменение экономических условий, но тем не менее замечаем избирательное отношение к присвоению рейтингов, — рассказывает начальник аналитического управления банка «Петрокоммерц» Олег Соломин. — Например, не вполне понятен рейтинг инвестиционного уровня страховой компании AIG, попавшей в щекотливое положение, а также рейтинги инвестиционного уровня различных CDO». В этой связи снижение прогнозов по рейтингам российских банков, происшедшее вслед за подобным рейтинговым событием, стоит рассматривать очень осмотрительно и не спешить с выводами, считает эксперт.
   В нынешнем состоянии российской экономики и финансовой системы любые прогнозы остаются весьма субъективными, и значение этих прогнозов и оценок для инвесторов определяется прежде всего авторитетом агентства, поддерживает Михаил Пазаев. По его мнению, этот факт может негативно сказаться на развитии российского рынка долговых обязательств. Тем более что глобальные рейтинговые агентства не всегда в полной мере учитывают национальную специфику в развивающихся странах и странах с переходной экономикой, отмечает специалист.
   Однако единая система оценки бизнеса — это необходимое условие интеграции мирового экономического сообщества, добавляет Михаил Пазаев. Он уверяет, что, несмотря на кризис последних полутора лет, история существования МРА доказала их эффективность и необходимость. В России, как и в любой другой стране мира, существует ряд альтернативных рейтингов, но наличие небольшого количества компаний с признанными во всем мире методиками и подходами к оценке является безоговорочным условием интеграции России в мировую бизнес-систему, заключает Михаил Пазаев.
   Ведущий аналитик инвестиционной компании «БФА» Роман Дзугаев также отмечает: несмотря на то, что МРА рейтинговали выпуски ипотечных облигаций, обеспеченных кредитами категории subprime, рейтингами AAA, и разговоры о том, что с началом ипотечного кризиса доверие к этим агентствам полностью утрачено, на их рейтинги по-прежнему ориентируются. Не стоит забывать и о требованиях «Базель II», которые, понятно, никто не переписал, поскольку иных общепризнанных измерителей риска не существует, полагает Роман Дзугаев. Требования Базельского комитета по банковскому надзору «Базель II» предполагают классификацию рисков активов в виде кредитов, исходя из кредитных рейтингов заемщиков. В случае отсутствия у компании рейтинга МРА требования к ней принимаются для расчета норматива достаточности собственного капитала кредитной организации в полном объеме.
   На вопрос, могли бы российские рейтинговые агентства заменить на внутреннем рынке МРА, аналитики тоже ответили отрицательно. «Необходимость изменения действующей системы использования рейтингов эмитентов и финансовых учреждений МРА проявилась с момента начала кризиса ликвидности в США, когда вышеупомянутые агентства дали серьезный повод для сомнений в своей компетентности, — считает руководитель отдела аналитики информационного агентства «Интегрум» Игорь Чесноков. — При этом на данный момент отечественные рейтинговые агентства не способны выполнять данные функции в полном объеме и с высоким уровнем качества».
   Мнение российских рейтинговых агентств учитывают существенно меньше, они еще не подняли свою репутацию настолько, чтобы к их оценкам относились так же серьезно, объясняет генеральный директор инвестиционной компании «Аякс-Капиталъ» Матвей Деменков. Он отмечает, что у многих эмитентов были максимальные рейтинги надежности ААА, поэтому на них редко обращали внимание профессиональные участники рынка. А вот на массового клиента, возможно, эти рейтинги оказывают воздействие, предполагает эксперт. Понятно, что национальные рейтинги нужны, правда, не стоит переоценивать их значение, заключает Матвей Деменков.
   Улучшению ситуации могла бы поспособствовать какая-либо программа, реализуемая в рамках частно-государственного партнерства, в соответствии с которой будет создан и развит рынок российских рейтинговых агентств, считает Игорь Чесноков. Однако его формирование — это длительный процесс.
   Впрочем, время пока еще есть. Да и срочной необходимости защищаться с помощью собственных агентств от угрозы негативного влияния МРА на Россию тоже нет. «К счастью, на текущий момент влияние таких рейтинговых агентств, как Moody’s, S&P и Fitch, на финансовую систему России невелико, — считает Игорь Чесноков. — Здесь оказывает свое влияние относительно слабая развитость российской экономики, а также соответствующий уровень ее интеграции в международную деловую среду». Нынешние условия складываются таким образом, что значительных инвестиций из-за рубежа ждать не приходится даже при условии высокого рейтинга, выставленного тем или иным агентством, заключает Игорь Чесноков.

 

   Ориентация на активы
   Анатолий Аксаков, президент Ассоциации региональных банков России, заместитель председателя комитета Госдумы РФ по кредитным организациям и финансовым рынкам:
   «В рамках антикризисных мер по повышению ликвидности финансовой системы России одним из предложений правительства стал механизм беззалогового кредитования Центральным банком кредитных организаций. Ключевым критерием для выделения ЦБ кредитным организациям беззалоговых необеспеченных ссуд является наличие кредитного рейтинга. При этом в поправках, предлагаемых и обсуждаемых в Думе, не содержится предметного или детального указания на то, о рейтинге каких конкретно рейтинговых агентств идет речь. 
   Беспокоит, что до сих пор и ЦБ, и Минфин понимают под кредитным рейтингом исключительно рейтинг, предоставляемый тремя международными, а точнее, американскими рейтинговыми агентствами. Такой подход к российским рейтинговым агентствам необоснован.
   Чтобы обеспечить поддержку и выживаемость российских рейтинговых агентств, необходима продуманная политика содействия этой нарождающейся индустрии и разумный протекционизм со стороны государства. Для этого нужно легитимировать рейтинговые агентства, отделить их от псевдоструктур, которые тоже сегодня есть на рынке. Речь идет об аккредитации при саморегулируемых организациях — участниках рынка ценных бумаг. При этом речь идет не о лицензировании, а о мягком регулировании, которое, по сути, обеспечивает признание государственными органами уже признанных рынком институтов рейтинговых агентств. В настоящее время на эту роль могут претендовать ЦБ, Федеральная служба по финансовым рынкам, Минфин. Но пока государственные органы в этом отношении пассивны.
   Рейтинг российских рейтинговых агентств, присвоенный российским кредитным организациям, должен иметь такую же юридическую правовую силу, как и рейтинги, присвоенные американскими рейтинговыми агентствами. Вместе с тем, учитывая текущую ситуацию на мировых финансовых рынках, не стоит ориентироваться лишь на рейтинги, поскольку жизнь показала, что крупнейшие американские банки, имевшие высочайший рейтинг тех же признанных американских рейтинговых агентств, оказались банкротами. 
   Лучше ориентироваться на качество активов банков. Ведь потенциал залогового кредитования Центральным банком использован не до конца. Можно было бы выдавать кредиты под залог активов с дисконтом в 50% или в крайнем случае — 70%. Однако, учитывая и то обстоятельство, что без рейтингов все-таки никто не будет обходиться, игнорирование рейтингов российских рейтинговых агентств неприемлемо в ситуации, когда Россия строит амбициозные планы по созданию международного финансового центра.
   На сегодняшний день в России существует как минимум четыре зарекомендовавших себя, в том числе на международном уровне, российских рейтинговых агентства. Они присваивают рейтинги российским кредитным организациям, страховщикам, профессиональным участникам рынка ценных бумаг, субъектам российской Федерации и другим предприятиям, действующим в РФ, и делают это надежно и обоснованно».

 

Больше интересного на канале: Дзен-Профиль
Скачайте мобильное приложение и читайте журнал "Профиль" бесплатно:
Самое читаемое

Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность скачивания номеров

Войти через VK Войти через Google Войти через OK